Прыжок в бессмертие
Шрифт:
Росси погладил лежавшую на одеяле руку девочки и ласково улыбнулся ей.
Все движения Росси были размеренны и плавны, лишь одни черные глаза непрерывно перебегали с предмета на предмет, выдавая его волнение.
Оставив Джен с тетушкой Сильвией, Солидад и Росси вышли в соседнюю комнату. Росси снял очки и начал их медленно протирать.
Прошла минута, вторая… Солидад казалось, что проходит вечность. О чем Росси думает? Неужели положение Джен безнадежно?
Но вот Росси поднял голову, надел очки. Его глаза в упор неподвижно смотрели на Солидад:
– Прежде всего девочке нужно подлечить сердце… митральный клапан… Это можетсделать Манджак… Я надеюсь, что он это сможет сделать…
– Несколько дней назад от него была телеграмма…
– Где он сейчас?
– Он просил вас прибыть на остров Корда…
– Сначала подлечим сердце… Потом изгоним стронций.
– Значит, я могу надеяться?..
– Вы должны бороться…
– С этой целью я поступила к вам…
– Вы плохо думаете о людях…
– Нет, нет, я скрывала болезнь своей дочери потому, что боялась… Вы должны меня понять…
– Хорошо… хорошо… Успокойтесь. Мы не имеем права терять время. Я должен немедленно связаться с Манджаком.
Пожав руку Солидад, Росси ушел. Через минуту его машина скрылась за поворотом улицы.
В ГОРОДЕ ЧЕРНОГО ДЬЯВОЛА
Темно-вишневый лимузин Байлоу, не сбавляя скорости, свернул с автострады на узкую дорогу, ведущую в горы. Слева виднелись бульдозеры, скреперы, мощные катки и небольшие группы рабочих. Не позже чем через неделю Байлоу был намерен широко объявить осмотр первого подземного города. Впрочем, его занимали сейчас совсем иные мысли.
– Скажи мне, Медж,- обратился Байлоу к сидящей рядом с ним дочери.-Майкл никогда не рассказывал тебе о слабостях своего отца или, может быть, каких-либо его странностях?
Высунув голову в окно машины, Медж наслаждалась игрой ветра в ее коротко остриженных волосах.
– Говорил, конечно. Манджак очень упрям и очень скрытен…
– Упрям и скрытен,- повторил Байлоу.
– Ты себя выдал,- весело заявила Медж.- Я знаю: визит в город Черного Дьявола твоей программой предусмотрен не был. Ты едешь в этот город. Зачем-то берешь меня. И все время думаешь о Манджаке и Майкле.. Нетрудно догадаться…
– Вместо того, чтобы разгадывать мои планы,-холодно отчеканил Байлоу,ты попробовала бы построить свои собственные…
– Почему ты откладываешь эвакуацию Майкла и Манджака?
– Я недостаточно хорошо их знаю…
– На что же ты надеешься?.. Прости, я оговорилась… Такие люди, ка.к ты, не надеются, а рассчитывают…
– Твоя ирония не уместна…
Байлоу не хотел продолжать разговор с Медж и стал думать о своем городе.
Журналисты назвали его детище городом Черного Дьявола.
Эта мрачная шутка не могла содействовать успешной реализации его идеи. А расчет, по его собственному мнению, был гениален и прост. В Соединенных Штатах Америки и, главным образом, на их военных базах уже в настоящее время находились тысячи ракет с ядерными зарядами, нацеленных на жизненно важные военные и экономические объекты стран коммунистического мира. Аналогичные меры предприняли и коммунисты. Они создали тысячи термоядерных ракет и также нацелили их на жизненные центры Запада. Той и другой стороне удалось создать ракеты, которые должны были при обнаружении ракет противника подняться и уничтожить их в воздухе. Предполагалось, что война должна окончиться в несколько минут. Общий потенциал возможных термоядерных взрывов столь велик, что у большинства населения земного шара практически не оставалось надежд на спасение. В самом выгодном и безопасном положении могли оказаться рабочие шахт и рудников, если бы в момент войны они были заняты на работе в штреках и забоях. Так родилась идея создания подземных городов. Байлоу был убежден, что когданибудь уцелевшая в этих подземных убежищах горстка людей назовет их городами его имени. Ну, а пека, чтобы обезвредить происки нанятых его противниками, журналистов, Байлоу объявил что имя городу дадут его первое жители. Лично он считает, что первый подземный город должен быть назван городом Добрых Надежд. В самом деле, в этом городе матери, укладывая спать своих детей, могут быть уверены, что утром, они их увидят, влюбленные не будут опасаться, что судьба подарила им последнюю ночь, а любители покера будут убеждены, что никто не прервет их игру на самом интересном месте.
