Психология тревожности: дошкольный и школьный возраст
Шрифт:
Полученные в 8–11-х классах данные в определенной степени подтверждают теорию «зоны оптимального функционирования» Ю. Л. Ханина (1980). Напомним, что эта теория, в целом согласуясь с законом Йеркса – Додсона, включает вместе с тем представление о том, что оптимум мотивации имеет индивидуальный характер: некоторые люди достигают наилучших результатов при минимальном уровне возбуждения, некоторые – при высоком или среднем. В младших группах испытуемых такая зона выделяется лишь у некоторых детей.
Результаты нашей работы подтверждают имеющиеся в литературе данные (Р. Б. Кэттелл и И. Шеир, Ч. Спилбергер, Ю. Л. Ханин и др.) о взаимодействии тревожности как состояния и свойства. Однако подобное взаимодействие, отчетливо проявляясь в экспериментальных условиях с младшего школьного возраста, в естественных стрессовых условиях (контрольная работа, экзамен) наблюдается лишь со старшего подросткового возраста, но и тогда это воздействие оказывается во многом опосредованным влиянием взрослых.
Итак, проведенное исследование состояния тревоги у детей и подростков позволило выявить отчетливые возрастные различия в содержании, характере переживания тревоги и страхов и влиянии тревоги на результаты деятельности.
Полученные данные позволили сформулировать следующие выводы о функции тревоги.
1. Наличие возрастных пиков тревоги указывает на значимость этого переживания для удовлетворения ведущих потребностей, характеризующих детей определенного возраста и пола. Это служит подтверждением представления о ее сигнальной и мобилизующей функциях, а также свидетельствует в пользу представлений о связи тревожности (и как состояния, и как свойства) с неудовлетворением значимых потребностей.
2. Говоря о функции тревоги в деятельности, следует подчеркнуть, что вплоть до старшего подросткового возраста она в основном оказывает отрицательное влияние. В то же время отметим, что если у отдельных детей мобилизующая функция состояния тревоги в экспериментальных условиях отмечается уже с младшего школьного возраста, то заметной она становится лишь со старшего подросткового возраста, особенно в реальных условиях обучения. В дошкольном и на протяжении всего школьного возраста влияние тревоги на деятельность оказывается опосредованным особенностями поведения педагога и создаваемой им атмосферой в классе. Именно последнее, существенно увеличивая аффективную насыщенность ситуации, отрицательно сказывается на эффективности деятельности детей и подростков.
3. Взаимосвязь состояния тревожности и тревожности как устойчивого образования усиливается с увеличением возраста детей, хотя на него также во многом оказывает влияние позиция и поведение педагога.
Глава 3 Феноменология тревожности как устойчивого образования
3.1. Распространенность устойчивой тревожности у детей и подростков. Половозрастные различия
Первый вопрос, на который необходимо ответить, приступая к изучению тревожности как устойчивого образования у детей и подростков, касается того, как распространенность этого явления связана с изменениями, которые произошли в жизни общества. Для анализа мы сопоставили результаты исследований тревожности, проводившихся нами с 1978 по 2005 г. Работа проводилась в четырех возрастных группах: 7–9, 10—12, 13—14, 15—17 лет. Всего в исследовании участвовали более 5000 чел.:
• по 1200 чел. на 1–3-м периодах работы (не менее 150 чел. в каждой половозрастной выборке);
• около 500 – в 4-й период (примерно 75 чел. в каждой половозрастной выборке);
• более 800 – в 5-й и 6-й периоды (не менее 100 чел. в каждой половозрастной выборке).
Мальчиков и девочек приблизительно поровну. Работа проводилась методами, указанными выше (см. раздел 2.4).
Результаты работы представлены в табл. 8.
Из табл. 8 видно, что количество тревожных детей и подростков существенно менялось в зависимости от времени проведения исследования. Выделяются две точки относительного благополучия, когда количество таких школьников примерно соответствовало имеющимся в литературе данным по другим странам и выборкам. Во всех остальных периодах рост или снижение тревожности зависят от пола и возраста испытуемых. Поэтому рассмотрим данные по отдельным половозрастным выборкам.
В выборке 7–9-летних детей существенный рост отмечается между первым и вторым периодами исследования, в 1992—1994 гг. высокий уровень сохранился, а в 1996—1997 гг. – резко понизился. В 1998—2000 гг., как и в других возрастах, отмечается снижение, а в 2003—2005 гг. – вновь существенное повышение.
