Чтение онлайн

Заключая этот раздел, еще раз отметим значение особо чувствительных (сенситивных) возрастных периодов развития. Секты особенно привлекательны для лиц первого переходного возраста, подросткового или юношеского, поскольку в этот период эгоцентризм нередко принимает форму наивного идеализма. На фоне повышенной ранимости и обостренного восприятия справедливости появляется склонность к неумеренному увлечению реформами и переустройством миропорядка. Глубокая уверенность молодого человека в превосходстве своего мышления в сочетании с пренебрежением реальными препятствиями почти наверняка приводит к конфликту с окружением. Он бурно переживает несправедливость, ему свойственна обидчивость, вспыльчивость и раздражительность. Вместе с тем выходить из «штопора» молодому человеку трудно, так как он еще не умеет справляться с собой. Он не знает, как смирять себя, у него нет терпимости, нет взвешенной реакции на всякие реальные обстоятельства. Тогда каждая житейская коллизия имеет тенденцию стать неразрешимой проблемой, а окружающие не внемлют этому. Он вопиет о помощи и жаждет получить ее, притом не когда-нибудь, а немедленно и желательно вчера. При этом помощь представляется приемлемой, если она сочетается с уважением к нему, а лучше с восхищением его возможностями. Все это он и ищет в секте.

Так складываются обстоятельства, обеспечивающие «ловцам» тоталитарных сект улов молодежи. Приобщение людей, пойманных сектами, облегчается и направляется назревшим внутренним неблагополучием, которое вовремя не смогли разрешить ни родные, ни общины, представляющие мировые религии. Молодых подталкивает в секты существенный дефицит либо в психическом, либо в физическом здоровье. Они считают, что это мешает им обрести социальное признание. Они остро нуждаются в тепле человеческого общения и условиях, позволяющих надеяться на воплощение утопических идеалов. Они уже потеряли надежду состояться как личности или близки к этому. Возникшее напряжение, глубинный конфликт, порождая напряжение, провоцируют включение психологической защиты, помогающей им изменить как свое поведение, так и трактовку нового поведения, не замечая истинных целей заглатывающих их сект.

Тоталитарная секта направляет свои усилия на перестройку модели мира неофита. Цена перестройки личности может быть достаточно высокой, поскольку предполагает полный и решительный отказ от всей системы прежних ценностей и человеческих связей. Осознанно пойти на этот шаг могут только люди с сильным характером. Для слабых или временно ослабленных людей подготовлена иная перспектива. Используя достаточно жесткие приемы, для них незаметно организуют подсознательно усваиваемый процесс перестройки модели мира, разрушающий все их прежние базовые ценности.

Слом модели мира обнаруживается (вне влияния секты) как следствие не зависящих от личности обстоятельств, когда его представления, сформированные всем предыдущим опытом, вдруг оказываются неэффективными в резко изменившейся ситуации. При этом человек может впасть в прострацию, поскольку у него нарушается нормальное протекание практически всех психических функций. В дальнейшем наступает либо психическая смерть личности, ведущая нередко к суициду, либо медленная и болезненная реконструкция модели мира, отдаленной целью которой являлось большее соответствие новой среде и (или) новым возможностям личности. При таких побудительных причинах реконструкции она осуществляется на базе лично избранных новых ценностей, идеалов и критериев, более отвечавших новым обстоятельствам. Здесь для нас важно подчеркнуть, что сознательный или подсознательный выбор этих новых базовых критериев для модели мира определялся самой личностью и знаменует ее новое понимание ситуации и, соответственно, новый уровень личностного самоопределения.

Радикально отличное преобразование личности происходит в тоталитарной секте. Достигаемая под ее давлением деформация модели мира носит характер, не зависящий от личности, навязанный ей извне и направленный на такое ее преобразование, которое исключает дальнейшее ее развитие и самоактуализацию. Используемые с этой целью приемы направлены на то, чтобы человек стал удобным, послушным и контролируемым, то есть полезным для секты. С этой целью у него вырабатывают желание подчиняться. Он получает от этого выгоду, поскольку исключается необходимость прикладывать собственные усилия и принимать какие-либо решения. (Тем самым саморазвитие исключается.) Одновременно приемы секты обеспечивают укрепление устойчивости новых представлений по отношению к усилиям, возвращающим личность к нормальному взаимодействию – семейному, дружескому, гражданскому. Совсем иная ситуация возникает, если восстановление модели мира с целью преодоления кризиса опосредовано одной из мировых религий. Каждая из них располагает системой грандиозных идеалов, способных не только реконструировать психический мир личности, но и укрепить его душевные силы. Кроме того, они допускают внутреннюю свободу, то есть то, что теперь называют правами человека, а эта свобода предполагает терпимость к иным религиям и одобрение их многообразия.

Набросав штрихи типовой характеристики тоталитарной секты, мы рассмотрели, кто приходит в секту, почему они туда стремятся, перечислили приемы деформации сектой их личности и остановились на некоторых простейших приемах снятия зависимости. