Чтение онлайн

Удивительно, что этот яркий исследователь аномалий человеческой души сам имел такую беспокойную личность, настолько нелогичную, которую захлестывало противоречиями, эмоциональностью, потребностью быть всегда, так или иначе, правым. Фрейд всегда находился на грани истощения собственных сил, потому что по своей природе он как бы был в позиции самозащиты. Он видел со стороны окружающего мира угрозу, от которой нужно защищаться.

Можно сказать, что Фрейд мог исследовать мир нелогичности именно потому, что это была его собственная стихия, владевшая им самим. Свой острый ум он направил на исследование именно негативной стороны наблюдаемых явлений. С точки зрения личности Фрейда скорее именно негатив был центром его внимания, поскольку в этом – дестабилизация и зловещий мир, против которого мы должны защититься!

Исследуя бессознательный мир, Фрейд, как ни странно, как бы отрицал его по отношению к себе. В неумолимо материалистической позиции видно его желание внести логику в человеческую душу и победить неясные силы. Их-то он и должен был «вывести на чистую воду» путем строго определенной терапевтической практики, которую он разработал, чтобы прийти к главному – смочь управлять своим бессознательным.

В разных вариантах его почерка прослеживается заметная тенденция к резким переходам от состояния истерической и импульсивной мании до состояния депрессии, сопровождающегося резкой подавленностью и снижением самооценки.

Подъемы в его психическом состоянии можно сравнить с чувством эйфории, при таких переживаниях возникают фиксированные, утопические мысли о всемогуществе, величии, идеализм.

Периоды же спада, судя по почерку, могут быть настолько серьезны, что из них почти невозможно выбраться, они несут с собой драматизацию и трагизм восприятия мира. Очень трудно жить живой личности в черно-белом мире, в мире категоричности и сверхидей, сменяющихся глубоким разочарованием и таким же тотальным, как и порой идеализм, фатализмом...

Данный отрывок почерка Маяковского отражает депрессивный период его жизни. Строки, ниспадающие к концу, почерк обнаруживает вязкость штрихов, расколы в связанности букв. Особенно тревожный признак – контраст расслабленного нажима и нажима неестественно постоянного, также контраст между вогнутыми, выгнутыми и расслабленными штрихами и статичными неподвижными штрихами, особенно как перечеркивание в слове «механические».

Данный почерк отражает упадок душевных сил и депрессию. Однако на подсознательном уровне у Маяковского присутствует сильное внутреннее беспокойство, не дающие покоя энергия «одинокого волка» и следы нарциссичности. Впоследствии именно эти тенденции привели к демонстративному взрыву насилия, в результате чего этот человек покончил с собой в возрасте 37 лет.

Была ли предрешена его судьба? Что можно было изменить и можно ли это было сделать? Насколько фатален был сценарий его жизни? Наверняка ответить на все эти вопросы не сможет никто, однако выявить тенденции и расположенность ко всему тому, что и как переживалось этим человеком, его склонности и мировоззрение – мы можем. Приходит в голову интересный вопрос: что, если бы Маяковский был диагностирован, смог сам осознать, что происходит в его личности, понял бы природу борящихся в ней противоречий? Возможно, он смог бы, работая над собой, в чем-то измениться...

Однако, подумав еще раз, я опять прихожу к выводу – скорее всего, даже если бы такая возможность у него была, он не захотел бы ее принять – именно исходя из своей натуры...