Чтение онлайн

При организации групповой психотерапии необходимо также соблюдать принцип предоставления больным наибольшей свободы как в высказываниях, так и в поведении. Не следует чрезмерно заботиться о планировании терапевтического сеанса; у больных всегда найдется достаточно вопросов для обсуждения. Часто также они сами оказывают корректирующее влияние на установки других больных. Они считают свои бредовые построения реальными фактами, а бредовые идеи своих товарищей трактуют как патологические и стараются убедить их в том, что они ошибочны. Обычно больной больше верит другому больному, нежели врачу. Поэтому беседы больных в группе по поводу своих симптомов могут скорее выработать критическую установку, нежели беседы с врачом.

Покидая больницу, пациент обычно оказывается в очень трудной ситуации. Окружение, как дома, так и на работе, помнит его психотическое поведение и с беспокойством как бы ожидает его повторения. Человек, вышедший из психиатрической больницы, не вызывает доверия у окружающих, которые убеждены в том, что никогда нельзя знать, как он будет себя вести в тот или иной момент. Подобная установка является довольно распространенной в обществе «психически здоровых людей», и преодолеть ее весьма нелегко. Не представляет удовольствия чувствовать на себе неосторожный взгляд окружения, высматривающего в человеке ненормальности. Приходится все время быть настороже, чтобы не оказаться за пределами круга нормальных людей.

То, что у обычного человека считалось бы проявлением плохого настроения, минутного каприза или раздражения, у бывшего пациента может быть воспринято как признак рецидива болезни. Больному бывает трудно устроиться на прежнее место работы; люди наблюдают, как он себя ведет, трактуя наименьшее отклонение как симптом болезни. Кончается обычно тем, что больного увольняют с работы, он уходит на пенсию, а это обычно становится началом его социальной деградации.

Ведя бездеятельный образ жизни, он все больше изолируется от людей, становится странным и чудаковатым, замыкается в себе; в подобных случаях говорят об отуплении либо шизофреническом дефекте. Если бы не уход на пенсию, тот же самый человек мог бы продолжать относительно успешное существование. Оказывается, что больные даже с устойчивыми симптомами шизофрении (например, с бредом и галлюцинациями) нередко могут вполне эффективно справляться со своими обязанностями. Обычно они бывают даже более ответственными по сравнению со здоровыми работниками, они нетребовательны и избегают конфликтов, а потому разумное начальство трактует их как образцовых работников.

Хлопоты начинаются лишь тогда, когда распространяется слух о том, что данный работник раньше страдал психическим заболеванием, и вокруг него создается аура непредсказуемости. Ярлык психического заболевания всегда создает вокруг человека атмосферу беспокойства: «а что он еще может натворить?». Иногда бывает желательно, чтобы больной, не выходя из больницы, полностью сменил свою среду и оказался среди людей, которые ничего не знают о перенесенном им заболевании.

В Польше еще слишком мало ценится роль социальных ассистентов. Они могут оказать немалую помощь при адаптации больного на его рабочем месте и в домашних условиях, влияя на изменение отношения к больному. Благодаря им больной получает помощь в разрешении различных, нередко сложных для него вопросов.

Лучше всего, когда после выхода из больницы пациент продолжает амбулаторное лечение у своего врача, которого уже знает и которому доверяет. Подобная опека может длиться иногда годами. Не следует, однако, навязывать ее пациенту. Если больной чувствует себя вполне хорошо и относительно успешно справляется с жизненными ситуациями, можно смело предоставить ему инициативу в определении того, когда он будет обращаться к врачу. Он будет приходить к врачу сам, если почувствует себя хуже или в тех случаях, когда у него будут какие-либо жизненные сложности.

При амбулаторном лечении, как представляется, наибольшее внимание должно уделяться вопросам социологического плана — организации клубов бывших пациентов, групповой психотерапии, творческих и дискуссионных центров. Использование эмоционально-чувственных связей, спонтанно возникающих между больными шизофренией, в форме организации специфического «societas schizophrenica» может оказаться важным фактором, противодействующим шизофреническому отупению.

Чрезвычайно интенсивные исследования биохимии шизофрении, проводимые во многих странах в последние годы, позволяют психиатрам надеяться, что, быть может, наконец-то будет найдено «чудесное» лекарство от шизофрении. Не отказываясь от этих оптимистических ожиданий, следует помнить, что даже если бы такое лекарство существовало, методы психосоциологического лечения не потеряют своей актуальности. Ибо нельзя вылечить человека только химическими средствами.

