Чтение онлайн

– Будешь чай? – Тири грела воду в старой кастрюле, которой было не один десяток лет, на открытом огне внутри дома.

– Чай? – Саша не был уверен в том, что в этом месте, где он оказался, может быть самый обычный чай.

– Нуу… почти… Здесь чаем называют перемолотые корни растений. И не важно каких, лишь бы был запах и не горький вкус. – Тири подняла кастрюлю с огня и залила кипяток себе в потёртую керамическую чашку.

– А ты не боишься поджечь дом? – Саша заворожено смотрел на огоньки пламени.

– Нет! Видишь вон ту белую окантовку, по краю пепла? – Тири указала пальцем на едва заметную полосу в полу.

– Угу.

Тири подошла к стене, где было окно, открывающее вид на главную площадь, если небольшую перекресток, можно было так назвать.

Возле окна послышался тихий щелчок, и из пола молниеносно поднялись две металлические полусферы, что полностью закрыли огонь от комнаты. Еще один щелчок, и полусферы вернулись в изначальное положение.

Саша подошёл к окантовке в полу и начал проводить рукой по металлу.

– Интересное чудо техники. Но не проще держать огнетушитель возле открытого огня? – Саша всё продолжал изучать пол.

– Можно было бы, но к сожалению, у нас нет возможности обзавестись огнетушителями! – У Тири в глазах можно было увидеть скорбь, но Саша этого не заметил, смотря в пол.

– И всё же, сколько времени прошло? – Солдат в конце концов отцепился от ранее невиданного механизма и взял протянутую чашку с чаем. Он вернулся в свой пластиковый стул, который стоял недалеко от того места, где был огонь.

После первого глотка чая из глаз потекли слёзы, он не ожидал кипятка. Во рту начало жечь.

– Ну, как чай?

– Эмм, хороший! – Саша не знал, что ответить, он просто-напросто не чувствовал вкуса, так как обжог себе рот.

– Да? Как ты можешь пить это пойло? – Девушка действительно была удивлена, она сидела на таком же стуле, как и Саша. – Мне понадобилось несколько лет, прежде чем привыкнуть ко вкусу.

– Я быстро адаптируюсь! – Саша не понимал, что говорит. Он вытирал слезы и пытался привыкнуть к "огню" у него во рту.

– Это хорошо! Может быстро привыкнешь и к новому миру… – Тири произнесла эти слова очень тихо, практически шёпотом. Гость, сидящий пред ней их не услышал.

После чая начало клонить в сон, но Саша не собирался так просто ложиться спать, не узнав, что здесь произошло.

– Так ты мне расскажешь? – Саша пытался дожать новую знакомую.

– О чем? – Девушка готовила комнату для гостя и сразу не поняла, что от неё хотят.

– Расскажи, что произошло?! Что случилось здесь, с этим миром? – В голосе появились нотки отчаяния.

– Я не знаю…

– Что значит, ты не знаешь? – Глаза Саши готовы были выпасти из орбит, от удивления.

– Я не знаю, как это всё объяснить! – Тири говорила медленно, чтобы лишний раз не накручивать солдата, стоящего в дверях.

– Ладно, – Саша немного успокоился, – расскажи, как сможешь.

Тири неохотно прекратила застилать кровать. Она так и села на кучу покрывал.

– С того времени, как тебя засунули в колбу, прошло много времени! – Тири запнулась.

– Насколько много? – Саша отошёл от входной двери и сел рядом с девушкой.

– Две сотни лет, может больше. – И снова она замолчала. Тишина продлилась несколько минут, пока Саша не начал осознавать услышанное.

– Сколько лет?

– Двести лет тебя держали в колбе! – Тири говорила тихо, неохотно.

– Стоп! Подожди! А ты откуда знаешь, я же тебе не говорил, когда меня погрузили в… в анабиоз?!

– Всё очень просто, Ангел! – Всё также тихо произнесла хозяйка дома.

– Что ты говоришь?

– Я много про тебя знаю, Ангел! – Уже более громко сказала Тири.

– Я не пой… – Он замолчал на полуслове, в голове закрутились сотни воспоминаний, которых не должно было вообще быть. Голова закружилась, мышцы все расслабились, Саша повалился на кровать.

Он долго держался за голову, а Тири просто молчала и наблюдала за человеком, которого до этого ни разу не видела. Но который так напоминал ей о прошлой жизни.

– Что… что это было? – Саша тяжело дышал, он всё ещё не мог встать с кровати.

– Воспоминания! – Девушка практически не шевелилась, и если бы не двигающиеся глаза и вздымающаяся грудь, можно было принять её за камень.

– Какие ещё воспоминания? Чьи воспоминания? – Парень кричал, его трусило, всё смешалось в голове.

– Твои! – Тири говорила односложно.

– Что? – Саша не понял ответа. – Повернись ко мне лицом, когда говоришь со мной! – Он начинал раздражаться.

– Зачем? – Тири посмотрела Саше прямо в глаза, она говорила не открывая рта. – Зачем мне на тебя смотреть, если я с тобой даже не говорю?

– Какого чёрта? – Парень начал отодвигаться от "статуи" девушки, и только тогда понял, что его держат за ногу. – Отпусти меня! – Теперь страх начал овладевать солдатом, он видел то, чего не должен был видеть и даже слышать.

– Как хочешь! – В этот раз слова прозвучали в голос, Тири убрала руку от Саши.

– Что, мать твою, это такое было? – Он отодвинулся от Тири и всё-таки смог усесться на кровать.

– Гипноз, чтение мыслей… В той лаборатории создавали не только вас – Ангелов. Были и другие испытуемые.

– Другие испытуемые? О чём ты вообще говоришь? При чём тут ты, и при чём тут прошедшие двести лет? – Саша мог бы долго так продолжать, если бы Тири не подняла руку, остановив его.

– Я и говорю, что не знаю, как всё объяснить! В любом случае то, что ты сейчас видишь – это следствие того, что с нами тогда сделали!

– С нами? Ты же говоришь, что прошло двести лет. Тебе же не может быть двести лет, – Саша улыбнулся, но потом изменился в лице, – или может?!

– Тяжело сказать. Здесь очень сложно следить за временем, так как постоянно одно и то же время года. Но, мне кажется, что мне где-то двести пятьдесят лет. Может чуть больше, может чуть меньше. – У Тири на лице появилась усталость.

– Ааа… я всё понял, это розыгрыш! И где скрытые камеры? – Саша начал крутить головой по сторонам, выискивая едва заметные камеры.