Чтение онлайн

Естественно, что огромное воздействие миф оказывает и на политику капиталистических государств в отношении реального социализма. Доктринальные установки в области внешней политики построены, с одной стороны, на сознательной деформации истины в соотношении военных сил двух систем, а с другой — на гипертрофированном освещении военных возможностей реального социализма. Исходя из вымышленного соотношения сил между НАТО и Варшавским Договором, которое выдается как реально существующее, североатлантические круги подчиняют всю свою внешнюю политику ожесточенной борьбе с социализмом, стремлению достичь односторонних военных преимуществ. На XXVI съезде КПСС в ответ на домыслы антисоветского мифотворчества подчеркивалось, что «мы не добивались и не добиваемся военного превосходства над другой стороной. Это не наша политика. Но мы и не позволим создать такое превосходство над нами» [117] .

Лишь признание сложившегося паритета, стратегического баланса между двумя противоположными общественными системами способно закрепить основы мирного сосуществования с последующими шагами в области сдерживания гонки вооружений и разоружения. Но к этому на Западе сегодня не готовы. Так, сенаторы Кеннеди и Хэтфильд в марте 1982 г. внесли проект совместной резолюции обеих палат конгресса, призывающий США и СССР сначала заморозить, а затем и сократить ядерные вооружения. Проект поддержала группа сенаторов и конгрессменов, реалистично оценивающих мрачные перспективы гонки вооружений. Они не без оснований подчеркнули, что сейчас, когда между США и СССР существует примерный паритет в стратегических ядерных силах, имеется историческая возможность остановить безумие гонки вооружений. «Если эта возможность будет упущена, она может больше никогда не повториться, и мы пойдем и дальше к войне, которая на планете будет последней», — заявляли авторы документа.

На то, чтобы утопить, дискредитировать идею элементарного благоразумия, были мобилизованы все силы милитаристский реакции, которые в Вашингтоне сейчас задают тон. Идея, многократно выдвигавшаяся Советским Союзом ранее, понятная и близкая каждому честному человеку, была расценена К. Уайнбергером, выразителем взглядов «ястребов», как акт, «мешающий Соединенным Штатам играть свою роль в мире». Приемы обоснования этой роли внешне просты. «Когда военный бюджет находится на пути к бюджетной комиссии, — заявил один из видных американских сенаторов, — басни о грозящей советской мощи растут, как цветы весной». И это дает желаемый эффект, позволяет буржуазным парламентариям еще круче подвернуть спираль гонки вооружений. Достаточно напомнить лишь несколько фактов.

В середине 50-х годов американская печать подняла шумиху об «отставании США от СССР в бомбардировщиках». Резко увеличили бюджет, хотя вскоре официально Пентагон сообщил, что число советских бомбардировщиков было завышено в несколько раз. Однако, разумеется, от этого признания военный бюджет не пострадал. В начале 60-х годов развернулась кампания по поводу «серьезного преимущества СССР в ракетах». Истерические призывы, шумиха о «советской угрозе» дали реальный результат; военный бюджет США стремительно подскочил вверх, хотя вскоре последовали «уточнения», что, мол, ракетная мощь Советского Союза была сильно завышена. Но дело было сделано: монополии уже пожирали фантастический по размерам финансовый пирог. Сейчас картина аналогична: запугивая западные общества «стратегическим превосходством СССР», буржуазная милитаристская пропаганда и апологеты психологической войны не только подталкивают гонку вооружений на новый уровень, но и создают условия для формирования опасного климата для военных авантюр, безрассудных шагов, подобных решению администрации США приступить к широкому производству нейтронного оружия, крылатых ракет, новых типов химического оружия, стратегических ракет «MX».

Ужесточение антисоветской риторики отражает обострение классового противоборства двух систем, особенно в области военной конфронтации. Для оправдания агрессивного курса пропагандистскими службами НАТО разработана целая система «новых» аргументов, обосновывающих возрастание «советской военной угрозы».

Один из распространенных лжеаргументов, например, основан на утверждении, что лишь радикальное изменение соотношения стратегических сил в пользу НАТО может «заставить» Советский Союз быть «уступчивым» и позволит осуществить контроль над вооружениями по американским рецептам. Соединенные Штаты, пишет политолог Дж. Фоллоуз в своей книге «Национальная оборона», стараются убедить себя, союзников, всех в том, что «только достижение военного превосходства над Советским Союзом может заставить его отказаться от осуществления агрессивных замыслов в отношении свободного мира» [118] .