Может быть, в подземных городах избранные индивидуумы обретут, наконец, твердую почву под ногами и из этих бастионов смогут легче и лучше управлять миром.
Байлоу искоса посмотрел на сидящую рядом с ним Медж.
Как много приходится ему решать проблем, от которых зависит судьба человечества, и для чего? В лучшем случае, он проживет еще 15 лет, ну, а потом что? Ему так и не удалось внушить себе мысль, что его дочь не что иное, как он сам, заключенный в иную оболочку.
После разговора о Майкле Медж как-то сразу изменилась; она все время о чем-то напряженно думала. По опыту Байлоу знал, что подобное состоя.ние у Медж обычно предшествует какой-либо сенсационной выходке, а ему хотелось, чтобы дочь стала серьезнее и в будущем явилась достойной продолжательницей его дел.
Байлоу оставил руль, достал сигарету и закурил. Медж с опаской посмотрела на извивающуюся полоску дороги, затем взглянула на отца и удивленно подняла бровь.
– Не понимаю, как может сочетаться в одном человеке исполинская любовь к своей жизни и эти сигары?
– Тебя беспокоит отсутствие логики в моем поведении?
– решил отделаться шуткой Байлоу.
– Увы, я знаю, на эту тему с тобой говорить бесполезно…
– Ты лучше скажи, Медж, как нравятся тебе эти горы… Мне кажется, что я нашел удивительно живописную местность. Она будет удачно сочетаться со строгостью линий подземного города…
Медж внимательно рассматривала горный пейзаж. Освещенные солнцем горы действительно поражали разнообразием форм и красок - темно-зеленые пятна леса неожиданно переходили в фиолетовые вершины, красноватый гранит скал чередовался с черными впадинами ущелий, стальной блеск быстрых горных потоков сменялся ажурным кружевом водопадов. И только светло-серая полоса дороги говорила о том, что здесь уже были люди, что они оставили о себе память - этот неизгладимый шрам.
В машину проникало дыхание сырого леса, пестрый аромат горных трав, запахи нагретого солнцем асфальта.
– Кем же ты намерен заселить город Черного Дьявола?
– лениво спросила Медж.- Если ты преследуешь чисто коммерческую цель, то жилые кварталы города окажутся в руках тех, кто может тебе больше уплатить… Почувствовав, что они сами и их семьи в безопасности, они потеряют страх перед войной…
– А термоядерная война,- усмехнулся Байлоу,- по-твоему, уничтожит все мое движимое и недвижимое имущество, которое я смогу приобрести за деньги от продажи подземных городов…
– Больше того,- столь же серьезно продолжала Медж,- твои города не только умножатопасность новой войны, они и после катастрофы сослужат плохую службу, так как подавляющее большинство семей, которые смогут купить право на жительство в этих городах, давно уже не представляют лучшей части человечества.
Нападки Медж веселили Байлоу. Он повернулся к ней и пристально посмотрел ей в глаза.
– Я не пойму… Ты возражаешь против идеи подземных городов или хотела бы выдвинуть какой-либо иной принцип их заселения?..
– Прежде всего я думаю,- голос Медж вдруг задрожал от внутреннего напряжения,- что если уж суждено твоим городам сыграть роль Ноевых ковчегов, то и принцип их заселения должен быть заимствован из библии…
– Семь пар чистых, семь пар нечистых, так сказать, пар и антипар,усмехнулся Байлоу и посмотрел на часы.- Перед тем как принять окончательное решение о будущих гражданах этого города, мы с тобой еще раз все обсудим. Обещаю.