Пряди о Боре Законнике
Шрифт:
— Вот что я вам скажу! — Смык ткнул пальцем вверх. — Друиды… это наследники джунов! Можно сказать — потомки!
— Тьфу, на тебя! — я не сдержался и хлопнул ладонью по столу. — Опять?
— Вот не хотел говорить… не хотел… знал, что не поймёте…
— Ты продолжай, — подали голос Ползуны.
— Я уверен… да, я уверен, что и они, и их магия — отголоски той прадавней цивилизации. Когда-то у эльфов… на Тенебре… да, там… точно… я читал в их книгах…
— Что читал? — спросил я. — Что друиды и джуны, суть одно и то же?
— Типа того. Была такая мысль…
— А ты знаешь, что кожа джунов была красного цвета? Что они даже внешне отличались от обычных людей?
— Так это… время же сколько минуло! Эльфы тоже не похожи на тех, что жили тысячи лет назад. Да и мало ли чего! Ну и я не имел в виду, что они прямые потомки… Мы говорим о магии… вере…
— Ну, ты… выдумщик, Смык!
— Даже сейчас, — хранитель отодвинул свою кружку в сторону и сосредоточенно уставился на нас. Во всех его жестах, во всей это его «сосредоточенности» явно проглядывалось то, что называют «трёпом пьяного человека», — вот даже сейчас рождаются и гибнут в нашем мире целые народы. И остаются после них… следы! Это как в лесу!
Смык снова ткнул пальцем вверх.
— Как в лесу: есть старые сильные могучие деревья, а есть едва приметные. А стоит такому великану свалиться, как его место тут же займут молодые ростки. Некотрые будут расти на его «теле»… Я поясняю вам свои слова о том, что после всех остаётся след. От джунов, к примеру, порталы! Вот что это за штука такая, а? Не знаете? Я вам скажу: это двери в другие миры! Вдруг тот Катаклизм, который расколол наш мир, на самом деле одна из таких «дверей»?
— Чего? — мы с гибберлингами вскричали, чуть ли ни в один голос. Уже речь Смыка не понимал не только я, но и Ползуны.
— А! — махнул рукой Смык, снова делая глоток из своей кружки. — Смейтесь, смейтесь… Говорю вам, что друиды — далёкие «потомки» джунов. И всё тут!
— А чего гадать? Может, у них самих спросим?
— Не думаю, что друиды это осос… осос… осознают, — хранитель сердито хмыкнул и затем замолчал.
Тут мне на плечо легла чья-то ладонь. Я обернулся — позади была Стояна.
Она мягко улыбалась, глядя прямо в мои глаза.
— Ты где пропадала? — спросил я у неё.
— Да так… Аксинья водила меня к Держащим Нить, — ещё более странновато улыбаясь, ответила друидка.
— Что? — я весьма удивился. — Зачем?
Друидка бросила взгляд на Смыка и Ползунов, как бы говоря, что разговор не для их ушей.
Я встал и попрощался со своей компанией кивком. Мы со Стояной отошли в сторонку.
— Я хотела знать о своей судьбе, — сказала друидка, при этом вдруг как-то смутившись и покраснев.
— И как? — мой голос отчего-то дрогнул.
Ответа не последовало. Я понял, что его и не будет.
Мы со Стояной пошли через толпу, вдоль полупустых столов.
— Хочешь танцевать? — вдруг спросила меня друидка.
Сердце дрогнуло. В голову попёрли самые невероятные мысли. Не скажу, что они все были из разряда приятных. Вспомнились и кошмары, страхи и прочее. Но было и иное…
— Танцевать? — сухо переспросил я, уже смутно догадываясь, что могли наговорить Стояне гибберлингские жрицы.
— Мне хочется, — всё также странно улыбаясь сказала Стояна.
Она взяла меня за руку. Я почувствовал, какая горячая у неё ладонь.
Играла музыка. На небольшой площадке церемонно выплясывали гибберлинги.
Вот не думал, что у них бывают такие целомудренные танцы. При всей их распущенности, они весьма деликатно вышагивали в своеобразных «па».
Мы тоже закружились в общем потоке.
От Стояны чем-то пахло. Девчушка подняла на меня свои влажные глаза и чуть покраснела.
Я мимоходом вернулся к той ночи у Голубого озера. Надо признаться, что это была один из самых приятных вечеров за последнее время.
Из головы вылетело всё, кроме тех волшебных минут.
Но вот музыка кончилась. Во время небольшой паузы гибберлинги вернулись к столам. А мы со Стояной некоторое время стояли, глядя друг на друга.
— Пойдём и мы? — спросил я.
— Пошли…
Неожиданно дорогу нам преградили смотрители порядка во главе с Торном Заикой.
— У-у-уважаемый Бор, — кивнул последний. Его учтивость меня сразу насторожила. — Вас х-хы-хы… х-хотел бы… хотел бы у-у-увидеть Ста-а-а-арейшина.
— Меня?
Первая мысль была касательно пещеры на Лысом взгорке.
— Зачем?
Торн пожал плечами и хмуро улыбнулся.
Я сказал Стояне, чтобы она дожидалась меня здесь, а сам со стражниками пошёл в тот отдельный большой шатёр, что стоял на холме чуть в стороне от луга.
Чего Фродди от меня хочет? Неужто в такой праздник не с кем вместе посидеть?
Через несколько минут мы добрались до шатра Старейшины. Торн распахнул полог и заскочил внутрь. Буквально через несколько секунд он выбрался назад и кивнул мне головой, мол, заходи.
Внутри царил полумрак. Фродди сидел подле небольшого костерка, задумчиво глядя на языки пламени.
— Сегодня мне был сон, — без предисловий начал Старейшина. Он переложил трубку, сделал глубокую затяжку, при этом блаженно щурясь, и продолжил: — Приснилась мне большая рыба. Очень большая.
Я пока не особо понимал сути разговора. Если позвали лишь для того, чтобы поговорить о снах, то и мне есть что поведать.
Кстати говоря, с момента тех странных событий в пещере, мне абсолютно перестали снится какие-либо сны.
— То, что я тебе сейчас скажу, может показаться кощунственным, — продолжал Старейшина. — Порой мне думается… может… может, это и к лучшему, что надежда вернуть Ису… умерла…
Я не посчитал эти слова какими-то ужасными. Но на лице изобразил некое удивление.
— Думаю, нам хватит скитаться по развалинам Сарнаута. Надо набраться смелости и честно сказать, что пора обзаводиться новой Родиной. Новая Земля, кажется, не самое последнее место в Астрале. А?
Я пожал плечами. Фродди выпустил новую завитушку дыма.
— Сей архипелаг давно стал для нас домом. Конечно, до Исы ему далеко…
— А как же Великое Древо? Выходит, что и оно сгинуло в Астрале.
— Да-а… истина бывает порой так горька, что…
Старейшина не закончил свою мысль. Он надолго замолчал, попыхивая трубкой.