Чтение онлайн

— Комиссара Паркера посетила 27 апреля 1927 года миссис Этель Трентам, мать казненного.

— Боже праведный, — не смог скрыть своего удивления Чарли. — Но зачем?

— Причины не указываются, так же, как и не приводится содержание беседы, как это ни жаль.

— А другая запись?

— Она касается другого посетителя из Англии, интересовавшегося сведениями о Гае Трентаме. В этот раз, 23 августа 1947 года, им был, — комиссар опять заглянул в дело, чтобы уточнить имя, — мистер Дэниел Трентам.

Чарли оцепенел, вцепившись в подлокотники кресла.

— С тобой все в порядке? — в голосе Купера прозвучала подлинная обеспокоенность.

— В полном, — сказал Чарли. — Это всего лишь последствия столь длительного перелета. Приведены какие-нибудь причины визита?

— Как указывается в приложенной записке, он заявил, что является сыном казненного, — сказал комиссар. Чарли старался сдержать свои чувства. Полицейский снова сел в кресло. — Итак, теперь тебе известно по этому делу ровно столько, сколько и мне.

— Ты мне очень помог, — Чарли выбрался из кресла, чтобы пожать комиссару руку. — И, если когда-нибудь снова окажешься в Дептфорде, милости прошу ко мне. Буду только рад показать настоящую футбольную команду.

Купер улыбнулся и всю дорогу до лифта продолжал обмениваться с Чарли различными историями. Когда они оказались внизу, полицейский проводил его до крыльца здания, где Чарли вновь пожал ему руку и присоединился к Тревору Робертсу, ожидавшему его в автомобиле.

— Так, Робертс, похоже, что мы нашли себе работенку.

— Можно мне задать один вопрос, пока мы не приступили к делу, сэр Чарлз?

— Прошу вас.

— Куда делся ваш акцент?

— Я приберегаю его только для особых людей, мистер Робертс. Для королевы, Уинстона Черчилля и тех случаев, когда обслуживаю покупателей за лотком. Сегодня я счел необходимым прибавить к этому списку и комиссара мельбурнской полиции.

— Не могу даже представить себе, как вы отозвались обо мне и людях моей профессии.

— Я сказал ему, что вы избалованный деньгами задавала-бойскаут, который предпочитает, чтобы работу за него делали сами клиенты.

— И каким оказалось его мнение на сей счет?

— Решил, что я слишком сдержан.

— В это нетрудно поверить, — заметил Робертс. — Но удалось ли вам в обмен на это получить у него какую-нибудь новую информацию?

— Удалось, конечно, — сказал Чарли. — Похоже, что у Гая Трентама была дочь.

— Дочь? — не смог скрыть удивления Робертс. — А он сообщил вам ее имя или какие-нибудь другие сведения о ней?

— Маргарет Этель и еще только то, что в 1927 году в Мельбурне побывала миссис Трентам, мать Гая. По какой причине — Купер не знает.

— О, господи, — воскликнул Робертс. — Вы за двадцать минут узнали больше, чем я за двадцать дней.

— Да, но у меня преимущество в происхождении, — усмехнулся Чарли. — Так где в то время могла приклонить свою благородную голову английская леди в этом городе?

— Это не мой родной город, — признался Робертс. — А вот мой партнер Нейл Митчелл сможет ответить на этот вопрос. Его предки поселились в Мельбурне больше столетия назад.

— Так чего же мы ждем?

Нейл Митчелл нахмурился, когда его коллега поставил перед ним этот вопрос.

— Понятия не имею, — признался он, — но моя мать должна знать это. — Он взял телефон и стал набирать номер. — Она шотландка, так что приготовьтесь к тому, что она попытается взять с нас деньги за информацию. — Чарли и Тревор стояли у стола Митчелла и ждали, один терпеливо, другой с нетерпением. После нескольких фраз, обязательных для сына, он задал свой вопрос и теперь внимательно выслушивал ответ.

— Спасибо, мама, твои сведения, как всегда, бесценны. Увидимся в конце недели, — добавил он и положил трубку.

— И что же? — спросил Чарли.

— Очевидно, что только загородный клуб «Виктория» мог быть тем местом, где в двадцатые годы останавливались люди, подобные миссис Трентам, — сообщил Митчелл. — Тогда в Мельбурне было всего два приличных отеля, один из которых предназначался строго для бизнесменов.

— Это заведение все еще существует? — поинтересовался Робертс.

— Да, но теперь оно едва сводит концы с концами. Как мне кажется, сэр Чарлз назвал бы его убогим.

— Тогда позвоните им заранее и закажите ланч на имя сэра Чарлза Трумпера. И подчеркните — для «сэра Чарлза».

— Да, конечно, сэр Чарлз, — заверил Робертс. — А с каким акцентом вы будете говорить в этот раз?

— Пока не знаю, это будет зависеть от противоположной стороны, — ответил Чарли, когда они направлялись к машине.

— Какая ирония судьбы во всем этом, — произнес Робертс, садясь в автомобиль.

— Ирония?

— Да, — сказал Робертс. — Если миссис Трентам пустилась во все тяжкие для того, чтобы стереть всякое упоминание о существовании своей внучки, ей должны были понадобиться услуги первоклассного адвоката.

— И что?

— Поэтому где-то в этом городе должно быть спрятано дело, которое могло бы рассказать все, что нам нужно знать.

— Возможно, но ясно только одно: у нас нет времени, чтобы искать тот сейф, в котором его прячут.

Когда они приехали в загородный клуб «Виктория», управляющий уже ждал в холле, чтобы встретить и проводить своих почетных гостей к уединенному столу в алькове. Чарли был разочарован, увидев, как он молод.

Выбрав самые дорогие блюда в меню и заказав бутылку чамбертино семилетней выдержки, он тут же привлек к себе внимание всех находящихся в зале официантов.

— Что вы задумали на этот раз, сэр Чарлз? — спросил Роберт, которому заказ пришелся по душе.

— Терпение, молодой человек, — Чарли с деланным возмущением пилил тупым ножом пережаренный кусок старой баранины. В конце концов он сдался и заказал ванильное мороженое, полагая, что его нельзя сильно испортить на кухне. Когда наконец был подан кофе, к их столу медленно подошел самый пожилой из присутствовавших официантов и предложил им сигары.