Для теоретического обоснования этой идеи создано немало различных стратегических моделей и сценариев «возможной эволюции конфронтации» двух систем. На состоявшемся в г. Тутцинг (ФРГ) в марте 1982 г. международном коллоквиуме по вопросам обеспечения мира руководитель делегации США директор бюро по военно-политическим делам госдепартамента Р. Бэрт изложил официальные взгляды вашингтонской администрации по этому поводу. Суть их выражена концепцией: чем сильнее НАТО, тем сговорчивее будет Варшавский Договор. Поясняя политические аспекты этой доктринальной установки, Р. Бэрт заявил, что «Советский Союз не должен рассчитывать на то, что ему будет предоставлено право иметь вооружения такой же численности и мощи, что и Соединенным Штатам». По его утверждениям, лишь подобное развитие событий «может сохранить мир». Мир, разумеется, по-американски.

Политический цинизм, восходящий своими истоками к социальному мифу об «американской исключительности», особенно рельефно обнаруживает себя на уровне обыденного сознания. Здесь настойчиво внушается мысль, что мирное сосуществование возможно лишь при условии, если капиталистические страны Запада будут сильнее Советского Союза. Манипулирование мифом о «советской угрозе» в каждом конкретном случае сопровождается внушением о единственной возможности «выжить и сохранит свободу через рост американской мощи». Именно так заклинает К. Уайнбергер своих соотечественников перед лицом «грозящей опасности». Но адрес этой опасности, на который в свое время нацеливали классовую ненависть старого мира Вильсон, Черчилль, Трумэн, Аденауэр, а сейчас Рейган, — исторически ложен. Он находится на другом социальном полюсе.

Порой под давлением объективной истины это вынуждены признавать и высокопоставленные деятели Запада. Американский сенатор У. Праксмайер, прочитав доклад ЦРУ о «превосходстве СССР над США в ядерном вооружении», выразил свое отношение к нему словами: «статистический мираж», «чепуха», «галиматья», «вздор», «подделка», «обман». Бывший канцлер ФРГ Г. Шмидт, давая в июне 1982 г. интервью американскому журналу «Ньюсуик», заявил: «Я не считаю, что Запад в военном отношении уступает русским. Я никогда не придерживался такого мнения на этот счет». Однако подобные высказывания на Западе замалчиваются, игнорируются, считаются несущественными. Ведь они не вписываются в нынешнюю концепцию психологической войны против социализма.

Злобные мифы рождаются тогда, когда совершается насилие над правдой. Трубадурам концепции о «советской военной угрозе» не может быть неизвестно, что в Конституции СССР в специальной главе зафиксировано положение о том, что внешняя политика нашей страны направлена «на предотвращение агрессивных войн, достижение всеобщего и полного разоружения». Основным Законом предусматривается и запрещение пропаганды войны. И своими шагами наше государство подтверждает свой миролюбивый курс. Только в 70-е и 80-е годы в ООН, на других международных форумах наша страна внесла десятки конкретных, конструктивных предложений, направленных на решение важнейшей задачи современности — сдерживание, прекращение гонки вооружений. СССР уже длительное время не увеличивает расходы на оборону, делом подтверждая свою приверженность миру.

Советский Союз за всю свою историю не вел ни одной агрессивной войны, а Соединенные Штаты за 200 лет своего существования вели около 200 войн. Этот бесспорный факт еще раз подтверждает вывод марксизма-ленинизма, что источник войн, их генезис заложен в самом эксплуататорском строе, базирующемся на частной собственности на средства производства и угнетении трудящихся. Этого, однако никогда не услышишь от тех, кто вдохновляет и ведет психологическую войну.

Реальная военная угроза империализма представляет собой социальный феномен, посредством которого проявляются действительные причины войны. В военной угрозе сконцентрированы возможности превращения милитаристских тенденций развития социального объекта в конкретные явления современной войны. Реализация этих возможностей зависит от степени блокирования конкретных причин войны.

По своей структуре причины войны имеют несколько уровней, знание которых необходимо для разоблачения вражеских инсинуаций профессионалов психологических диверсий.