Чтение онлайн

Исключительно важен правильный подбор переговорщиков. Подбор осуществляется на добровольной основе с учетом индивидуальных особенностей кандидатов, их умения разговаривать и думать в экстремальных ситуациях. Особое значение имеют такие качества личности, как наблюдательность, быстрота реакции, способность сохранять самообладание в любой ситуации, эмоциональная устойчивость. Важно также наличие интеллектуальных и коммуникативных способностей. Именно террористы часто сами выбирают тех, с кем хотят вести переговоры. Нередко возникает необходимость в переводчиках. Однако переводчики, как правило, не только переводят высказывания, но и интерпретируют полученные сообщения. Поэтому работа переговорщика с переводчиком представляет особую трудность, так как существует опасность искажения смысла сказанного или написанного террористами (Горбунов, 1999).

В наиболее общем виде к основным компонентам системы подготовки «экстремальных переговорщиков» можно отнести следующие (Горанчук, 2004):

● отбор кандидатов с необходимыми профессиональными качествами;

● обучение их приемам экспресс-диагностики как своих, так и чужих актуальных психических состояний и личностных свойств;

● формирование навыков ведения переговоров и психологического воздействия;

● практическая отработка умений и навыков в модельных и реальных условиях.

Ориентировочный перечень необходимых переговорщику психических характеристик, свойств и состояний можно представить в следующем виде: высокие интеллект (общий – выше среднего, коммуникативный – высокий) и темп мышления; значительные гибкость и переключаемость мышления; быстрая ориентировка в новой ситуации; хорошая разборчивость и эмоциональная выразительность речи; значительные объем, распределение и скорость переключения внимания; способность мысленно наблюдать ситуацию извне; точная субъективная оценка времени; низкий уровень спонтанной агрессивности и выдержка; аутентичность, искренность и способность вызывать доверие. При этом наиболее развитыми интегративными качествами, по-видимому, должны быть интеллект, высокая стрессоустойчивость и надситуативная активность, а также интуиция (способность к прогнозу динамики событий на основе личностной и ситуативной экспресс-диагностики). Важно подчеркнуть то, что каждая экстремальная ситуация требует, наряду с перечисленными «неспецифическими» (важными в условиях любого кризиса) качествами, констелляции и акцентирования определенных, «специфических» профессиональных качеств, которые в другой ситуации могут оказаться недостаточными. Последнее предполагает специализацию переговорщиков и, соответственно, разнообразие форм и методик их подготовки.

Способность быстро ориентироваться в обстановке, выявлять актуальные психические состояния и личностные свойства террористов требует воспитания наблюдательности, умения концентрировать внимание, видеть и слышать, правильно интерпретировать информацию. В основе этой способности, несомненно, лежат некоторые врожденные качества личности. Вместе с тем обучение основам психологии общения, этнической психологии, психодиагностики, психологии маргинальных сообществ, криминальной и наркоаддиктивной психолингвистики (а также основам многих других дисциплин) с последующей отработкой в ходе тренингов позволит «отточить» эти умения, довести их до уровня мастерства. Очевидно, наиболее существенным при этом можно считать умение выявлять те психологические «комплексы» экстремиста, которые предопределяют его поведение и воздействие на которые обеспечит требуемое разрешение ситуации.

Одна из задач переговорщика – осуществлять переговоры на как можно более низком эмоциональном уровне и не провоцировать негативных и непредсказуемых реакций террористов. И уже затем – стараться получить как можно больше сведений, чтобы использовать их для возможного освобождения заложников (или контртеррористической операции), хотя это уже в значительной степени задача спецслужб, а не самого переговорщика (Решетников, Федоров, 2004).

