Чтение онлайн

Формальные признаки О. п.: личная содержательная направленность; высокая степень открытости и эмоциональности; меньшая, в сравнении с др. видами О., стереотипность и формализованность; отсутствие жестких правил и норм; большая индивидуальная вариативность; специфичность используемых стратегий и стилей; высокая степень синтонности и эмпатийности; наличие большого числа закрытых тем, не подлежащих распространению; недостаточная мотивированность выбора круга О. п., произвольный выбор дистанции в О. Временные и пространственные границы О. п. жестко не регламентированы.

Наличие О. п. является критерием наличия личных отношений как таковых. Несоблюдение правил секретности и конфиденциальности в личном О. ведет к разрыву отношений. Готовность к О. п. является следствием внутр. изменений, а не внеш. параметров ситуации. Появление элементов О. п. в деловом О. приводит к позитивным изменения в формальном О. Оно является ценностью для личности. В нек-рых видах профессионального О. (педагогического, переговорного) привнесение элементов О. п. затруднено и зачастую – нецелесообразно. В настоящее время О. п. все чаще переносится в виртуальный, компьютерный мир глобальной сети Интернета.

Общение с Богом – одна из осн. составляющих религ. опыта, проявление религ. чувства. В виду разл. понимания сущности религ. опыта в разных науч. школах, а также по причине множества принципиальных различий в вероучении и практике мировых религий феномен О. с Б. может быть описан лишь в самом общем виде и преим. для монотеистических религий.

Часто под О. с Б. понимают только мистический опыт единения с божеством, сопровождающийся религ. вдохновением, видениями и т. п., что позволяет сравнивать и анализировать похожие феномены в разных религиях, а также личный опыт отдельных людей. Однако такие представления стали распространяться, лишь начиная с XVII в. В традиционных религиях О. с Б. не исчерпывается фактами откровения, теофаниями или переживаемым время от времени сильным религ. чувством, а рассматривается как образ жизни, угодный Богу, как то, что затрагивает все существо человека (не случайно поэтому в Библии О. с Б. обычно описывается как «хождение перед Богом»: Быт. 5: 22, 24; 6: 9; 48: 15; Пс. 55: 14; Ис. 38: 3, и др.). Хотя изучение молитвенной практики, принятой как в монотеистических религиях, так и в буддизме или индуизме, приводит нек-рых исследователей к мысли о том, что О. с Б. достигается через особые методы (психотехнику), воздействие к-рых на сознание человека подобно действию ЛСД, тем не менее последователи традиционных религий полагают, что О. с Б. не может быть вызвано искусственно, а представляет собой живое О.

В совр. науч. литературе можно выделить 3 осн. подхода к объяснению феномена О с Б.: 1. Дедуктивный, основанный на утверждении авторитета религ. традиции перед лицом совр. секулярности. Поскольку при таком подходе традиция понимается как нечто априорно данное, феномен О. с Б. получает объяснение из самой традиции (в рамках католической традиции см., напр., работы Х. У. фон Бальтазара, К. Ранера, В. Каспера, в рамках православной – В. Н. Лосского, иудейской – М. Бубера, Г. Шолема, мусульманской – А. Шиммель, буддийской – Д. Т. Судзуки, индуистской – С. Радхакришнана). 2. Редуктивный, подразумевающий реинтерпретацию традиции в терминах совр. секулярности, что в любом случае требует от ученого частичного или полного принятия совр. мировоззрения. К редукционизму относится все разнообразие атеистических науч. теорий, объясняющих О. с Б. как проекцию социального опыта (Л. Фейербах, марксисты, Э. Дюркгейм, из совр. социологов – П. Бергер, Р. Коллинз) или как феномен, относящийся к сфере психопатологии (напр., З. Фрейд рассматривал О. с Б. и религию в целом как коллективный невроз или проекцию фантазий детства; совр. психологи и антропологи относят феномен О. с Б. к разряду измененных состояний сознания (А. Меннингер, Э. Бургиньон) или аномальному опыту (Э. Карденья, С. Дж. Линн, С. Криппнер)). При этом в совр. психологии появилось особое направление, изучающее феномен О. с Б., оценивающее его как позитивный и настаивающее на необходимости его использования для исцеления душевных болезней, – т. наз. «христианская психология» (представители в России – Б. С. Братусь, В. И. Слободчиков). 3. Индуктивный, основанный на анализе не традиции, а частного личного опыта, своего или др. людей (к нему прибегают специалисты в разных областях, социологи, психологи, антропологи, культурологи, напр. У. Джеймс, С. Гроф, А. Маслоу, К. Гирц). Однако в последнем случае есть опасность смешения религ. – мистического опыта О. с Б. с мистическим дискурсом (в частности, в совр. массовой культуре часто встречаются художественные произведения, авторы к-рых представляют свои сочинения как итоги или фиксацию процесса О. с Б., хотя они таковыми не являются).

