Чтение онлайн

Эти последние слова, которые я пишу для вас, друзья мои, посвящены целительству в той же мере, что и первые слова этой книги. Как и любая рана, исцеление состоит из нескольких уровней. В главе «Вы – прежде всего» я уже говорил, что способность испытывать сострадание к самому себе также возникает постепенно. Одним из необходимых условий являются постоянные, ежедневные упражнения, которые нужно выполнять, чтобы оставаться на Пути Целителя. И я предупреждал, что будут моменты, когда вы почти полностью окажетесь в глубине своего израненного «Я». Сильная боль. Истинное исцеление.

Теперь, от всего сердца я хочу сказать, что этот мир полон изобилия. Если вы по-прежнему будете готовы встретиться с тьмой, то вдруг неожиданно увидите, что за ней скрывается прекрасный свет, способный унять любую боль. Каждый может найти волшебную дверь, но войти в нее мы должны сами. От всех страхов и сомнений, слез и печалей, от всех ран есть – или может быть найдено – исцеление. Прямо за дверью ждут те, кто любит нас и готов поведать шепотом тайное имя, которое мы давно забыли. И тогда мы поймем, что нас все знают – и больше никогда не будем чувствовать себя обманутыми или использованными.

Мы больше никогда не останемся в одиночестве, дрожа от холода, пока остальные будут наслаждаться теплом и общением. В течение многих лет казалось, что мы все понимаем: очевидно, они добились успеха, потому что не совершали преступлений или уже заслужили прощение. А мы – что также очевидно, хотя, возможно, по не совсем понятным причинам – по-прежнему остаемся в стороне, расплачиваясь за какой-то до сих пор неизвестный проступок. Нас изолировали, потому что нам были не рады. Страх отверженных приблизиться к золотому свету оказался сильнее, чем боль.

Я подозреваю, что те, кто осмелился войти сквозь эту дверь в поток золотого света, в эту минуту впервые в жизни поняли, что такое доверие. По крайней мере, доверие на этом уровне. Они вдруг с удивлением осознали, что больше не нужны сложные защитные реакции, потому что я покинул поле боя. Мне не нужно защищаться, потому что на меня никто не нападает.

Это открытие, о котором я рассказываю, друзья, является жизненным опытом, а не умозрительным заключением. Единственное приемлемое для нас доказательство – наш жизненный опыт. И, наконец, только жизненный опыт способен научить чему-то новому. Вспомните Рахиль, рыдавшую над своими детьми. Видите ли вы очевидную взаимосвязь между этими словами? В Ветхом Завете Рахиль была матерью Эфраима. Она оплакивала не только горячо любимого сына, но и весь народ израильский, проданный в рабство ассирийцами. Она потеряла не только Эфраима – она потеряла целый народ. Возможно, именно так выглядит образ Бога – он оплакивает человечество, где множество детей любого возраста попадает в рабство тьмы. Они навсегда остаются в стороне, стоя под ледяным дождем и не имея возможности присоединиться к чужому празднику жизни. Если вы присмотритесь, то увидите лицо Рахиль в каждом выпуске новостей. Лица, измученные жаждой и болезнями, матери убитых подростков, изнуренные от голода и жажды лица жертв гражданских войн в Африке – тех детей, которые должны были бы танцевать и петь, верить и жить без страха. Они просили лишь хлеба; но многие получили только камень.

Только путь целителя может привести человека к свету любви. Подкупающая сила любви столь велика, что мы забываем обо всех мучениях и боли, единичное проявление безусловной любви может изменить ход человеческой жизни. Вот на что способна любовь.

Жизнь целителя открывает всю силу и глубину человеческого духа. Скрываясь под тонким налетом повседневности, эта искра стремится объединиться с вечным пламенем, которое борется, чтобы не потухнуть. Мы всегда чувствуем боль оттого, что не можем найти дорогу домой.

Неважно, насколько сильной была боль, сила духа, пытающегося найти свой путь к свободе, является основополагающим фактором в истории развития человечества. Все достижения цивилизации блекнут по сравнению с решимостью человеческого духа познать суть жизни. Искалеченные младенцы, дети, играющие за оградой исправительного учреждения, старик Блю, тронутый до глубины души словами своего бывшего сокамерника Фрэнка… Упрямая Грейси Роуз, мгновенно смягчающаяся при упоминании о «Ла Ла Ло»… Слезы невыразимой печали, текущие по щекам доброго мальчика Дэнни, которому приказали убивать все, что попадется в джунглях, а он чуть было не погиб сам – у них было немало причин, чтобы сдаться и умереть. Но какая-то часть их души не позволила им это сделать. Их лучшая часть. Та часть, что защищает горящее пламя с неукротимым рвением Тора, машущего своим молотом. Или же та любовь, которая помогла Человеку, распятому на кресте, победить смерть и воскреснуть из мертвых. Что может быть целительнее, чем победа жизни над смертью? Бог тоже не хочет, чтобы это пламя погасло. Это он находится в огне и в сердцевине Кольца, призывая нас отправиться в путешествие к извечному свету. В наших сердцах живет надежда – единственная надежда, друзья мои, – на то, что в каждом человеке живет пламя, которое жаждет объединиться со всеми, кто кружится в вечном Танце Любви. «Пламя, которое никогда не угаснет».

Разумеется, есть и теневая сторона бытия. Жизнь полна тьмы, которая рождается из бесчисленных ран и страданий людей. Все эти раны возникают из-за отрицания любви. По-видимому, мы не способны воздержаться от причинения друг другу боли и огорчений; в итоге все мы стремимся к одному и тому же. Перед нами стоит одна и та же задача. Каждый хочет вернуться домой, к своим истокам. Подобно шаману, оживляющему образы на стенах пещеры, мы тоже создаем видения на стенах собственных пещер. Эти образы слишком могущественны, чтобы оставаться в мире теней, они используют нас, чтобы проявиться в действительности посредством сокровенных желаний и мыслей. Они обращаются к тому, что скрыто в глубине нашего «Я», и с его помощью творят свою магию, свое искусство. Загляните за тонкие покровы происходящих событий, и вы убедитесь в справедливости моих слов. В глубине нашего естества находятся слова песни, которая рвется наружу и хочет, чтобы мы ее спели. Страдая от присущих нам недостатков и сомнений, мы стараемся как можем, но чаще всего у нас это получается неважно, потому что мы плохо помним слова этой песни.

От всего сердца, друзья, я хотел бы сказать, что глубочайшая потребность состоит в том, чтобы ответить на зов услышанной нами много лет назад песни. Наше пламя – это не что иное, как эхо любви, побуждающей предпринять странное и загадочное путешествие. Всякий раз, когда мы на минуту отвлекаемся от повседневных занятий, в наступившей тишине из глубины сердец мы слышим тот же самый вызывающий воспоминания мотив, предлагающий нам вернуться домой. Бог всегда неустанно заботится о наших душах. Его музыка звучит только для нас. Он произносит наши имена так, чтобы только мы смогли их услышать. Порой нам это удается, порой нет. Многим никогда не доводилось слышать этот чарующий напев, но они по-прежнему продолжают карабкаться вверх по склону в слепой надежде на чудо. Возможно, этими благородными воинами руководит стремление к любви, которой они никогда не знали.

Каждая история уникальна. И в то же время похожа на все остальные. Дело в пламени, только в пламени. Если вы почувствуете, что заблудились или запутались, просто взгляните на пламя. В нем найдете и ответ, и руководство к действию.

Вся жизнь сосредоточена в этом пламени.

Несколько лет назад умер мой племянник в возрасте тридцати одного года. Рич боролся с болезнью в течение нескольких лет. Я хотел бы поделиться с вами речью, которую написал в его честь. Она поднимет нашу беседу о целительстве на более высокий уровень, на котором я хотел бы закончить свою книгу. Возможно, вы не сторонник ярких и образных выражений. Но их смысл никогда не меняется. В конце пути мы всегда возвращаемся домой. Когда приходит время, мы слышим зов. И оказываемся в одном и том же месте. Движемся в одном и том же направлении. И обретаем одно и то же знание. После того, как было написано последнее слово и в ручке закончились чернила, остается вспомнить лишь об одном: величии любви.

Мое сердце исполнено печали! В 3:15 утра нам позвонили из Лондона, а хорошие вести редко приходят в это время суток. Нам сообщили, что 17 ноября примерно в пять часов утра Рич скончался. Клянусь, у меня создалось такое впечатление, что самые замечательные люди уходят друг за другом!

Рич – мой племянник. (И хотя теперь он находится в ином мире, он по-прежнему остается моим племянником.) Около восьми лет назад он перенес спортивную травму. Он сильно повредил артерию на правой руке, которая с тех пор почти не функционировала и постоянно болела. Если кто и любил жизнь, так это Рич. Потерять способность управлять ведущей правой рукой для него означало то же, что для орла лишиться крыла. Однорукий Рич выглядел так же неестественно, как могучий орел, вынужденный прыжками перемещаться по земле подобно курице. Неправдоподобная картина!

Пытаясь восстановить свою руку, Рич перенес восемь или девять серьезных операций в течение нескольких лет. Но орел так и не смог вернуть себе свое крыло. 17 ноября в крови Рича образовался тромб, который стал его обратным билетом домой.

Сидя в комнате Рича и разбирая его вещи, моя сестра Кэрол (мать Рича) сказала, что помогало ей выдержать свалившиеся на нее несчастья. Это было выражение лица Рича, когда она заглянула к нему, чтобы узнать, как он себя чувствует в то утро, когда его должны были выписать из больницы. Он не спал – к тому времени он уже был мертв. Кэрол сказала, что он выглядел удивительно умиротворенным. Он даже улыбался. По ее словам, это не могло быть лицо человека, который не хотел уходить. Это было лицо того, кто услышал зов. Его просто позвали домой, сказала Кэрол. Даже судебно-медицинский эксперт, который приходит освидетельствовать любую смерть, взглянул на Рича и сказал Кэрол: «Здесь нет ничего противозаконного. Посмотрите на его лицо; это лицо человека, который ушел с миром».