Тот факт, что шизофрения выявляет необычайное богатство человеческой природы, в определенном смысле обязывает врача к максимальным усилиям при ее лечении.

Будущие поколения, знакомясь спустя многие годы с историческим уже для них материалом нашей современной психиатрии, будут смотреть свысока на наше несовершенное и фрагментарное понимание сущности психических заболеваний, в том числе шизофрении. И не исключено, что они не слишком высоко оценят методы лечения, которыми мы располагали. Важно то, чтобы потомки не смогли упрекнуть нас в том, что мы не использовали все возможности лечения таких больных.

(1) Brzezicki E.: Faza ultraparadoksalna w postaci paragnomen jako początkowe stadium schizofrenii, „Neurologia, Neurochirurgia i Psychiatria Polska", 1956. N 6. P. 669–680. Того же автора: Aclion inattenóue chez les nevrotiques et comme prodrome schizophrenique, „Annales Medico-Psychologiqiies". 1957. N. 5. P. 695–705.

(2) Cieslak M., Spett К., Wolter W.: Psychiatria w procesie karnym. Warszawa. Wydawn, Prawnicze, 1968. P. 296–297.
– Spett К.: Zabojstwo — pierwszy objaw choroby. "Prawo i Zycie". 1956. N 6. P. 4.

(3) Bornsztajn М.: Wstep do psychiatru klinieznej dia lekarzy, psychologow i stydentow. Wyd. II uzupelnicone // Ksiegamia Ludowa. Lodz, 1948.

(4) Zob. J. Mawrkiewicz: Wstep do psychofizjologii normalnei. Warszawa; P2WZ. 1950. Т. 1; 1956. Т. П.

(5) Minkowski Е.: Traite depsychopathologie. Paris: Press Universitaires de France, 1966.

(6) Laskowska D.: Essai d'explication des mecanismes pathophysielogiques rnenant au developpment du syndrome confuso-catatonique aigu («catatoniquue mortelle» de Stauder) au cours de la schizofrenie // Annales Medico-psychologiques. 1967, T. I, N 4. P. 549–559.

(7) Cannon W. В.: The wisdom of the body. New York: Norton, 1939.

(8) Ey H. Studes psychiatriques. Desclee de Brouver. Paris, 1954. Того же автора: Les problemes cliniques des schizophrenie // L'evolution psychiatrique. 1958. N II. P. 149–211.

(9) Brzezicki Е.: Paragnomen ou actio praeter expectation. "Anna-les Medico-Psychologiques". 1960. Т. 2, N 2.

(10) Zob. Magic, faith and healing. Studies in primitive psychiatry today. (Коллективная работа, ред. A. Kiev). London; the Free Press of Glencoe, collier. Macmillan Ltd. 1964.

(11) Mitarski J.: Pasja zbierania // Dziennik Zachodni; 1966. N 259. 60

(12) Brzezicki Е.: Uber schizophrenien diezu einern soziabn Aufstieg fuhren. I Mitteilting: Positive Wandlung der ganzen Personlichkeit. Mitteilung I.: Positive Wandlung der ethischen Haltung // Confinia Psychiatrica. 1962. Т. 5, N 2/3. P. 177–187; N 4. P. 233–242. Того же автора: Schizophrenia paradoxalissoci-aliter fausta // Folia Medica Cracoviensia. 1961. Т. 3.2.2. P. 267–288.

(13) Lesniak R.: Pooborowe rwiany osobowosci bytych wiezniow obozu koncentracyinego Oswiecim-Brzezinka // Przeglad Lekarski. 1965. N. 1. P. 13–20.
– Orwid M.: Sociopsychiatryczne nastepstwa pobytu w obozie koncentracyjnym Oswiecim-Brzezinka. Taм же. 1964. N 1. P. 17–23.
– Szymusik A.: Astenia poobozowa и bytych wiezniow obozy koncentracyjnego w Oswiecim-Brzezinka. Там же. 1964. N 1. P. 23–23.
– Teutsch A.: Realtcje psychiczne wczasci clizia-tania psychofizycznego stresu u 100 bytych wiezniow w obozie koncentracyjnym Oswiencim-Brzezinka. Там же. 1964. N 1. P. 12.