В кач. осн. признака О. с Б. в личном опыте ученые XIX–XX вв. указывали «ощущение зависимости» (Ф. Шлейермахер), «причастности к высшей правде» (У. Джеймс), «океаническое чувство единения со Вселенной» (З. Фрейд), «некое ощущение той таинственной силы, что присутствует в ходе вещей» (Р. Отто), «пиковые переживания» (А. Маслоу). В религ. опыте можно выделить 2 осн. составляющих: опыт священного и опыт сверхъестественного. Представления о священном и профанном (подробно изложенные в работах М. Элиаде) являются ключевыми для всех религий. О. с Б. относится к сфере священного, а потому не может совершаться без специальной подготовки (очистительных обрядов), часто может происходить только в особое время (связанное с календарными циклами), в специально выбранном (священном) месте и только при посредничестве специально избранных и поставленных на служение людей (жрецов, священников, пророков). Типичной реакцией человека на встречу со священным является сочетание страха и трепета с восхищением и восторгом (Р. Отто).

Опыт сверхъестественного не подчиняется какому бы то ни было распорядку и всегда уникален. В монотеистических религиях известно неск. видов такого опыта. Теофании часто описываются как явления яркого света или огня, сопровождаются шумом, громом и т. п. Свидетелями такого рода явлений часто становятся достаточно большие группы людей. Др. тип связан с индивидуальными переживаниями, к-рые сопровождаются чувством глубокого покоя и просветленности. При этом человек осознает свое происхождение и свою причастность к Богу не как что-то исключительное и персональное, но как относящееся ко всем и каждому (для сравнения, психически больные люди обычно склонны интерпретировать свою связь с божеством в терминах собственной исключительности и своей особой роли во вселенском ходе вещей).

В «авраамических» религиях – иудаизме, христианстве, исламе – О. с Б. считается приводящей в трепет и завораживающей тайной, изъяснить к-рую практически невозможно. Поэтому описания О. с Б. насыщены метафорами и намеками и обычно избегают детализации.

С возникновением христианства О. с Б. приобретает новый смысл и новые формы. Христиане верят, что Воплощение в Иисусе Христе Бога Слова, Второго Лица Троицы, сделало возможным О. с Б. как с Отцом. Молитва составляет основу О. с Б. в христианстве. Ответ со стороны Бога на молитву гарантирован многочисл. обещаниями Спасителя. Помимо молитвы, к-рая может совершаться частным образом или коллективно (церковная молитва), в Церквах, сохраняющих апостольское предание (в православии, католичестве, в т. наз. дохалкидонских церквах и в нек-рых протестантских конфессиях), О. с Б. совершается через церковные таинства, главным из к-рых является Евхаристия – вкушение Тела и Крови Христовых. Неслучайно по-гречески участие в Евхаристии называется кинонией (О., причащением).

