Чтение онлайн

бытовых ситуациях и обычных контактах с людьми - контактах

положительных, отрицательных и нейтральных. "Нападения" же

следует рассматривать как тестовые ситуации, своего рода

экзамены на разотождествленность.

21. ЗАЩИТА В ПРЕДГАЛЛЮЦИНАТОРНЫХ СИТУАЦИЯХ

Как уже говорилось, галлюцинации представляют собой

неконтролируемое проникновение астрального плана ("мира

сновидений") на физический. Галлюцинаторные образы, конечно,

вовсе не обязательно являются результатом психического

нападения, однако в исключительно редких случаях могут иметь

и такую природу. Это очень коварная форма нападения: цель его

заключается в том, чтобы восстановить против человека его

социальное окружение. Галлюцинирующий перцепиент, как

правило, проявляет черты неадекватного поведения, в

результате чего подвергается более или менее длительной

изоляции в сумасшедшем доме. А как свидетельствуют очевидцы,

по сравнению с испытаниями, выпадающими на долю перцепиента в

этом заведении, все психические нападения - детский лепет.

Различают два этапа неконтролируемого проникновения

астрального плана на физический: 1/ этап "утоньшения завесы",

разделяющей эти два мира и 2/ этап "разрыва завесы", который

сопровождается выходом астральных форм и сущностей в сферу

восприятия физического мира. "Утоньшение завесы" может

происходить без последующего "разрыва", а "разрыв" завесы

без предшествующего "утоньшения".

Утоньшение завесы вызывает у перцепиента чувство какого-то

незримого присутствия. Перцепиент чувствует, что он

превратился в объект наблюдения со стороны неких сущностей,

безмолвно стоящих у самой черты, отделяющей наш мир от мира

сновидений. Предчувствия перцепиента могут подкрепляться и

различными двигательными явлениями в периферическом поле

зрения.

Ощущение незримого присутствия нередко сопровождается

чувством беспредметного страха, то есть страха, для которого

отсутствуют какие-либо объективные причины. В чувстве

беспредметного страха, как будет показано далее, нет ничего

плохого. Однако иногда беспредметный страх перерастает в

беспредметную панику; паника же сопровождается неадекватными

формами поведения и может послужить поводом для

госпитализации перцепиента.

Эффективная борьба с паникой невозможна без сознавания

происходящего и понимания его механизмов. Однако задача эта

затруднена по той причине, что люди, как правило, боятся

бояться. Расценивая страх перед "незримым присутствием" как

явление того же порядка, что и детский страх темноты, они

пытаются поскорее подавить эти малоприятные и "недостойные

мужчины" ощущения, лишая себя тем самым возможности понять,

что с ними происходит.

Действительно, темнота и "незримое присутствие" - ситуации

аналогичные. И в первом, и во втором случае отсутствует

сенсорный (чувственный) материал для так называемого "

опережающего отражения" действительности, этого "событийного

радара", благодаря которому человека не так легко застать

врасплох.

Беспредметный страх - это естественная реакция живого

организма на сенсорно непрогнозируемую ситуацию (СНС), то

есть ситуацию, в которой отсутствует объективная возможность

прогнозировать течение событий и применять имеющиеся на

подхвате стереотипы двигательных реакций. При этом восприятие

и проведение как бы снимаются с "автопилота" и переводятся на

"ручное управление": СНС ставит организм перед необходимостью

постоянно быть готовыми сразу ко всему.

Происходит экстренная мобилизация всех энергетических

ресурсов, и тело превращается в туго сжатую пружину, готовую

в любой момент автоматически разрядиться в любом направлении,

которого может потребовать ситуация. Такое состояние ТЕЛА,

готового к любому немедленному действию, субъективно

переживается как чувство беспредметного страха.

Специфика этой "субъективной составляющей" рассмотренного

выше психофизиологического состояния человека определяется

отчаянными попытками УМА также быть готовым ко всему. Дело в

том, что нетренированный человеческий ум неспособен быть

готовым к какому-либо действию (тем более, быть готовым ко

всему), - он способен лишь действовать, беспорядочно

действовать. И если в ординарных ситуациях эта

беспорядочность движется по упорядоченным руслам стереотипов,

то в СНС она становится очевидной.

Будучи лишен объективной основы для прогнозирования, и

будучи в то же время неспособен остановиться, исчезнуть,

передав бразды правления непосредственному восприятию, ум

разворачивает лихорадочную безосновательную прогностическую

деятельность, молниеносно моделируя массу вариантов

"развязки" ситуации. Поскольку же всякая СНС таит в себе

потенциальную угрозу для выживания, она "взрыхляет" самые

глубинные, архаические слои психики. По принципу "тяжело в

науке - легко в бою", ум готовит тело к худшему. Тут тебе и

казаки-разбойники, и серый волк, и черные маги, и "существа

мрака" и весь астральный набор.

Если же дрожащий палец ума случайно нажмет на спусковой

крючок тела (который должна была нажать сама ситуацию), может

произойти пробой умственной беспорядочности на двигательную

сферу. Состояние, в котором беспорядочность охватывает как

интеллектуальный, так и двигательный аппарат человека,

называется паникой.

Попадая в СНС, обычный современный человек легко впадает в

панику: жизнь его бедна подобными ситуациями, и у него