Проводник
Шрифт:
— Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня Дарьяна?
Девушка удивлено вскинула голову, услышав данное имя с его уст.
— Почему ты так назвал меня? Ты никогда…
— Знаю. — ответил Рэй глядя ей прямо в глаза. — Просто я понял вдруг, что ты навсегда останешься для меня той растерянной и беззащитной девочкой, какой я увидел тебя впервые. Заброшенной к нам сюда. Прекрасной в своей наивной доброте. Девушкой, которая сама того не ведая перевернула этот мир. Верящая в добро и искренность и потому побеждающая зло. Понимаешь ли ты сама это? Как ты прекрасна? Сильна и в то же время и беззащитна?! Скорей всего нет, и оттого ты ещё более совершена для меня. Мы всегда останемся как свет и тьма! Как огонь и вода! Я вдруг отчётливо понял это. Понял, что отныне мне нет без тебя жизни. Нет и уже не будет… Жаль, что я понял это лишь когда ты пропала. Когда разочаровалась во мне…
— Я простила тебя. Простила всё как только увидела тебя там. Ты спас мне жизнь. Мне и…
Она вдруг запнулась, поняв, что однако не услышала три самых главных слова. Слова, доказывающие все его предыдущие речи. Но вместе с этим, девушка осознала как глупы и бессмысленны сейчас ее мысли. Теперь, когда она чувствовала всем сердцем его любовь.
Заметив, как нахмурились его густые, темные брови, оттого что она молчит, девушка едва заметно улыбнулась.
— Рэй, ты спас нас. Меня… и нашего будущего ребенка.
При этих словах он мог бы поклясться, что она и сама почувствовала, как из него словно бы выбили весь воздух.
Он почти физически ощутил внутреннюю боль, лишь осознав смысл сказанных ею слов.
Дыхание остановилось, а сердце пропустив несколько ударов снова пустилось вскачь, отдаваясь болью в висках. Внутри все казалось оборвалось и он боялся даже дышать.
Наконец шумно втянув воздух он едва слышно произнёс:
— Повтори…
Тут уже пришло время хмуриться ей. Она не знала как расценивать его реакцию. И что последует от него далее.
— Я беременна. Прости, я…
— Почему?! Почему черт возьми, ты мне говоришь об этом только сейчас? Почему?! Я тебя спрашиваю!
Он вдруг крепко схватил ее за плечи, встряхнув ее он угрожающе навис над ней. Она смогла лишь беззвучно, как рыба открыть и закрыть рот. Ее напугала его реакция. По видимому и мужчина это понял, потому что тут же отпустив ее плечи, он привлёк ее к себе и крепко обнял. Он хаотично целовал ее щеки, губы, лоб, а она снова тихо плакала и улыбалась.
Спустя какое-то время отнимая ее от груди, он вновь взглянул ей в глаза.
— Я не была уверена. Понимаешь… Я поняла это лишь накануне исполнения твоего замысла в иной мир. Я не хотела, чтоб тебе пришлось выбирать между мной и родными. Чтоб ты снова отказался от своей цели. Я вдруг поняла, что потом навсегда останусь главной помехой. Знаю это глупо, знаю.
Она спрятала горящие щеки в ладони. Ей и впрямь теперь казалось это ничтожным и глупым. Все ее предубеждения и домыслы
— То есть, я мог этим убить не только тебя, но и…
В темных глазах его при этом сверкнул какой-то дикий, первобытный блеск. Он отстранился от нее, вскочив с кровати шагнул к окну. Казалось его рвёт на части. Он сам себя рвёт! Душа ворона рвалась в небо. Там он мог бы вволю выкрикнуть накипевшее. Выплеснуть всю ярость на себя и боль разъедающую всё внутри. Лететь до тех пор, пока не начнут неметь крылья!
Вдруг почувствовав ее робкое прикосновение, он мысленно вернулся, всё ещё глядя на что-то перед собой.
— Я виновата Рэй, я не думала о тебе. В тот миг я лишь думала о себе. Прости меня!
Она без слов поняла его состояние, его мучение. Его боль казалось дала волю и выплеснулась через край, позволяя ей почувствовать ее!
Он обернулся к ней, заметив как она переминается босыми ступнями. Быстро приподняв ее с холодного пола, он позволил ей встать на свои концы сапог. Обнял за талию, прижимая и глубоко вздыхая, понял вдруг, что успокаивается. Его больше не тянуло в воздух. Его тянуло к ней! Словно пушинку он подхватил ее на руки и улыбнувшись лишь уголком рта, при ее испуганном возгласе — понёс назад в кровать.
— Ты замёрзнешь, — хрипло произнес Рэй и словно драгоценную ношу положил ее на белоснежные простыми. Вновь сел рядом и глядя на ее пока плоский живот, он машинально протянул руку, остановив ее на пол пути.
Дарьяна улыбнулась, заметив его нерешительность. Протянув свою ладошку, она обхватила его руку и положила ее себе на живот.
Этот интимный и личный жест вдруг казалось вмиг исчерпал всю недосказанность, боль и вину обоих.
Казалось в целом мире больше никого не существовало кроме них двоих и той жизни которая теперь в ней жила. То сокровенное, которое им вскоре предстояло трепетно взять на руки. Их ребенка! Их смысла жизни…И их продолжения.
— Я люблю тебя. Вас…
Взгляд мужчины снова переместился с ее лица на живот. А она, неожиданно услыша его тихое признание, казалось перестала дышать. Незаметно смахнув непрошеную слезинку, она впитывала каждой клеточкой это чувство: ЧУВСТВО НАИВЫСШЕГО СЧАСТЬЯ!
КОНЕЦ