Чтение онлайн

Вернувшись на три дня назад, когда Оболенский только очнулся, а девушки обступили парня со всех сторон, никто в отряде не верил, что всё завершилось благополучным образом. Тесты из воспоминаний парень с блеском прошёл, припоминая малейшие детали, что уже ускользнули у многих из памяти.

Шли активные обсуждения в отряде, каким образом всем вернуться домой. Бель не пожелала возвращаться с Люцифером во дворец, решив продолжить достраивать свои храмы. В этот момент Фросечка попросила общего внимания, сказав, что у неё для всех есть очень важная информация. Узнав, что девушки в этот раз не смогут призвать Бель, и не исключена вероятность их гибели, ребята долго обсуждали, что можно в данном случае сделать. Пришли к тому, что нужен допинг, дабы хватило сил дойти до конца, был выстроен новый маршрут с выходом в город змей, вместо леса оборотней, и расширен состав идущих сквозь тени. Клавдия как целительница умела снимать усталость и добавлять бодрости, задействуя скрытые резервы организма. В качестве охраны и мгновенной защиты к отряду присоединилась Кайла, что всех врагов превратит в камень. Максимилиан не захотел рисковать своей девушкой, поэтому отправился вместе с ней. А так как местом выхода был выбран город змей, а портал находился в королевском дворце, с ребятами вошёл в изнанку и Мишка Абрамович. Всемером мини-отряд Искателей отправился в долгий переход сквозь тени, остальные же решили не оставаться возле замка, а дислоцироваться ближе к месту перехода, что должен будет открыться в городе змей. Да и ангелы, что явятся на место последнего перехода сквозь отражения, уже не застанут здесь никого. С ними как раз встречаться желания у демонов не было…

Я сильно переживал за ребят, что сейчас прорывались в иной мир, так как именно из-за меня они оказались в смертельной опасности. Нервничал ещё и потому, что, вернувшись домой, буду представлять собой бомбу замедленного действия, которая неизвестно когда рванёт. С этим требовалось что-то делать и за советом обратился к эльфам — парням, в телах которых комфортно существовали метаморфы.

— Пашка, Лёха, вы не будете против, если я поговорю с Лиски и Хаски, у меня есть к ним вопросы, — обратился к членам моей команды, двум эльфам-блондинчикам, что делили тела с метаморфами. Против они не были, уступив место тем, кто знали толк в подчинении и захвате разума носителя. Мне сейчас был очень важен опыт метаморфов, что выживали именно таким способом.

— У меня есть подозрение, что архимаг мог притаиться в моём разуме и выжидает момент, когда мои магические способности восстановятся. Есть ли способ изгнать, подавить, а лучше всего уничтожить ментального подселенца в моём теле? — задал актуальный вопрос двум профессионалам.

— Эээ, ты всё-таки предполагаешь, что убийство Оркуса было им же подстроено? — парни смотрели на меня с удивлением. — Есть способ проверить наличие чужой души, тебе необходимо попытаться себя убить, но не понарошку, а по-настоящему, — дал странный совет Лиски, что совсем мне не понравился.

— А вдруг я окончательно умру, если буду всерьёз пытаться себя прикончить? — так-то смерти я не боялся, но умирать молодым не хотелось.

— Если в тебе осталась душа архимага, то она не даст умереть, — Лиски был оптимистом, предлагая мне шанс пятьдесят на пятьдесят, ведь даже я был не уверен в подселении чужой души.

— А есть ли способ выдворить чужую душу из тела, если вдруг я пойму, что меня используют? — продолжал искать приемлемый выход из сложившейся ситуации.

— Есть, тебе снова придётся себя убить, но не до конца, чтобы в итоге тот, кто сильнее, смог остаться в теле, что потом оживят. У вас это называется, кажется, реанимированием, — посоветовал всё тот же способ Хаски, что не давал гарантии остаться в живых. Я был не уверен в том, что моя душа окажется сильнее и продержится дольше. Тем более что этот план мы сейчас обсуждали вслух, и моё второе сознание могло всё прекрасно слышать и запоминать.

— Неужели нет способа избавиться от подселенца без того, чтобы испытывать себя смертью? — задал вопрос метаморфам.

— Можно попытаться с ним договориться и предложить ему другое подходящее сильное тело, в которое ему захочется переселиться. Но оно тоже должно быть при смерти, душа освободить оболочку, а подселенец готов в него перейти, — вот совсем не помогли мне советами парни, рассказывая о своих способах переселения. Мне они совершенно не подходили. Да и тела, подходящего найти для Оркуса не смогу, так-то он его не одну сотню лет искал. Но сдаваться и ждать с моря погоды не хотелось. Сейчас, пока мы двигались с отрядом демонов и магов, ничто мне не угрожало, и я мог рискнуть испытать один из способов метаморфов…

Второе отражение,

город змей.

Мини-отряд путешественников сквозь изнанку, спустя больше суток, с трудом вышел из тени. Хоть Таисия и не помнила, как ранее оказалась в той самой гостинице в городе змей, потому что была отправлена. Но бессознательное вновь проложило маршрут в безопасное место, где когда-то ребята её спасли.

— Вы как хотите, но мне надо вздремнуть, у меня больше нет маны, и ноги отказываются куда-либо идти, — Клавдия выложилась на полную, поддерживая девушек бодрящими стимуляциями. Благодаря целительнице, никто не потерял сознание во время перехода, все дошли благополучно, ведь наряду со стимуляцией, Клавдия ещё и успокаивала ребят, не позволяя переживать и нервничать. Анастасия также стимулировала ребят своими чувствами, вселяя в них уверенность и спокойствие. В окружении такой поддержки путешествия сквозь изнанку уже не казались Таисии дорогой смерти, это были выматывающие, но относительно безопасные переходы.

