Чтение онлайн

Можно обозначить два формальных определения психологии: широкое и узкое. «Согласно первому из них, психология – это наука о всех формах психической жизни в живой природе и, следовательно, это биопсихология. В соответствии с более узким определением психология – это гомопсихология, т. е. наука о закономерностях развития и функционирования психики как особой формы жизнедеятельности представителей одного биологического вида, а именно вида homo sapiens». [63]

Теоретический объект исследования в психологической антропологии – особый. Его особенность состоит в несовпадении с объектом психологической науки в ее естественно-научном варианте – психикой. Вместе с тем он давно известен в психологии под именем «душа»; «душевная жизнь», «внутренний мир человека», «индивидуальный дух» – наименования реальности, изучаемой психологической антропологией. Обозначение этой реальности – субъективность; субъективная реальность и есть подлинный теоретический объект психологической антропологии.

Содержание психологической антропологии составляет описание явлений внутреннего мира человека, выявление оснований и условий развития субъективной реальности в пределах его индивидуальной жизни, представление психолого-педагогических условий становления человека в образовании. Психологическая антропология – это учение о субъективной реальности во всей ее полноте: онтологии, строении, условиях и движущих силах развития и закономерностях образования в интервале всей жизни. Она исследует психологию человека как целостную и развивающуюся реальность.

Психологическая антропология включает в себя «Психологию человека» (введение в психологию субъективности), «Психологию развития человека» (развитие субъективной реальности в онтогенезе), «Психологию образования человека» (становление субъективности в образовании). «Психология человека» исследует субъективность человека как таковую («субъективность вообще»): ее сущность, специфику, онтологию, особенности проявления, формы существования, т. е. строит теорию субъективности. У «Психологии развития человека» своя предметная область, свой взгляд на субъективность – исследование закономерностей и условий ее развития в онтогенезе, движущих сил и механизмов формирования органов субъективности как способностей человека. «Психология образования человека» выделяет свою предметную область описания субъективности – исследует процесс и закономерности становления субъективности в образовательных процессах. Учение о субъективности во всей ее развертке, или теоретическое содержание психологической антропологии, составляет теоретико-психологическую основу процессов образования и профессиональной деятельности педагога.

Итак, центральной категорией психологической антропологии является субъективность. Субъективность выражает сущность внутреннего мира и родовую специфику человека, отличает его способ жизни от всякого другого. Субъективность есть форма бытия человека и общее обозначение его внутреннего мира. Субъективность есть факт объективной реальности; она входит в состав реальных жизненных процессов человека. Внутренний мир человека, его сознание, его субъективность исходно выступает не как отношение к действительности, а как отношение в самой действительности. Разум, желание, чувства, воля реализуют практические отношения человека в мире, обеспечивают ему возможность сознательной постановки и достижения целей. Человеческая субъективность есть форма практического освоения мира. Само возникновение и существование субъективности обусловлено реализацией именно практических отношений человека к другому человеку, миру, обществу, истории, самому себе, овладением и сознательной регуляцией этих отношений.

В задаче раскрытия природы субъективности, условий ее становления и развития категория «практического отношения» является центральной. В человеке субъективно все, что обеспечивает ему возможность и способность встать в практическое отношение к своей жизни, к самому себе. Мерой объективности субъективных явлений является их включенность в реальную практику жизни человека. С самой общей точки зрения источник происхождения субъективности связан с изменением механизмов жизнедеятельности живых существ (адаптация, ассимиляция, репродукция, иммунитет и др.), но главное – с возникновением у человека способности встать в практические отношения к собственной жизни во всей ее полноте. Появление этой способности есть «фундаментальный поворот в живой природе, на котором свойство самоорганизации живых систем уступает место механизму самоконтроля». [64] Здесь впервые возникает отношение к самому себе, позволяющее человеку быть субъектом собственной жизнедеятельности. Именно поэтому субъективность составляет родовую специфику человека, принципиально отличает собственно человеческий способ жизни от до– и сверхчеловеческого.

Философский анализ установил кардинальный факт человеческой субъективности: для нее не существует однопорядковых, равнозначных явлений, с которыми она находилась бы в причинно-следственных отношениях (ни природно-телесных, ни социокультурных). Она либо есть, либо ее нет. Как пишет В. П. Иванов, для субъективности невозможно указать совокупность порождающих ее внешних причин, условий, обстоятельств, ибо ее природа и специфическое отличие от других процессов и явлений объективного мира состоит именно в отношении к ним, ко всему внешнему; ее специфика состоит в самопричинении, в самообусловленности.

С самой общей – но психологической – точки зрения субъективная реальность есть наиболее абстрактное выражение способа существования и принципа организации человеческой реальности (по словам философа С. Л. Франка, как непосредственного само-бытия человека). Этот всеобщий способ и фундаментальный принцип – субъективность – обнаруживает себя в главной способности человека: способности превращать собственную жизнедеятельность в предмет практического преобразования, что и позволяет ему быть (становиться) действительным субъектом (автором, хозяином, распорядителем) собственной жизни.

В замечательном созвучии со сказанным находятся слова философа и антрополога Тейяра де Шардена, который писал, что до сих пор между психологами существуют серьезные разногласия по вопросу о том, отличается ли специфически (по природе) человеческая психика от психики существ, появившихся до него? Для окончательного решения этого вопроса он видит только одно средство: решительно устранить из совокупности человеческих поступков, его поведения и действий все второстепенные, животнообразные проявления внутренней активности и рассмотреть самый главный, центральный феномен человеческой субъективности – рефлексию. По самому общему определению рефлексия – это такая специфически человеческая способность, которая позволяет человеку сделать свои мысли, эмоциональные состояния, свои действия и отношения, вообще всего себя предметом специального рассмотрения (анализа и оценки) и практического преобразования (изменения и развития).

Иными словами, по своей главной сути природа человеческой субъективности находит свое высшее выражение в способности к рефлексии как основополагающем механизме ее становления и развития в онтогенезе. Именно поэтому субъективность есть самый общий принцип существования человеческой реальности, но ее конкретный (теперь уже субъектный) способ бытия определяется характером и уровнем рефлектированности самой человеческой жизни.

В рамках антропологической парадигмы, которая сегодня складывается в гуманитарной психологии, любая категория, любое понятие о сути человеческой реальности, бытия человека свое подлинное содержание получает именно в контексте самой этой реальности. Поэтому как будет задано представление о специфике способов бытия человека – и именно человека, – такую интерпретацию частных понятий о его конкретном бытии мы и обретем.

Прежде всего, человек – это существо сознательное, способное отдавать себе отчет о сделанном (т. е. рефлексивное), и деятельное, способное к осознанному преобразованию. По словам С. Л. Рубинштейна, сознание и деятельность суть основополагающие характеристики человеческого существования, конституирующие саму его человечность. Несомненно, что эти две фундаментальные «опоры» бытия человека в мире резко обозначили недостаточность представлений об отражательно-познавательной функции психики в традиционной психологии. Сознание перестало быть лишь совокупностью знаний человека о мире; соответственно и деятельность как научно-психологическая (объяснительная) категория перестала отождествляться с разными формами активности человека. Онтологический статус сознания и деятельности – как наиболее общих способов бытия человека в мире – не позволяет успокаиваться на бесчисленном множестве частичных, узкопсихологических характеристик этих способов.