Чтение онлайн

– Скажите вашему Коле, что он с таким поведением может, не успев даже сообразить что к чему, схлопотать по физиономии. И пусть не забывает, что он не у себя в Италии.

Перебросившись несколькими словами с переводчицей, Никколо подвел Тасю ко мне. Несколько раз поклонившись, он то и дело повторял «скузе» и «ми пардонате», и я, скрипнув зубами, изобразил на своем лице улыбку, после чего мы отправились к своему столику.

– Воистину, красивая женщина – женщина вдвойне, – вздохнул я, когда мы сели на свои места. Наташа и Виталий, внимательно наблюдавшие за всеми перипетиями этого эпизода, захлопали в ладоши.

– Молодец, Савва, – сказал Виталий, – не позволил иностранцам увести свою девушку.

Мы с Тасей обменялись быстрыми взглядами. Когда официантка принесла горячее – бифштексы с жареным картофелем, мы с Виталием в один голос потребовали к блюду чего-нибудь из солений, да поострее, и она, извинившись, побежала на кухню исполнять заказ. В это время к нам подошел Официант и водрузил на столик бутылку шампанского.

– А это еще откуда? – мгновенно среагировал я.

– Вон с того столика ребята просили передать, – ответил он, неопределенно махнув рукой в угол зала, и тут же ретировался.

Я решительно сдвинул бутылку на свободный край стола, затем посмотрел в указанном направлении. За столиком у стены сидела компания из трех человек, явно кавказской внешности. Перехватив мой взгляд, один из них приветственно помахал рукой.

Досадливо поморщившись, я вздохнул и пригласил Тасю танцевать.

– Скажите, Савва, вам не наскучила эта ваша цыганская жизнь – поездки в вагоне, тряска, скукота, неустроенность? – спросила Тася, доверчиво прижимаясь ко мне во время танца. – Наташа говорила мне, что вы любите театр, ходите на концерты, увлекаетесь современной литературой, театром.

– Скукота? Ну что вы, Тася, это, наоборот, очень интересно, я таким способом познаю жизнь во всей ее полноте, великолепии и многообразии. И притом, все это временно, это всего лишь один из этапов на моем, надеюсь, длинном жизненном пути, – улыбнулся я.

После танца мы вернулись за столик, и едва успели занять свои места, как к нам подошел один из кавказцев, которого я имел «удовольствие» лицезреть несколькими минутами ранее. Он взял стоявшую на краю стола бутылку шампанского и поставил ее прямо перед Тасей.

– Эта не тибэ шампанска, слишь, ты, рижий, эта для этай девишка, – сказал он, окинув меня презрительным взглядом, одновременно до нас донесся резкий запах пота.

– Шлюшай, дарагой, эта девишка – мой жина, понил, – один к одному копируя его акцент, сказал я, приподнимаясь со своего места. – Поэтому можешь забрать свое шампанское, я и сам могу купить ей и себе, что мне захочется.

– Кто, ти купиш, што ти хочиш, рижий? – кавказец явно насмехался. – Ти… ти… – скривившись он хотел еще что-то сказать, но не находил подходящих слов.

Это вконец взбесило меня, я выбрался из-за стола и мгновенно выпалил:

– Я таких как ты, уродов, три столика могу себе купить, понял ты, обезьяна черножопая. Ты что думаешь, если на базаре торгуешь, весь мир у тебя уже в кармане, да? – Вслед за этим я добавил еще несколько ругательных выражений по-грузински, по-азербайджански и, кажется, по-армянски. Кавказец обомлел, отошел в сторону, затем медленно, то и дело оборачиваясь, пошел к своему столику. Я сам от себя был в восторге: нет хуже оскорбления для кавказца, чем сказать ему, что ты богаче его.

Минутой позже, когда эйфория немного прошла, я, сев на место, оглядел своих: что ж, теперь хочешь того, или не хочешь, придется отвечать за свои слова, так как троица кавказцев в углу зала стала громко разговаривать на своем языке и при этом вовсю жестикулировала, выкрикивая угрозы в мой адрес и явно придумывая мне достойное наказание. А ведь Виталий, внезапно подумал я, если дело дойдет до драки, мне не самый лучший помощник, рост у него метр шестьдесят пять, да и вес не более шестидесяти. При этом из всех видов спорта он предпочитает бег трусцой, вспомнил я и невесело усмехнулся.

– Ребята, одну минутку, – сказал я, вставая. – Наточка, Тася, Виталий, вы отдыхайте спокойно, я сейчас вернусь.

Я направлялся к барной стойке, за которой по-прежнему высился блондин-бармен.

– Коллега, – обратился я к нему, склонившись через стойку, и парень, уже привыкший, видимо, к самым разным обращениям в свой адрес, повернулся ко мне и величаво кивнул.

– Выручай, брат, – зашептал я. – Я бармен из Молдавии, отдыхаю себе тут спокойно с женой и друзьями, а тут черножопые пристали, чувствую, просто так не отвяжутся. Скажи, что требуется, чтобы их успокоили, я заплачу сколько надо. – Я выразительно хлопнул себя по карману.

Кавказцев трое, словно оправдываясь перед самим собой, думал я. Наверняка и ножи в карманах носят, так что один я с ними не справлюсь, не стоит и пробовать. А нунчаку мои, к тому же, как назло, на квартире у Наташи в сумке остались, вот не думал, что они мне сегодня понадобятся. Я обернулся и поглядел на моих друзей – они во все глаза следили за мной. Так замечательно начавшийся вечер был безнадежно испорчен, подумал я. А жаль. И все из-за этого озабоченного идиота с его шампанским, чтоб ему провалиться.

– Сиди за своим столиком, и если эти будут тебя звать выйти, не выходи, и даже не вставай, – проговорил бармен, глядя куда-то мимо меня. – Из Молдавии, говоришь, коллега?

– Ну да, впервые зашли сюда отдохнуть, скромно после работы посидеть и, на тебе, пожалуйста.

– Не волнуйся, сейчас мы этот вопрос отрегулируем.

Я вернулся на свое место, спокойно о чем-то заговорил, пытаясь успокоить ребят, в то же время стараясь не смотреть в ту сторону, где сидели кавказцы.

– Мы беспокоимся за вас, мальчики, – взволнованным голосом сказала Наташа. – Нас с Тасей, как я понимаю, они бить не станут, – усмехнулась она, – а за вас с Виталием мы в ответе, не хотелось, чтобы вы пострадали.

Виталий выглядел растерянным, он то и дело озирался по сторонам и все время бормотал: «Вот блин, ну где эта чертова милиция ходит? Когда не надо, блин, они натурально глаза мозолят, а когда надо, нет их…». Прошло минут десять-пятнадцать, мы вяло переговаривались, Наташа шепталась о чем-то с Виталием, Тася лениво ковырялась в тарелке с десертом, я нервно курил; все словно чего-то ожидали.

Вдруг наше внимание привлекли двое рослых и при этом мощно сложенных ребят, которые, войдя через служебный вход, неторопливым уверенным шагом пересекли зал, направляясь к тому месту, где сидели кавказцы. Через несколько секунд они уже шли обратно, кавказцы, взволнованно переговариваясь между собой, семенили за ними; все пятеро направлялись к выходу. Привстав со своего места, я поглядел на бармена, он, поймав мой взгляд, сделал знак оставаться на месте.