Чтение онлайн

Будильник она поставила на половину седьмого. Сметанин просил ее приехать к половине девятого. Ранняя пташка! Я привыкла ездить на работу к десяти, хорошо, что сейчас рано светает, весна как-никак! А между прочим, с Лизой Пес придется вставать еще раньше, с ней ведь надо гулять…

Она приехала куда ей было сказано и подошла к современной, элегантной двери, со скромной, но достойной вывеской: «Адвокатская контора Сметанин и сын». Как в кино, подумала она. Но ей страшно понравилась эта вывеска, она таких еще не видела в Москве. Надо же, адвокатская контора. Вот только где сын? И разве у него может быть взрослый сын-адвокат? Или это он сын? Скорее всего! Лиза собралась с духом и позвонила. Сперва за дверью было тихо. Наверное, он еще не приехал. Черт, а на чем же он мог приехать? На такси? Почему не велел мне заехать за ним домой? Из деликатности, наверное, это было бы слишком рано. Лиза растрогалась. Но на всякий случай позвонила еще раз.

– Иду, иду! – донеслось из-за двери. – Это вы? Простите, я в таком виде…

Вид у него и вправду был не слишком авантажный – небритый, глаза красные, и явно спал одетым.

– Елизавета Федоровна! Простите, ради бога, я вчера несколько… расслабился… И вот заночевал тут… Знаете что? Подождите меня в машине, я быстренько приведу себя в божеский вид, и мы поедем завтракать, тут неподалеку есть очень приличный погребок, я часто там обедаю, а заодно познакомлю вас с хозяином, он нам отпускает в кредит, а в конце месяца я с ним расплачиваюсь. Так что…

– Хорошо, – согласилась Лиза, – но, может, вам нужна моя помощь? Ну чтобы переодеться, вам же трудно со сломанной рукой.

Он посмотрел на нее с интересом:

– Вы добрая самаритянка, что ли? Готовы помочь?

– По мере возможности, – сухо ответила Лиза.

– Ну что ж, спасибо, буду рад. Знаете, мне неловко вас просить, но не могли бы вы помочь мне побриться? Левой рукой плохо получается…

– Опасной бритвой? – перепугалась Лиза.

– Да нет, безопасной.

– Я не умею…

– Тут и уметь нечего! Я сейчас намылюсь, а вы осторожненько брейте. Вы вчера не пили, руки не дрожат? Замечательно. Вот вам бритва. Да не бойтесь вы, у вас ведь две руки…

Хорошенькое начало, в панике подумала Лиза. А руки у нее начали дрожать. Но она рассердилась на себя. Если любой кретин умеет орудовать бритвой, то и я сумею, правда, у меня от него голова идет кругом… Нет, надо просто представить себе, что я нашла работу в парикмахерской. И брею первого попавшегося клиента… Хотя сейчас, кажется, в парикмахерской запрещено брить из-за СПИДа… Под пеной лицо босса было словно покрыто маской, и она взялась за дело.

– У вас здорово получается, такая легкая рука… – Он расслабился и закрыл глаза. Сразу стало легче. И она довольно быстро справилась с задачей.

– Замечательно, Елизавета Федоровна! Лучше, чем я ожидал! Вы просто чудо! Беата мне говорила, но я не верил.

А мой план, кажется, удастся осуществить гораздо быстрее, чем я надеялась. Мы движемся вперед семимильными шагами!

Она помогла ему снять и надеть рубашку. При этом у нее кружилась голова от его близости, но все-таки она успела подумать: он явно не таскается по фитнес-клубам и тренажерным залам. Совершенным его торс не назовешь… А кому нужно совершенство? Лично мне несовершенный больше подходит, я и сама далека от совершенства.

– Умираю с голоду, Елизавета Федоровна! Поехали скорее!

– Но тут надо бы прибрать…

– Потом, все потом!

До погребка они доехали за три минуты.

– С добрым утром, Лексо! – подошел к нему немолодой мужчина восточного типа.

– С добрым утром, Гоча! Познакомься, это моя новая помощница, Елизавета Федоровна.