Таблица 8. Количество испытуемых с устойчивой тревожностью (1978—2005 гг.).
При этом рост количества тревожных испытуемых в наибольшей степени отмечался в группе мальчиков. В 1996—1997 и в 1998—2000 гг. количество тревожных девочек и мальчиков в этой возрастной выборке выровнялось. В настоящее время количество тревожных мальчиков вновь превышает количество тревожных девочек.
Несколько иначе обстоит дело в выборке 10–12-летних школьников. Статистически достоверное увеличение количества тревожных детей наблюдается здесь между 1-м и 3-м периодами исследования, как в группе девочек, так и в группе мальчиков, однако в данном случае не было значимых различий между группами мальчиков и девочек. Результаты 4-го периода исследования показали, что количество тревожных испытуемых в группе девочек достоверно уменьшилось, а в группе мальчиков осталось примерно на том же уровне, различия стали статистически достоверны. Как и во всех половозрастных группах, количество тревожных мальчиков и девочек резко снизилось в 5-м периоде исследования и стало примерно равным, различия между гендерными группами отсутствуют и в настоящее время, хотя количество тревожных детей в этой группе существенно возросло.
В выборке 13–14-летних подростков значимый рост количества тревожных испытуемых отмечается в группе девочек – между 1-м и 3-м периодами исследования, в группе мальчиков – как между 1-м и 2-м, так и между 2-м и 3-м периодами. В 1996—1997 гг. этот высокий уровень сохраняется, в 1998—2000 гг. – снижается, а в 2003—2005 гг. – вновь возрастает. Различия между группами мальчиков и девочек регистрируются лишь в исследовании 1992—1994 гг.
Первый и второй периоды исследования не выявили существенных изменений в тревожности 15–17-летних испытуемых, заметный скачок произошел лишь в 1992—1994 гг. и до настоящего времени остается примерно на одном уровне. Исключение составляют лишь данные 5-го периода исследования. Достоверных гендерных различий в этой выборке не обнаружено.
Полученные данные свидетельствуют, таким образом, не только о значительном повышении количества тревожных детей и подростков среди всех возрастных групп, но и о том, что у детей разных возрастов такое повышение проходило в разное время. Связь этой динамики с изменениями в общественной жизни страны – переходом от стабильного прогнозируемого к неустойчивому и непредсказуемому обществу и возникновением признаков некоторой стабилизации в последнее время вполне очевидна и не требует специальных доказательств. Поэтому внимание можно сосредоточить именно на анализе того, как и когда эти изменения отразились на росте тревожности у детей определенного возраста.
Из представленных в табл. 8 результатов видно, что быстрее всего происходящие изменения (и в отношении роста и в отношении снижения тревожности) затрагивают младших школьников и младших подростков. Отметим также, что по имеющимся у нас данным подобная динамика наблюдается и в дошкольном возрасте. Однако в связи с тем, что выборки дошкольников были малочисленны (не более 40 испытуемых), а также с тем, что мы не располагали данными по этой возрастной группе в стабильный период 1978—1984 гг., мы не сочли возможным включить эти результаты в общую таблицу. При этом на мальчиках 7–9 лет изменения отразились быстрее, чем на 10–12-летних. Кроме того, достаточно быстро «отреагировали» на происшедшие изменения старшие подростки – мальчики 13—14 лет. На тревожности группы старших подростков-девочек и обеих групп испытуемых старшего школьного возраста изменения сказались лишь в 1992—1994 гг. Вместе с тем, обращает на себя внимание рост тревожности от 2000 к 2005 г.
Судя по литературным источникам, обычно при изучении тревожности получаемые результаты имеют нормальное распределение, т. е. вне зависимости от места проведения и конкретного понимания этого явления около 70% испытуемых находятся в зоне «нормы», т. е. не проявляют ни повышенной тревожности, ни чрезмерного спокойствия. Это соответствует и нашим данным 1970–1980-х гг. В 1986—1997 гг. мы получили ярко выраженное непараметрическое распределение, причем распределение, по сути противоположное нормальному. Оно представляло собой как бы опрокинутую и резко сдвинутую в сторону большей выраженности тревожности кривую, что указывает на наличие определенного фактора, воздействующего на эмоциональную сферу детей и подростков. Данные 1998—2000 гг. вновь близки к нормальному распределению, которое вновь нарушается в 2003—2005 гг.
