Чтение онлайн

А это значило, что я была здесь не одна. Это давало надежду на то, что я смогу завести друзей и познакомиться с новыми людьми. Тогда мне было бы не так одиноко. Ведь общаться с кроликом, у которого за спиной крылья пчелы, — это не самое приятное занятие.

Протерев стекло покрывалом, которое стало поистине универсальным предметом, и избавившись от паутины, я оглянулась и осознала, насколько просторным был чердак. Здесь, на чердаке, деревянные балки выполняли сразу две функции: служили потолком и опорами для крыши. Но я же помнила, что увидела в первый раз, взглянув на этот дом и крышу. Она была покрыта сырой соломой, но здесь наверху, ничего подобного не было. Крыша состояла из крепких массивных брёвен, и это было, видимо, единственным, что здесь было целым и прочным.

Вдобавок к этому, здесь располагалась массивная кирпичная труба, которая поднималась снизу от камина. Если растопить его внизу, тепло от трубы согреет и чердак. А это означало, что здесь можно сделать полноценную комнату, в которой можно преспокойно жить.

Я, конечно, не знала, какие зимы в этом мире: холодные или тёплые. Возможно, сейчас за окном была настоящая зима, а я просто не замечала этого.

Пожав плечами, я прошлась по всей площади чердака, оставляя своими гигантские калошами следы на пыльном полу, и недовольно покачала головой.

– Сюда бы хорошую метлу и ведро мыльной воды с тряпкой, я бы быстро навела здесь порядок.
– Стоило мне это произнести, как я ощутила внушительную вибрацию стен. Они словно задрожали от страха или возбуждения, и мне показалось, что началось землетрясение. Схватившись за одну из стен, я прижалась к ней, сама трясясь как осиновый листок. А потом в воздухе материализовалась большая метла, наверное, с меня ростом. Тут же на пол плюхнулась верёвочная швабра и деревянное ведро, наполненное водой с густой мыльной пеной.

Стены перестали дрожать и, издав довольное причмокивание, замолчали.

Я всё ещё стояла на месте, не в силах пошевелиться. Вцепившись в одно из брёвен, я боялась сделать шаг вперёд и приблизиться к тем орудиям труда, которых сама себе нажелала. Они, казалось, были живыми и иногда подпрыгивали, а вода в ведре колыхалась, словно волны в море.

Но пересилив страх, я выдохнула и подошла к швабре. Опустилась и подняла метлу с пола. Она была довольно увесистой и всё ещё дрожала, да так сильно, что мои руки в один миг заболели от такой сильной вибрации.

— Да что это с тобой? Перестань!
– Прикрикнула я на метлу и засмеялась. Мне показалось, что метла, которую я держала в руке, тоже начала смеяться. Кажется, я сходила с ума. Но что самое удивительное, как только я перестала смеяться, метла замерла, словно ничего и не было. И казалось, что это было всего лишь моей фантазией.

Стараясь не думать о том, что только что произошло, я пошла к ближайшему углу чердака и начала быстро выметать грязь, пыль и мусор. Поднялась такая пыль, что я начала кашлять и задыхаться. Поэтому быстро открыв окно, я впустила сюда свежий воздух и продолжила заниматься сухой уборкой. Влажной очень не хватало.

Взглянув на швабру с длинными толстыми верёвками, которая, кажется, приплясывала около ведра с водой, я улыбнулась. Мне всё ещё казалось, это игрой моего бурного воображения, но это было весело, как и все пока в этом мире. Летающие и говорящие кролики, смеющиеся мётлы и пританцовывающие швабры — это было захватывающе! Я не могла представить, что будет дальше, но мне было очень интересно.

– Вот бы швабра, танцуя, шла за мной и вытирала пол мыльной водой. Тогда бы не было столько пыли, и работа выполнялась быстрее.

Сказано – сделано. Швабра поднялась с пола и тут же с плеском плюхнулась в мыльную воду, подняв в воздух облако пены и выплеснув часть воды из ведра на пол. Раскрыв рот, я смотрела на эту магию и не могла поверить в то, что вижу. Неужели так и правда бывает.

Отжав нужное количество воды, швабра, словно танцуя под свою музыку, понеслась в мою сторону и принялась мыть пол там, где я уже убрала грязь и мусор.

– Вот это да, вот это помощница!
– Удивлённо восхитилась я, опираясь на метлу, которая опять начала дрожать.

Через час уборка была завершена. Мы с моими волшебными помощниками очистили пол от грязи и пыли и сделали так, чтобы он сверкал. Свежий воздух из окна освежил чердак, и теперь там можно было свободно дышать. Метлу и швабру, вместе с грязной водой я спустила вниз и, вдохнув осенний воздух с улицы, довольно улыбнулась. Часть дома была очищена, и я решила наградить себя ещё одной грушей.

Когда я подошла к дереву, мой ушастый друг уже сидел на ветке и весело подёргивал лапками.

– Евангелина, я обещал тебе доказательства того, что пчёлы считаются моими родственниками, обещал?

– Ну… допустим, обещал, - скептически ответила я и, сорвав грушу, откусила кусочек вкуснейшего плода.

– На, держи, - Лион протянул мне небольшой глиняный горшочек, закрытый льняной серой тканью и перевязанный бечёвкой, - и потом не говори, что мои родственники не пчёлы.

– Что это?
– Удивлённо спросила, забирая горшочек у ушастого. Осмотрела его со всех сторон, принюхалась. И сразу же поняла, что это такое. Льняная ткань отлично пропускала запахи и не давала мёду задохнуться. Кроме того, она защищала продукт от мошек и грязи.
– Это что мёд?

– Это не просто мёд, это самый вкусный мёд, который собирают мои родственники на ближайшей к нам пасеке.

– И ты стащил у них целый горшочек? Так?
– Хмыкнула и, осторожно развязав бечёвку, сняла льняную тряпочку.

– Не стащил, а взял на пробу. У них ещё есть, не обеднеют.

– Лион, знаешь, что я тебе скажу, ты настоящий жулик, каких ещё поискать!

Я опустила палец в горшочек и зачерпнула немного густой янтарной жидкости. Подняв его к солнцу, я посмотрела на лучи через прозрачный мёд и восхитилась: – Как красиво!

– А как вкусно, - облизнулся кролик, покачиваясь на ветке грушевого дерева. А потом раздался глухой треск, ветка сломалась и ушастый ухнул вниз, но не долетев пары сантиметров до земли, зажужжал крыльями и взмыл вверх.

– Сейчас проверим.
– Хмыкнула я с лицом профессионала, которая как будто бы всегда только и делала, что дегустировала мёд. Нет, я, конечно, любила эту сладость и знала несколько сортов этого природного продукта. Умела отличать настоящий от поддельного, но это был мой максимум. Я никогда не была пасечником и не стремилась к этому. Боязнь пчёл и реакция моего организма на их яд сделали своё дело, и я старалась держаться подальше от них. Вот только попав в незнакомый мне мир, совсем не ожидала того, что первым моим другом будет именно родственник этих ненавистных мне пчёл.