Чтение онлайн

В первую очередь я надеюсь привлечь внимание читателей к методам предвидения, которые отличаются от тех, что большинству из нас широко известны и принимаются как должное. Эта книга должна предоставить некую перспективу и, возможно, скорректировать общую картину, что возможно только в процессе «дотошного» сравнения; этими знаниями обладают немногие, и совсем единицы пытались ими поделиться.

Прежде чем приступить к рассмотрению данной темы, необходимо сделать два очень важных замечания. Во-первых, в дальнейшем я не собираюсь обсуждать будущее, которое так близко и так прочно укоренено в законах физики, что обязательно наступит, если не случится чуда. Задолго до того, как человек постиг природу огня, никто не сомневался, что, если сунуть в него руку, получишь ожог. Задолго до того, как Ньютон открыл гравитацию, было известно, что если прыгнуть с крыши, то упадешь на землю. Если мы стоим на пути пушечного ядра, которое несется в нашем направлении, оно нас поразит; и если мы увидели молнию, велика вероятность, что гром не заставит себя долго ждать. Чтобы заглянуть в такое будущее, не требуется никакого особого мышления или определенного метода – просто небольшой опыт, который должен иметь любой человек старше определенного возраста, если он хочет выжить в следующие 24 часа.

Во-вторых, я намерен исследовать, на какой аргументации строились ключевые и самые популярные за всю историю методы прогнозирования будущего. Не способы обмана и одурачивания аудитории, при помощи которых предсказатели пытались убедить в подлинности своего подхода других и самих себя. И не способы влияния на предсказателей, при помощи которых клиенты пытались получить желаемый, контролируемый прогноз. Другими словами, я не буду обсуждать (не говоря уже о том, чтобы разоблачать) мошенников и мошенничество, с одной стороны, и трудности, связанные с сообщением правды властям, – с другой.

Я не хочу сказать, что этих проблем не существовало. Безусловно, они были и есть. Начиная по крайней мере со времен Среднего царства Египта, то есть примерно с 2050 года до н. э., многие пророчества сначала состаривали, а затем датировали задним числом, будто они были произнесены сотни лет назад. Затем тщательно приводили их в соответствие со стилем и событиями ушедшей эпохи, дабы придать им большую убедительность 14 . Гораздо позднее та же участь постигла многие книги Ветхого Завета, в том числе Книгу Исаии: ее хронология вызывает множество вопросов, и современные ученые склонны полагать, что ее авторами были два или даже три пророка, жившие в разное время, среди них – пророк Даниил. Один из самых загадочных случаев – Второзаконие. Мало того, что дата его написания была отодвинута на несколько веков назад, но в тексте прямо поднимается вопрос о том, как отличить «настоящих» пророков от «ложных» (Втор. 18:22).

Царь Ассирии Синаххериб, правивший с 705 по 681 год до н. э., посоветовал своему наследнику Асархаддону разделить его астрологов на «три или четыре» группы. Несомненно, он сделал так, чтобы пресечь попытки мошенничества: по его словам, не позволяя им общаться друг с другом, можно было получить лучший результат 15 . Позже один из слуг Асархаддона отправил царю письмо с напоминанием, что скорое лунное затмение означает надвигающийся потоп. И предложил самостоятельно «прорубить дамбу здесь, в Вавилонии, посреди ночи, [чтобы] никто не узнал об этом» 16 . К таким уловкам прибегали и продолжают прибегать до сих пор. Как показывают эти примеры, бывают случаи, когда будущее считается слишком важным, чтобы оставлять его на усмотрение футурологов, из-за чего последних держат на привязи или, возможно, даже заставляют замолчать. В других случаях всевозможные пророки и предсказатели пытаются убедить своих работодателей и клиентов доверять им. В любом случае речь идет о том, что одни люди водят других за нос.

Однако, как писал в защиту астрологии Птолемей, те же трудности встречаются в любой другой области человеческой деятельности 17 . Пока существует мир, всегда будут мошенники и мошенницы. Они строят самые невероятные умозаключения, чтобы обещать своим последователям всевозможные блага, начиная с мгновенного богатства и крепкого здоровья и заканчивая высшей целью – спасением. Конечно, это не означает, что мы не можем или не должны исследовать историю медицины, экономики или теологии. Тот факт, что в начале XIX века знаменитый «Турок» 18 ввел многих людей в заблуждение, заставив поверить, что он был машиной, способной играть в шахматы, не означает, что прослеживать историю искусственного интеллекта бессмысленно. Тот факт, что на рубеже XX века немецкая лошадь по кличке Умный Ганс была разоблачена – установили, что ответы на арифметические вопросы она давала, руководствуясь сигналами, которые подавал хозяин (непреднамеренно, следует отметить), – не означает, что следует оставить всякие попытки понять, как думают лошади 19 .