Для объяснения этих результатов следует обратиться к представлениям о детстве как об одном из наиболее незащищенных периодов в жизни человека. Находясь практически в полной зависимости от взрослых, от того, насколько те способны обеспечить их благополучие и защитить, маленькие дети, по-видимому, чутко улавливают угрозу нарушения такой защиты. Некоторые данные о том, как, каким образом происходящие в обществе изменения могут «транслироваться» детям, мы представим ниже (см. главу 4).
С возрастом, ростом независимости подростка от взрослых и его включением в подростковую субкультуру происходящие во взрослом мире изменения в меньшей степени затрагивают его, точнее, затрагивают не столь непосредственно. Они соотносятся с его системой ценностей, представлениями о себе и лишь после этого воспринимаются или не воспринимаются как угрожающие. В этой связи нельзя не отметить, что ситуация 1990-х гг. оказывается более тревогогенной для старших подростков и юношей, чем 1980-х, а ситуация 2003—2005 гг. – вызывает большую тревожность, чем в непосредственно предшествующий этому период.
Рассмотрим более подробно гендерные различия.
Остановимся сначала на данных по группе мальчиков.В 1978—1985 гг. группа мальчиков делилась на две подгруппы: младшую (школьники 7–12 лет) и старшую (13—17 лет). Среди старших подростков и юношей количество тревожных испытуемых была выше, чем у младших школьников и младших подростков. В 1986—1991 гг. различия обнаруживались между всеми возрастными группами мальчиков: количество тревожных испытуемых снижалось от младшего школьного к младшему подростковому, от последнего – к старшему подростковому и от него – к раннему юношескому.
В 1992—1994 гг. группа мальчиков вновь делится на две подгруппы: в первую попадают младшие школьники, младшие и старшие подростки (от 7 до 14 лет), количество тревожных испытуемых в возрастных выборках практически не меняется, а во вторую – старшие школьники, среди которых тревожных испытуемых существенно меньше. В 1996—1997 гг. среди младших школьников оказалось меньше детей с устойчивой тревожностью, чем во всех остальных группах. Особо обращает на себя внимание, тот факт, что мальчики, по крайней мере, 7–9 и 13–14-летние, дают более сильный всплеск тревожности, чем девочки. В 1998—2000 г. лишь в раннем юношеском возрасте количество тревожных испытуемых выше, чем во всех остальных возрастах.
В 2003—2005 гг. количество тревожных мальчиков во всех возрастах резко возрастает, статистически значимых различий между группами нет.
Обратимся теперь к данным по группам девочек.
В 1978—1986 гг. в выборке девочек количество тревожных испытуемых существенно повышалось лишь к раннему юношескому возрасту. При этом статистически значимые различия обнаруживаются лишь между 7–9 и 15–17-летними школьницами.
В 1986—1991 гг. ситуация существенно изменилась: в этот период группа девушек разделилась на младшую (7–12 лет) и старшую (13—17 лет) подгруппы, которые существенно различались между собой, причем, в отличие от предшествующего периода, при переходе от младшей группы к старшей количество тревожных не повышалось, а напротив, существенно снижалось. В 3–6-м периодах исследования возрастных различий в количестве тревожных испытуемых в группе девочек не выявилось.
Вопрос о гендерных различиях в переживании тревожности и страха широко представлен в литературе. Ряд авторов (см.: например, А. И. Захаров, 1988) указывают на большую склонность девочек к переживанию страха. По результатам массового международного исследования, в дошкольном и младшем школьном возрастах мальчики более тревожны, чем девочки, в 9– 11 лет различия сглаживаются, а после 12 лет у мальчиков тревожность несколько снижается, а у девочек – возрастает (по: Б. И. Кочубей, Е. В. Новикова, 1988). [11]
Для анализа этого вопроса сопоставим эти данные с результатами нашего изучения гендерных различий по среднему уровню тревоги детей разных возрастов (см. главу 2) и количеству тревожных испытуемых с устойчивой тревожностью. Напомним, что половозрастная динамика среднего уровня тревоги оказалась различной в зависимости от того, по какому показателю она выявлялась.
Для полной характеристики представим обобщенные качественные характеристики уровня тревожности в различных половозрастных группах по трем использованным нами показателям: