Чтение онлайн

====== Рукопись четвертая ======

Комментарий к Рукопись четвертая Продолжаем знакомство с историей)

Несколько глав будут ознакомительными, так скажем они будут введением, чтобы лучше узнать героев и весь уклад школы. Некоторые моменты по сюжету и занятия будут похожи как в ГП, прошу за это простить)

Эстетика блока «Терем» по ссылке https://t.me/griffindor777/1800

Трек к главе alkonost — ведьма https://t.me/griffindor777/1816

глава отредактирована под оридж 26.10.23

??

Уже через час дружным строем ребята снова шли по бесконечным коридорам школьного корпуса в необъятную размеров столовую. Она имела два этажа, но построена была с открытой галереей или “вторым светом”, что позволяло тем, кто сидит на втором этаже при желании смотреть за теми, кто сидит на первом. Столы были круглыми, за каждый вмещалось по четыре-восемь человек, но часто ученики сдвигали столы вместе, чтобы большой компании было удобнее сидеть.

Однако на следующем приеме пищи столы всегда стояли на своих прежних местах. Магия это или работа хозяйственных и любящих порядок домовых — загадка. Территориального разделения и закрепления столов за общинами не было, но первокурсников просили садиться рядом, чтобы староста их не искал по всей столовой.

Выглядела она так, словно в царском бальном зале решила накрыть обед и перекусить императорская семья. Богатое убранство было выполнено в стиле барокко. Стены были украшены обилием лепных деталей, высокий расписной потолок подпирали колонны, везде стояли статуи, позолоченные скульптуры.

Очень гармонично смешались две культуры в одном помещении. На белые изящные столики падали скатерти-самобранки, играла веселая славянская музыка, да и общий галдеж голодных учеников не добавлял того самого чарующего аристократизма в столь богатую архитектуру.

Яромир, пригласив с собой того самого парнишку с порванной в лесу курткой, сел за стол вместе с Мирой, Астрой и Иванной. Расстелив скатерть-самобранку, ребята ахнули. Тут же на столе появился борщ, картофельное пюре с котлетой, салат и компот из сухофруктов, а также свежая выпечка, сахар, варенье и самовар для тех, кто захочет выпить чаю.

Сытный обед прибавил настроения, и разговор потек сам собой. Никита, коренастый и светловолосый паренек, имевший курносый нос, весь обсыпанный яркими, бросающимися в глаза веснушками, весело рассказывал, как попав на обряд Инициации, полез сначала искупаться, а потом за пару минут нашел Алатырь-камень.

— А что, я всегда мечтал побывать на Черном море, — смеялся он, пытаясь перекричать хохочущих собеседников, при этом активно размахивал ложкой, держа ее мозолистыми пальцами. — Алатырь-камень не раздумывая сразу отправил меня в ярилину общину.

— Странно, что он не добавил, что ты его доконал, — фыркнул Яромир, криво улыбаясь.

— Думаю, он так думал!

— Бедный камень, он ждал, пока ты наплескаешься, словно утка, прежде, чем к нему подойдешь, — Астра улыбалась во весь рот, слегка щурив черные глаза. Она сидела с ровной спиной, гордо задирая острый подбородок.

Никита беззастенчиво улыбнулся, обнажая белые зубы, а в ответ лишь пожал плечами. Мол, какой есть!

— А когда у тебя день рождения? — спросила у него Иванна, глядя на нового знакомого, что облизывал чайную ложку от малинового варенья. Ее светлые брови, слишком широкие для миловидного девичьего лица, слегка изогнулись, выказывая заинтересованность в разговоре.

Никита, наливавший себе из самовара вторую кружку горячего чая, хитро улыбнулся, только что облизанной ложечкой зачерпывая сахар в сахарнице.

Яромир, все это время внимательно слушавший разговор, расслабленно откинулся на резную спинку стула и незаметно постукивал пальцами по колену. Обменявшись ошарашенными взглядами с девчонками, он вопросительно посмотрел на одногруппника.

— Ты купался в январе в море?!

— Да, мне повезло, что там как раз были туристы и организовывались купели для крещенских ныряний. Ну и я, слившись с толпой, тоже занырнул. А потом уже добрался до камня. Удивительно, море ведь не замерзает! Но как только я ступил в нее, там образовывался лед. И я спокойно дошел до островка.

— Да уж, повезло так повезло, — широко улыбнулась Мирослава, не представляя, зачем ему вообще требовался такой экстрим. Вершинин громко отсербнул чаю, продолжая улыбаться, как блаженный. Поставив локти на стол, простодушно пожал плечами и подмигнул.

— Одичаешь, знаете, если будешь все время жить взаперти!

Подростки снова непонятливо переглянулись, пытаясь сообразить: к чему это было сказано?

— Гоголь, «Мертвые души», не читали?

— Читали…

— У меня была та же история, — согласился с новым одногруппником Яромир. — Имею ввиду замерзающее прям на глазах море.

— И у меня. Я, кстати, тоже январская, — сказала Иванна, за что получила одобрительный кивок от Никиты.

— А я была в конце апреля, похоже, мне одной пришлось самой плыть?! — раздраженно спросила Астра, допивая ароматный чай.

— Я там была в июне, и мне тоже пришлось плыть.

— Благо хоть вода была не ледяной, да и добраться получилось с легкостью. У тебя также?

— Да!

После обеда Илья повел всех на Малахитный проспект на Чеканный двор. Он сразу уточнил, что первокурсники спускаться сюда смогут только с классруками.

То, что предстало перед глазами Мирославы, не могло сразу осесть в сознании настоящей действительности. Спустившись по очередной лестнице на нужный им уровень, они вышли в Зал Чертогов, а затем прошли через огромную арку на проспект.

Сказать, что челюсть Мирославы больше ее не слушалась и плавно опускалась вниз, значит не сказать ничего.

Небо, по которому медленно плыли белые перьевые облака, было синим и освещалось ярким солнцем. Создавалось впечатление, что они сейчас не под сотней метров горного комплекса, а на настоящей городской улице.

— Погода полностью дублирует погоду в Питере: если там моросит дождь, то здесь происходит то же самое, — пояснил для всех удивленных ребят Илья. — Мы называем это место Малахитницей, так удобнее.

Мирослава, родившаяся и выросшая в Санкт-Петербурге, будто оказалась в родном ее сердцу городе на Неве. Широкий проспект уходил то вверх, то вниз, затрудняя движение, но отсутствие машин все упрощало, а ощущение исторического музея под открытым небом сохранялось.

От главного проспекта в стороны разбегались десятки узких улочек, здания на которых росли прямо из горных стен, выступая вперед элегантными фасадами, выполненными в стиле Петербурга. Стрельчатые окна и колонны, обилие декоративных башен, торжественные и гармонирующие между собой архитектурные ансамбли зданий, высота которых разнилась и могла содержать всего два этажа, а где-то достигать все шесть.