Христианские духовные писатели всегда обращали внимание на то, что О. с Богом следует отличать от разл. проявлений нечистых духов (т. наз. «различение духов»). Ложная форма О. с Богом, к-рая в действительности является О. с нечистыми духами, в аскетической литературе называется «прелестью» (прельщением), главной причиной к-рого называется страсть гордости. Признаком истинного Богообщения называется не столько эмоциональный подъем, сколько глубочайшее переживание раскаяния и осознание собственной немощи, ответом на к-рые со стороны Бога служит дар духовной радости, покоя, любви, смирения и сострадания. Опыт благодати О. с Б., получаемый часто как залог, сохраняется только при условии непрестанной борьбы со страстями.

В исламе учение о молитве как осн. форме О. с Б. является одним из столпов веры. Существует ряд течений, уделяющих мистическому единению с Всевышним особое внимание и разработавших для этого специальные практики молитвы и воздержания (в частности, суфизм).

• Джеймс В. Многообразие религиозного опыта. М., 1993; Каспер В. Бог Иисуса Христа. М., 2005; Лосский В. Н. Богословие и боговидение. М., 2000; Торчинов Е. А. Религии мира: Опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. М., 2005; Taves A. Religious experience // Encyclopedia of religion, 2005: Vol. 11.

Общение с собой (самообщение) – О. человека в форме разговора (диалога, размышления) с самим собой; удовлетворяет его базовую потребность в самопонимании и самооценке, саморефлексии и самосознании, самопознании и самоопределении, самообосновании и самоутверждении своего Я, раскрывающегося в состояниях (желаниях и чувствах, настроениях и переживаниях) и поступках (мыслях и намерениях, целях и действиях, деятельностях и деяниях). Самообщение осуществляется посредством рефлексии в актах самонаблюдения, самосознания, самоосмысления, самоотношения, самосознания. Продуктивным результатом О. с с. является самопознание человеком себя как феноменологически противоречивой саморазвивающейся самоданности, саморефлекесирование к-рой ведет к самосознанию субъектом своего Я как неповторимой индивидуальности, т. е. уникальной целостности переживающего и действующего Я. О. с с. служит накоплению, углублению, расширению, закреплению внутр. опыта человека, являясь одним из рефлексивных механизмов развития его индивидуальности. В результате О. с с. (характеризующегося множеством возможностей и разл. степеней свободы, обретаемых в раскрепощенном

аутодиалоге) человеку раскрывается его внутр., духовный мир и происходит ориентировка в мире внешнем благодаря проигрыванию возможностей освоения положений и ситуаций, с к-рыми сталкивается человек в своей жизни. Обретаемая посредством О. с с. опора на раскрывающееся в нем собственное Я, с одн. стор., служит для человека психотерапевтической самоподдержкой от невзгод и одиночества, а с др. стор. – трамплином для дерзаний.

Эмпирически О. с с. протекает в форме речи человека, обращенной к самому себе и комментирующей его чувства и поступки. Генетически О. с с. – вторичная психол. реальность по отношению к исходной для нее форме первичной реальности О. человека с др. людьми, протекающего в виде предназначенной для них внеш. речи. В онтогенезе первоначально развивается О., коммуницирующее взаимодействие людей (партнеров по общим действиям) и сопровождаемое комментирующей и объясняющей его внеш. речью. Результатом такого О. является взаимопонимание людей, что служит условием и одновр. механизмом формирования самообщения человека со своим Я – первоначально как с квазипартнером по мысленному О., а затем и с идеальным подразумеваемым партнером (в пределе – с Богом как трансцендентным демиургом, напр., в виде обращенной к нему молитвы). О. с с., выражающее в процессе обращенной к себе собственной внутр. речи, протекает в сфере самосознания и осуществляется посредством рефлексии. При этом в самообщении происходит раздвоение самости человека на 2 полюса: на поступающего каким-либо образом Я-реального, спонтанно или произвольно переживающего и действующего в данной ситуации, и на отстраненно или пристрастно созерцающего и оценивающего, анализирующего и осмысляющего собственные деяния как Я-идеального. Онтологическая двойственность О. с с. выражается в его принципиальном диалогизме, к-рый эмпирически проявляется в особом строе саморечи – в виде актуализирующегося время от времени внутр. диалога человека с самим собой, т. е. обращенного к своему собственному Я.