Чтение онлайн

Динамику в структуре психической реальности невозможно анализировать без применения понятия о времени.

Структура психической реальности разворачивается в нескольких временах: физическом, астрономическом, биологическом, историческом, психологическом. Связь всех времён осуществляется в переживании событий, которые как особая форма активности человека делают содержанием сознания время его жизни, в котором в разной форме представлены все другие виды времени. Событие – изменение в структуре психической реальности, которое сопровождается глубокими переживаниями процесса обоснования активности качествами Я.

Глубина переживаний не обязательно проявляется в бурной внешней активности, так как это – внутренняя работа, – то, что называют «трудом души» по созданию качественно новых элементов в структуре реальности. В этом отношении, думаю, природный темп активности, который обусловлен темпераментом, относительно независим от темпа преобразований, осуществляющихся в психологическом пространстве и времени.

Сегодня с уверенностью можно говорить о том, что качественные преобразования в психической реальности происходят под влиянием изменений в разных временах, которые относительно независимы друг от друга, но имеют потенциальную возможность объединиться в экзистенциальных переживаниях. Так, например, потеря близкого любимого человека в короткое мгновение может превратить моложавую женщину в старуху, а найденная любовь преобразит не только психический, но и физический образ угасавшего человека.

Психологическое время, как я уже отмечала выше структурирует жизненный путь человека, обеспечивая психической реальности обратимость, которая в настоящем – здесь и теперь времени – выступает как Я, способное к самообоснованию, т. е. к разным видам планирования и использованию своего опыта переживаний, которые в живой психической реальности обеспечивают её непрерывное существование в разных временах.

Как я уже отмечала, Я в самообосновании активности, в бытии в Я, предстаёт для себя в форме самосознания, таким образом фиксируется центр психологического пространства, которое активно и должно быть организовано по отношению к этому центру. Можно сказать, что самосознание – это рассказ Я самому себе о самом себе. Именно рассказ, как история, протяжённая в каком-то из времён или в нескольких из них, или во всех сразу, как целостный предмет, представленный параметрами психологического пространства или в сочетании со свойствами других пространств, как знаковая система, выполняющая символическую функцию воплощения переживаний в форме знаков.

Сейчас я показываюсь в сложной для меня ситуации. Я должна описать структуру самосознания, т. е. те устойчивые свойства Я, в которых оно проявляется для самого себя. Сложность ситуации в том, что мне нужно выбрать из множества научных подходов тот, который соответствует моему представлению о явлении самосознания. Воспользуюсь для этого феноменологическим методом, т. е. буду опираться на содержание моего научного и жизненного опыта, который можно обобщить в строении научных понятий, описывающих и анализирующих самосознание.

Итак, что, несомненно, есть в самосознании?

Есть переживание наличия Я как особого качества, принадлежащего только Я, т. е. бытие в Я, поэтому на схеме «Строение психической реальности» Я как и не-Я изображено в замкнутом круге. Этот круг и показывает, что есть в психической реальности устойчивое образование, которое доступно для внешнего наблюдателя как сохранность свойств человеческой активности во времени. Вспомните, мнения о человеке: «Он такой с детства», «Он вообще не меняется», «Ты всё такой же романтик» и т. п. – за ними очевидные факты наличия устойчивых свойств активности. Сам человек может сказать о себе: «Я всегда…», «Я никогда», «Мне не свойственно» или «Мне свойственно», «Я себе этого никогда не позволю…» или «Для меня это возможно» и т. п. Можно сказать, что самосознание открывается человеку как его возможность самообоснования своих же устойчивых качеств.

Устойчивость самообоснования существует не только в психологическом времени, но и в реальном времени жизни – она, думаю, основана на нравственных переживаниях, которые обладают очень сильным энергетическим потенциалом. В нравственных переживаниях человеку открывается одновременно его уникальность как человека и связь с Другими Людьми. Конкретный материал, который изложен в последующих главах позволяет чётко зафиксировать наличие таких переживаний у 6–8 месячных детей, а реакцию на Другого Человека в 1,5–2 месяца.

Присутствие в самосознании концепции Другого Человека в психологии очень часто описывают как индивидуальное бытие общественных отношений.