– Гамарджоба, батоно Гоча! – произнесла Лиза единственную грузинскую фразу, которую знала.

Гоча всплеснул руками, закатил глаза и поцеловал кончики своих пальцев.

– Это высшая степень одобрения, прошу заметить! – рассмеялся Сметанин. – А вы сегодня другая.

– Ну я же сегодня не просто водила, а вроде как секретарь знаменитого адвоката. Положение обязывает! – весело произнесла Лиза, хотя ей не было весело. В любопытном взгляде Сметанина можно было многое прочесть, кроме одного – мужского интереса. Ну погоди, голубчик, никуда не денешься, ты подпустил меня к себе слишком близко, причем по собственной инициативе, и пенять тебе впоследствии придется только на себя. Ты бабник, я это чувствую, и рано или поздно…

– Елизавета Федоровна, вы что будете? – прервал ее мысли голос Алексея Григорьевича.

– Ах, простите, я отвлеклась… Только кофе…

– Нет, советую съесть хачапури, неизвестно, когда и где придется поесть в следующий раз. А хачапури здесь – сказка.

– Но я завтракала!

– Это первый приказ босса!

– Поняла! Приказы не обсуждаются! Хачапури и вправду были восхитительными, и Лиза с удовольствием поела. Это тебе не каша «Быстров» и не сыр «Виола»!

…Когда они вернулись в офис, Лиза первым делом убрала следы ночевки босса. Интересно, почему он тут остался? Может, с бабой? Но никаких следов женщины не обнаружила. А потом Сметанин усадил ее за компьютер, объяснил, что от нее требуется в данный момент.

– Еще вопросы есть?

– Есть.

– Валяйте.

– Если будут звонить, что я должна отвечать?

– Не понял?

– Адвокатская контора «Сметанин и сын»? Или как-то иначе? Кстати, вы Сметанин или сын?

– Я сын, хотя и Сметанин. Мой отец тоже был очень известным адвокатом, и контору мы открыли вместе. Но он… Ладно, об этом как-нибудь в другой раз. А что касается телефона, отвечайте просто «Алло», и звонящий сам спросит, туда ли он попал. А впрочем, если вам нравится и не лень, отвечайте по первому варианту. И еще одна деталь… Если голос женский, не подзывайте меня сразу, а уточните, кто спрашивает, и громко переспросите, чтобы я понял, кто звонит. Я сделаю вам знак. Понятно?

– Вполне!

– Вот и замечательно.

Рабочий день начался. Ну и тип, подумала Лиза, у него молодая красавица жена, а он боится каких-то баб… Видно, тот еще ходок! Но сколько обаяния и какой голос… А глаза… Умереть не встать. Примерно полчаса они работали.

Он копался в бумагах, а она искала в Интернете сведения о какой-то парфюмерной фирмочке. Потом вдруг начал звонить телефон. Но звонили только мужчины. С кем-то Сметанин говорил подолгу, с кем-то обменивался двумя-тремя фразами.

– Елизавета Федоровна, вызовите мне такси, пожалуйста!

– Я могу вас отвезти.

– Нет, вы лучше останьтесь, записывайте все звонки и, если позвонит некто Игошев, скажите, что я буду в четыре ждать его здесь.

– А другим что отвечать? Когда вы вернетесь?

– Не раньше трех!

Черт побери, я была начальницей, потом скатилась до водилы, а теперь опять пошла на повышение – в секретарши выбилась и – все за полтора месяца! – без всякой горечи думала Лиза. Она почему-то страшно нравилась себе в роли охотницы за мужчиной! Такого в ее жизни еще не было. И не потому что мужчины так уж охотились за ней, но просто ей всегда было лень… К тому же она всегда полагала, что мужчина-дичь не может быть ей интересен. А сейчас… Он меня вообще не считает за женщину. Он ведь видел меня во всем блеске и тоже не обратил внимания, то есть в упор не замечал. Почему ж я надеюсь, что теперь что-то изменится? А, ладно, поживем – увидим.