Надо учитывать, что лица, которые встали на путь террора, имеют особую психику, а прошедшие через несколько подобных акций – тем более. Их специфические черты характера сближают с пациентами с тяжелыми нарушениями психики, в частности это: «стирание границ между реальностью и фантазией», «ограниченная способность понимать и принимать доводы тех, кто мыслит иначе», «религиозное обрамление» идей борьбы, доходящее до степени мономании, садомазохистические тенденции и т. д. Но в отличие от тяжелых пациентов, нередко не способных даже минимально адаптироваться в социуме, террорист может проявить значительные усилия для достижения своих целей, демонстрируя чудовищные упорство, изворотливость, интуицию, подозрительность и сообразительность. Более того, он обычно особенно хорошо адаптирован именно к ситуации витальной угрозы, вооруженной борьбы и опасности (и в некотором смысле – опьянен этой ситуацией).

Поэтому специалисты, которые могут вступать в адекватный контакт с террористами, должны пройти подготовку по психологии и психиатрии, но еще больше они нуждаются в навыках ведения беседы с трудными пациентами, то есть речь идет о психотерапевтах, постоянно работающих с пациентами психотического уровня на протяжении многих лет, так как эти навыки требуют не только специальной многолетней подготовки, но и систематической тренировки.

Главная задача такого специалиста, безусловно, спасение заложников, и одновременно – психологическая помощь всем (включая террористов). Возможно, ужасный исход бесланской трагедии отчасти связан и с тем, что у террористов не выдержали нервы (это одна из официальных версий). Как они не бесчеловечны, они все же остаются людьми и в значительной степени подвержены той же динамике состояния, поведения и деятельности, которые были описаны для людей, оказавшихся в экстремальной ситуации с витальной угрозой.

Экспресс-диагностика личностных свойств террориста (экстремиста) столь же актуальна, сколь и оценка собственных психических состояний. Переговорщик обязан уметь регулировать уровень своего эмоционального напряжения, одновременно удерживая в поле внимания противника. Идеальной следует считать способность наблюдать за происходящим как бы со стороны (эффект геликоптера), одновременно оценивая и себя, и оппонента. Подобное качество обеспечивает возможность предугадывать ход событий и выбирать те стратегию и тактику переговоров, которые будут наиболее эффективными.

Наиболее важными моментами, связанными с анализом террористического акта и имеющими отношение к подготовке «экстремальных переговорщиков», вероятно, следует считать: мотивы (идеологию), причины и поводы к совершению террористического акта; способы подготовки и реализации агрессивного плана; характеристики человеческих и материальных ресурсов террористов; личностно-профессиональные качества лидеров экстремистской группы; степень психологической подготовки террористов и методы их психологического воздействия на окружающих. Уяснение перечисленного способствует воссозданию фабулы теракта, психологического климата в группе террористов, прогнозированию возможных методов воздействия на переговорщика, что в целом с определенной степенью вероятности обеспечивает формирование представлений о требуемых профессиональных качествах будущих специалистов переговорного процесса (Горанчук, 2004).

Подготовка «экстремальных переговорщиков» не полна без обучения разнообразным приемам и способам психологического воздействия. Техники вхождения в контакт, создания первого позитивного впечатления, привлечения внимания и инициации интереса к личности, создания адекватного имиджа и ролевых моделей с учетом этнических и конфессиональных качеств террориста, установления раппорта и поддержания диалога, внушения, убеждения и даже подчинения, очевидно, должны составить ядро этого этапа подготовки. Приведенный перечень вряд ли можно считать завершенным, особенно с учетом быстро меняющейся специфики чрезвычайных ситуаций.

Практическая отработка полученных знаний, умений и навыков с целью снятия синдрома «новизны», тренировки навыков реального взаимодействия с террористами представляется наиболее сложным этапом подготовки «переговорщиков». Сложность состоит не только в том, что трудно моделировать кризисную ситуацию как таковую, но и в том, что практически невозможно предугадать ее реалии. Тем не менее одним из возможных способов такой тренировки может стать взаимодействие с заключенными, характеризующимися крайне деструктивными формами поведения (например, «отказники») в условиях «зоны» или камер предварительного заключения.

В рамках теории посттравматического расстройства и возникшей в конце 80-х годов кризисной психологии оформилось понятие «психическая травма» (психотравма). Событие, которое воспринимается человеком как угроза его существованию, которое нарушает его нормальную жизнедеятельность, становится для него событием травматическим, то есть потрясением, переживанием особого рода (Черепанова, 1996).

Главное содержание психологической травмы составляет утрата веры в то, что жизнь организована в соответствии с определенными законами и поддается контролю. Травма влияет на восприятие времени, и под ее воздействием меняется видение прошлого, настоящего и будущего. По интенсивности переживаемых чувств травматический стресс соразмерен со всей предыдущей жизнью. Из-за этого он кажется наиболее существенным событием жизни, как бы «водоразделом» между происшедшим до и после травмирующего события, а также всем, что будет происходить потом.

Если раньше основную озабоченность вызывали такие последствия экстремальных ситуаций, как количество смертей, физических болезней и травм, то сейчас среди специалистов растет обеспокоенность их последствиями для психосоциального и душевного здоровья населения. Из людей, перенесших психотравму, 80 процентов функционируют нормально, а у 20 процентов через некоторое время (2–6 месяцев) возникают те или иные проблемы в одной или нескольких сферах жизни: аффективной, психосоциальной, профессиональной, психосоматической (Пергаменщик и др., 1999).

Незамедлительное психотерапевтическое вмешательство, как можно ближе по времени к перенесенной травме, позволяет предотвратить многие нежелательные последствия и переход процесса в хроническую форму.

В настоящей главе рассматриваются три направления психологической/психотерапевтической работы с людьми, пережившими рассмотренные выше виды травматического стресса: экстренная психологическая помощь, кризисная интервенция и психотерапия посттравматического стрессового расстройства (ПТСР).

3.3.1. Экстренная психологическая помощь

Экстренная психологическая помощь оказывается людям в остром стрессовом состоянии (или ОСР – острое стрессовое расстройство). Это состояние представляет собой эмоциональную и когнитивную дезорганизацию. Цели и задачи экстренной психологической помощи включают профилактику острых панических реакций, психогенных нервно-психических нарушений; повышение адаптационных возможностей; психотерапию возникших пограничных нервно-психических нарушений. Экстренная психологическая помощь основана на принципе интервенции в поверхностные слои сознания, то есть на работе с симптоматикой, а не с синдромами (Психотерапия в очаге чрезвычайной ситуации, 1998).

Правила первой помощи для психологов (Ромек и др., 2004).

1. В кризисной ситуации пострадавший всегда находится в состоянии психического возбуждения. Это нормально. Оптимальным является средний уровень возбуждения. Сразу скажите клиенту, что вы ожидаете от терапии и как долго продлится работа над проблемой. Надежда на успех лучше, чем страх неуспеха.

2. Не приступайте к действиям сразу. Осмотритесь и решите, какая помощь (помимо психологической) требуется, кто из пострадавших в наибольшей степени нуждается в помощи. Уделите этому секунд 30 при одном пострадавшем, около пяти минут при нескольких пострадавших.

3. Точно скажите, кто вы и какие функции выполняете. Узнайте имена нуждающихся в помощи. Скажите пострадавшим, что помощь скоро прибудет, что вы об этом позаботились.

4. Осторожно установите телесный контакт с пострадавшим. Возьмите пострадавшего за руку или похлопайте по плечу. Прикасаться к голове или иным частям тела не рекомендуется. Займите положение на том же уровне, что и пострадавший. Не поворачивайтесь к пострадавшему спиной.

5. Никогда не обвиняйте пострадавшего. Расскажите, какие меры требуется принять для оказания помощи в его случае.

6. Профессиональная компетентность успокаивает. Расскажите о вашей квалификации и опыте.

7. Дайте пострадавшему поверить в его собственную компетентность. Дайте ему поручение, с которым он справится. Используйте это, чтобы он убедился в собственных способностях, чтобы у пострадавшего возникло чувство самоконтроля.

8. Дайте пострадавшему выговориться. Слушайте его активно, будьте внимательны к его чувствам и мыслям. Пересказывайте позитивное.