Здесь для меня тупик в рассуждении, я не могу провести чёткое разграничение между общественными отношениями и какими-то другими, например, отношениями природными, самоотношением и т. п. Общество, думаю, слишком неопределённый предмет, чтобы его наличие определяло строение самосознания. Встречается и уточнение этого представления – системой, порождающей самосознание человека является человеческая общность, к которой принадлежит конкретный человек. Здесь опять, по – моему, требуется множество уточнений, так как человек может и живёт в нескольких пространствах и временах, какое из них (или всё?) оказывают существенное влияние на появление устойчивых свойств самосознания?

Думаю, что до ответа на этот вопрос современной психологии ещё очень далеко. Возможно, поэтому психологам приходится пользоваться понятием личность для обозначения уникальности человеческого самосознания, относя появление и проявление личности к определённому периоду (периодам) в жизни человека. Для меня важно зафиксировать тот момент, что современная психология в научном мышлении о развитии самосознания человека обозначает уникальность самосознания как качества психической реальности.

Несомненно, что обретение самосознания – это процесс, в котором можно выделить основные структурные элементы. Один из них уже обозначен – наличие самообоснования Я, которое наблюдатель видит уже в избирательности активности младенца, о которой взрослый с полным правом говорит словами: «Ребёнок хочет или не хочет», «Ребёнок может или не может» и т. п. Практически с момента рождения ребёнок начинает жить в мире нескольких логик – логика самообоснования активности, логика взрослых по отношению к нему, логика предметов. Все эти логики как воздействие с обратной связью входят в переживание, структурирующее самосознание через инсайты – моменты качественного преобразования самообоснования, которые в психологии развития описывает как качественные скачки, очевидные для наблюдателя.

Можно воспользоваться следующими примерами для иллюстрации логик – логика самообоснования активности (в возрасте чуть больше года ребёнок может плакать специально, при этом исследователь может видеть, что он наблюдает за реакцией взрослых). При всей простоте примера за ним стоит неформальная логика, основанная на зачатках рефлексии, прогноза и планирования, целеполагания и т. п. элементов, характерных для неформальной логики.

Логика взрослых легко обнаруживает себя, например, в использовании ценностных обоснований взаимодействия с ребёнком: «Не бери на руки, избалуешь», «Не подходи, пусть наплачется вволю», «Надо учить плавать раньше, чем ходить» и т. п. В этих обоснованиях и открывается та культурно-социальная обусловленность отношений, где взрослые реализуют свою концепцию Другого Человека применительно к ребёнку. Каждый взрослый оказывается в ситуации, когда он должен выбрать позицию по отношению к ребёнку – позицию, основанную на Я-концепции взрослого, или на концепции Другого Человека.

Думаю, что выбор реализуется через переживание собственности, которое в рефлексивной формулировке может быть выражено так: «Это – мой ребёнок». Именно это переживание – инсайт, который оно содержит, – обосновывает выбор позиции взрослого человека. Думаю, что через эту позицию передаётся и то культурное содержание, которое обычно называют любовью к человеку.

Потенциально человек обладает возможностью смены этой позиции, которое связано с трансцендентальными переживаниями. Мне думается, что ощутимые различия в возможности любви к человеку, наблюдаемые повсеместно, обусловлены природными свойствами активности Я, которые можно было бы обозначить физическим термином силы Я, обеспечивающем возможности сохранения границ Я, дифференциации Я и не-Я, удержание психологической дистанции с другими людьми, иными словами, возможности ответственности, принятия решений, относительной независимости от силы воздействующих раздражителей. Думаю, что эти свойства задают и возможности осуществления трансцендентальной позиции в логике осуществления активности.

Предметная логика – действие с предметами, основанное на использовании свойств предметов.

Её отличие от других логик в том, что активность ограничивается во времени доступными свойствами предметов, одновременно открывая относительность этого ограничения во времени и пространстве как возможность существования новых свойств предметов. В психологии, благодаря работам Ж. Пиаже, подробно описаны закономерности становления предметной логики как развитие познавательной активности.

Для моего рассуждения важно, что этот вид активности выделяется как специальный объект научного исследования.