— Нее, спать что-то мне не хочется, хотя и двигаться тоже больше нет сил, но мои руки и ноги почему-то мне очень дороги, — усевшись прямо на пол в номере гостиницы, Ворона крепко обхватила свои конечности руками.

— Ты права, расслабляться сейчас —смерти подобно, у меня тоже возник иррациональный страх, как только вышли с изнанки, — Анастасия передёрнула плечами, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к звукам, доносящимся из соседних номеров.

Таисия выглянула в окно, потом исследовала сквозь тени окружающее пространство, лишь потом вновь оказалась в комнате, где ребята отдыхали, заняв все горизонтальные поверхности.

— Всё чисто и спокойно, но расслабляться не стоит. Видно, нас в предыдущий переход, который мы благополучно забыли, по всей вероятности, убили и, кажется, расчленили, — она потрогала свою шею, словно проверяя её на целостность.

Уже спустя два часа ребята оказались за стенами города в поисках ровной площадки, дабы вновь создать пентаграмму призыва…

Первое отражение,

палаточный лагерь двух армий демонов и магов.

После долгого перехода по пустым и безжизненным землям первого отражения Бель остановила свою армию, решив расположиться на ночлег. Ребята, что ушли дорогой теней, раньше чем к утру не объявят ся, поэтому не было смысла продолжать идти всю ночь. Если призыв сработает, то Бель сможет переместиться из любого места своего мира туда, где будет начертана пентаграмма. Плотно поужинав вместе с ребятами, разбил палатку слегка в отдалении и попросил до утра не будить. У меня с собой был пузырёк со смертельным ядом, что давно ещё спёр в закромах Гандоналиуса. Выпив смертельную дозу, попытался заснуть, чтобы умереть во сне безболезненно. Удивительно, но мне это удалось, видно, организм после пыток ещё до конца не восстановился, или яд действовал незаметно для человека. Проснувшись на рассвете, чувствовал себя полным сил, словно и не принимал смертельного яда. Подумал, что эликсир был другого назначения, несмотря на этикетку, или у него вышел срок годности. Неизвестно же, сколько Гандоналиус мог его хранить в своей сокровищнице. Проснувшись ранним утром, необходимо было срочно отлить, естественные потребности организма требовали выхода из палатки. Попытался натянуть штаны и накинуть куртку, но понял, что мне что-то мешает это сделать. На моей руке были одеты чётки, искусно сделанные из неизвестного камня, что являлись артефактами последнего шанса. В этот момент осознал, что в теле я не один, и мной даже управляют во время сна, ведь этих чёток ещё вечером у меня не было…

Первое отражение,

палаточный лагерь.

Обнаружив длинные четки, состоящие из артефактов последнего шанса, пришёл в ужас. Оркус все же не дал мне умереть, а значит, у него на меня есть далекоидущие планы. И вот их мне необходимо нарушить, дабы подселенец не смог осуществить задуманное. Первым делом решил поговорить ещё раз с метаморфами, но теперь уже с иной целью. Хотелось узнать, как можно себя защитить от поглощения чужим разумом? Есть ли способы ему противостоять?

— Когда в теле находятся две души, то рано или поздно начнётся между ними борьба. Победит и подавит волю другого та душа, что окажется намного сильнее. Поэтому мы выбираем себе слабые жертвы, дабы не было извечной борьбы за принадлежащее тело, — делился жизненным опытом Хаски.

— А как и когда вы подавляете разум своей жертвы? — продолжал собирать крайне важную информацию.

— Как правило, мы это делаем во сне, незаметно забирая власть у другого. Но совсем недавно у одного предыдущего носителя оказался интересный дар, умение лишать сознания любого, кто на него посмотрит. Тогда было весьма удобно перемещаться в чужие тела, — сейчас Хаски с ностальгией описывал способ, при помощи которого они завладели телами Анастасии и Таисии. — Во сне не всегда получается забрать власть над телом, душа не покидает его даже на мгновение. А вот в бессознательном состоянии, или когда человек находится при смерти, получив, к примеру, ранение, тогда сменить хозяина легче простого, — Хаски раскрывал свои многовековые тайны порабощения чужой личности метаморфами. — Но в таких редких случаях очень сложно не потерять выбранное тело окончательно, оно запросто может умереть. Вот поэтому мы подавляем чужое сознание постепенно, ослабляя волю и поглощая разум. На это может уйти от года до десяти лет в зависимости от силы воли подчиняемого.

А вот эта информация меня обрадовала, у меня еще было время придумать способ выдворения из моего тела чужой души.

— А каким способом можно защитить память и мысли от их прочтения подселенцем? Мне это интересно знать чисто гипотетически, — по-прежнему не стал раскрывать парням тайну полишинеля, хотя совсем нетрудно было догадаться, почему меня это волнует.

— Эээ, защита разума — дело совсем непростое. Мы слышали об этом, но никогда не встречали у своих носителей ничего подобного. Есть несколько способов защитить память и ценную информацию от менталиста: например, поставить блок подавления памяти, чтобы сам человек забыл травмирующие его психику события; или поставить сильным менталистом печать защиты разума, но где взять такого специалиста — не имеем ни малейшего понятия, — метаморф пожал на это плечами.