9. Скажите пострадавшему, что вы останетесь с ним. При расставании найдите себе заместителя и проинструктируйте его о том, что нужно делать с пострадавшим.

10. Привлекайте людей из ближайшего окружения пострадавшего для оказания помощи. Инструктируйте их и давайте им простые поручения. Избегайте любых слов, которые могут вызвать у кого-либо чувство вины.

11. Постарайтесь оградить пострадавшего от излишнего внимания и расспросов. Давайте любопытным конкретные задания.

12. Стресс может оказать негативное влияние и на психолога. Возникающее в ходе такой работы напряжение имеет смысл снимать с помощью релаксационных упражнений и профессиональной супервизии. Группы супервизии должен вести профессионально подготовленный модератор.

Техники экстренной психологической помощи. У человека в экстремальной ситуации могут появляться следующие симптомы (Крюкова и др., 2001):

● бред;

● галлюцинации;

● апатия;

● ступор;

● двигательное возбуждение;

● агрессия;

● страх;

● истерика;

● нервная дрожь;

● плач.

Помощь психолога в данной ситуации заключается, в первую очередь, в создании условий для нервной «разрядки».

Бред и галлюцинации . Критическая ситуация вызывает у человека мощный стресс, приводит к сильному нервному напряжению, нарушает равновесие в организме, отрицательно сказывается на здоровье в целом – не только физическом, но и психическом. Это может обострить уже имеющееся психическое заболевание.

К основным признакам бреда относятся ложные представления или умозаключения, в ошибочности которых пострадавшего невозможно разубедить.

Галлюцинации характеризуются тем, что пострадавший переживает ощущение присутствия воображаемых объектов, которые в данный момент не воздействуют на соответствующие органы чувств (слышит голоса, видит людей, чувствует запахи и прочее).

В данной ситуации:

1) обратитесь к медицинским работникам, вызовите бригаду скорой психиатрической помощи;

2) до прибытия специалистов следите за тем, чтобы пострадавший не навредил себе и окружающим. Уберите от него предметы, представляющие потенциальную опасность;

3) изолируйте пострадавшего и не оставляйте его одного;

4) говорите с пострадавшим спокойным голосом. Соглашайтесь с ним, не пытайтесь его переубедить. Помните, что в такой ситуации переубедить пострадавшего невозможно.

Апатия может возникнуть после длительной напряженной, но безуспешной работы; или в ситуации, когда человек терпит серьезную неудачу, перестает видеть смысл своей деятельности; или когда не удалось кого-то спасти, и попавший в беду близкий погиб. На пострадавшего наваливается ощущение усталости – такое, что не хочется ни двигаться, ни говорить, движения и слова даются с большим трудом. В душе – пустота, безразличие, нет сил даже на проявление чувств. Если человека оставить без поддержки и помощи в таком состоянии, то апатия может перейти в депрессию (тяжелые и мучительные эмоции, пассивность поведения, чувство вины, ощущение беспомощности перед лицом жизненных трудностей, бесперспективность и т. д.).

В состоянии апатии человек может находиться от нескольких часов до нескольких недель.

Основными признаками апатии являются:

● безразличное отношение к окружающему;

● вялость, заторможенность;

● медленная, с длинными паузами, речь.

В данной ситуации:

1) поговорите с пострадавшим. Задайте ему несколько простых вопросов: «Как тебя зовут?»; «Как ты себя чувствуешь?»; «Хочешь есть?»;

2) проводите пострадавшего к месту отдыха, помогите удобно устроиться (обязательно снять обувь);

3) возьмите пострадавшего за руку или положите свою руку ему на лоб;

4) дайте пострадавшему возможность поспать или просто полежать;

5) если нет возможности отдохнуть (происшествие на улице, в общественном транспорте, ожидание окончания операции в больнице), то больше говорите с пострадавшим, вовлекайте его в любую совместную деятельность (прогуляться, сходить выпить чая или кофе, помочь окружающим, нуждающимся в помощи).