Более того, в своей работе мошенники опираются на знание людской веры. А потому именно их методы едва ли не лучше, чем истинные, помогают нам понять эту веру. Вот почему в этой книге я старался не проводить таких различий. Рассуждая о нашем желании заглянуть в будущее, о методах, которые мы разработали для этого, и о том, как эти методы соотносятся друг с другом и с цивилизацией в целом, мы проникаем в самую суть нашей человечности. И если моя книга обладает какой-то значимостью, то именно по этой причине.

Нет необходимости пояснять, что «шаманизм», название «метода» предсказания будущего, о котором пойдет речь в этой главе, происходит от слова «шаман». На языках тунгусо-маньчжурских народов sam^an означает «человек, который испытывает возбуждение, волнение, подъем». Один современный исследователь возводит его к древнеиндийскому слову, означающему «исцелять себя». Возможно, оно также связано с санскритским saman, «песня» 20 .

Исследователи, покорявшие Сибирь в конце XVII – начале XVIII века, стали первыми европейцами, которые переняли это слово и пытались дать шаманизму объяснение. Среди них были слуги Петра Великого и его последователей, такие как, например, немецкий врач Даниэль Готлиб Мессершмидт; их задачей было описать географию и этнографию этого неизведанного региона и возвратиться с докладом о редких и полезных ресурсах. А кроме того, в Сибирь отправлялись миссионеры и ссылались пленные.

Западный взгляд на шаманизм со временем менялся, и в этом процессе можно выделить пять ключевых стадий. Начиная с 1700 года и до внедрения секуляризации шаманов как в Сибири, так и по всему миру считали посланниками дьявола; протопоп Аввакум, русский священник, который одним из первых употребил это слово, писал об одержимости шамана бесами 21 . Некоторые даже замечали созвучие слов «шаман» и «Сатана».

Путешественники эпохи Просвещения и ученые, которые читали их заметки, не покидая своих уютных кабинетов, придерживались иного мнения. Они были убеждены, что стоят на страже разума, и в шаманах видели не дьявольских отпрысков, творящих злую магию, а нелепых притворщиков. Такое отношение отражено в ряде языков: в итальянском их называли giocolare, во французском – jongleur, в немецком – Gaukler, в английском – wizard. Сама Екатерина Великая написала комедию, в которой отстаивала эту точку зрения и, как она полагала, дала отповедь предрассудкам. В то же время она закрепила за собой право распространять свое просвещенное правление на широкие, но неизведанные и неразвитые восточные территории 22 . Существовало мнение, что шаманов следует наказывать за ложные предсказания.

Но это было лишь начало. Управляющие колониями и антропологи XIX века считали шаманизм порождением умов «то дьяволов, то детей» 23 , по выражению Редьярда Киплинга, полагая, что он противоречит здравому смыслу и человеческой природе, и жестоко его подавляли. К самому созданию, породившему подобные практики, они относились с умилением и старались подчинить его себе, чтобы контролировать «доверчивых туземцев». Затем на рубеже веков стал набирать популярность взгляд на шаманов, так сказать, изнутри. Исследователи пытались преодолеть различия между культурами, чтобы понять, какова роль шаманов и на чем зиждется их авторитет в обществе.

В 1970-х, с распространением идей мультикультурализма, разнообразия и нью-эйдж, такой подход вновь получил признание. Все чаще и чаще в шаманах видят не реликты ушедшей эпохи, а одновременно мудрецов, целителей, учителей, лидеров и даже художников. Они ближе к «природе», а потому поддельного и напускного в них меньше, чем в представителях западной цивилизации, давным-давно обратившихся к науке и технологиям. Они глубоко познали социальные и психологические потребности своей паствы, а их советы касаются самых различных деталей окружающего мира: погоды и климата, разнообразных животных, растений, еды, целебных трав, ядов и минералов. Шаманские практики были основаны отнюдь не только на суевериях, где-то они опередили развитие медицинской и психологической мысли. И потому заслуживали пристального внимания и легко адаптировались к современным реалиям 24 .