Чтение онлайн

— Лора идите в комнату, — грозно проговорил слуга.

— Курт, верь мне, мы не совершали ничего дурного и у нас есть записывающий кристалл. Граф ничего нам не сделает.

— Лора… — слуга двинулся в мою сторону, я отступила на шаг.

— Всё, всё! Спокойно! Я захожу! Курт верь мне!

Дверь закрылась.

Все полчаса, пока ехал лекарь, я переживала. За Морику, послушает ли мои советы граф или всё же даст девочке уснуть? Сможет ли Курт выдержать это напряжение? Или попытается сбежать, а заодно организует и мой побег? И тогда оправдаться будет в тысячу раз сложнее. За Маркуса, чтобы графёнок ничего себе не надумал и не назначил себя виноватым. Граф очень умело подвёл его к этим выводам.

Наконец, на дорожке слабо освещённой уличными фонарями, показалась карета, из неё вышел пожилой мужчина в лекарском комбинезоне. И почти следом подъехало несколько мужчин на лошадях в тёмно-синих сюртуках, потом вкатилась ещё одна карета.

И закрутилось. Так и не уехавшее ландо обыскали и допросили до смерти перепуганного извозчика.

Люди в тёмно-синих сюртуках зашли в мои покои, устроили обыск. Один из них, тот, что пониже, открыл мой тревожный чемоданчик и стал пересматривать медикаменты, провёл над ним зелёным кристаллом квадратной формы. Достал пузырёк с гимнусом, но он был ещё запечатан, кристалл поменял цвет, стал ослепительно жёлтым и торжественно забрал его, надеюсь, не как подтверждение моей вины.

— Что это? — показал на белый порошок солей лития.

— Нормотимик, — честно призналась я.

— И для чего? — вкрадчиво уточнил он.

— Помогает справиться с тревожностью.

Мужчина провёл кристаллом над мешочком с литием, тот слегка пожелтел.

— Сонный эффект есть?

— Нет, но много употреблять нельзя, вредно.

Он обмакнул палец, на нём осталось несколько кристаллов.

— Это безопасная дозировка, — подтвердила я.

Мужчина попробовал, покатал на языке и кивнул. Все остальные препараты он, видимо, хорошо знал.

Другой осматривал кровать, шторы, тумбочки. Вещей как таковых у меня не было, только то, что на мне, но всё равно ситуация была неприятной, словно он копался в моих личных вещах.

Вошёл граф. Мне показалось, что в комнате на несколько градусов понизилась температура.

Он осмотрел проделанную его людьми работу.

Невысокий отчитался:

— Ваше сиятельство, ничего подозрительного в комнате лоры Преоки нет. В её чемодане есть гимнус, но он запечатан.

— А это что? Указал он на эндотрахеальную трубку?

— Это, если у человека спазм, помогает ему дышать, вставляется в горло, — спокойно объяснила я.

— Никогда о такой не слышал, — с сомнением проговорил граф, но сомнение, скорее всего, было не по поводу трубки, а на счёт меня. По спокойствию графа я поняла, что он вынес нам оправдательный приговор и теперь его признательность за спасение дочери боролись с его недоверием ко мне.

— Как Морика? — Рискнула спросить у него.

— Лор Куртис говорит, что уже опасности нет. Он обещал закончить с процедурами и спуститься к нам. Идёмте, лора Преока, в комнату Морики, расскажете, как всё происходило.

Когда я вошла, Маркус с Куртом угрюмо сидели на стульях и молчали, скорее всего, мальчишек успели допросить. Он дёрнулся ко мне, но граф поднял руку, и мальчишка сел обратно. Мой защитник с такой ненавистью посмотрел на графа, что было понятно, что его сиятельство обзавёлся врагом на всю жизнь.

На одной из стенок крутилась запись с кристалла. Лора Тилира так и лежала на полу рядом с кроватью дочери графа.

Меня допросили. Я рассказала всё — от прихода Маркуса до моих попыток спасти девочку.

— Почему вы решили, что ваши действия помогут, вы же не лекарь? — очередной раз спрашивал меня, пусть будет следователь. Кто в каком звании и как называются их должности я не знала. Опять рассказала о своей службе в монастыре святой Фекрии и о том, что ухаживала за больными.

— Похоже, что в этом монастыре очень прогрессивные лекарские методы, — задумчиво сказал зашедший в комнату лекарь, осматривая в руках эндотрахеальную трубку.

— Это моё изобретение, — нескромно присвоила чужую идею себе, — при некоторых спазмах горла она помогает больному дышать.

— И много у вас подобных идей?

— Есть несколько скромно ответила я.

— Жерон Фуртис, — представился он, — глава палаты лекарей Рисбурга.

Лекарь произвёл на меня неплохое впечатление, пожилой, но бодрый, уверенный, спокойный, сосредоточенный и очень внимательный. Сразу видно, что коллега по цеху.

— Элиза Преока.

— Наслышан, наслышан о вас, — сказал лор Фуртис, — ну так, что у вас здесь?

Он осмотрел гувернантку, проверил пульс, обследовал кожные покровы и белки, ко рту поднёс зеркальце, проверил дыхание.

— Что вы думаете лора Преока?

— Гимнус вызывает глубокий сон, я его называю комой. Пульс почти не прощупывается, пониженная температура, зрачки сужены. Скоро наступит отёк мозга и смерть.

— Её нужно доставить в клинику, — сказал он, следователь кивнул. — Всё точно, лора Преока, так верно не отвечают мои студиозусы. Сталкивались с таким?

— К сожалению, но даже в клинике не смогли помочь, — подтвердила я.

Два стражника погрузили гувернантку на носилки и вынесли.

— Деточка, давай я и вас осмотрю, — подошёл мужчина ко мне.

— Мы в порядке уверила я его.

— Не спорьте! — он прослушал у меня пульс и обернулся к стражнику-следователю, кивнул. Осмотрел зрачки своими удивительными очками, подошёл к ребятам.

— Лора, я со скепсисом отношусь к вашей деятельности, всё же квалификации у вас должной нет, хотя знания не такие поверхностные, как я предполагал. Отдельное спасибо хочу сказать за то, что вы порекомендовали графу… не дать Морике заснуть. И, конечно, я подтвердил его сиятельству, что все ваши действия по вызыванию рвоты у малышки были оправданы. Вы практически спасли ей жизнь.

— Много гимнуса попало в кровь?

— Достаточно, чтобы в её состоянии это было опасно, но мне удалось вовремя дать блокирующее снадобье.

Я с уважением и интересом посмотрела на лекаря, тот дружелюбно подмигнул мне и повернулся к людям графа.

— Вы хотели экспертизу, лор дознаватель?

Всё же дознаватель.

Мужчина кивнул.

— У вас же есть свой криминалист, указал он на невысокого человека. Хотя это не моё дело.

Невзрачный и неприятный мужчина подвинул кувшин и бутылёк с жидкостью.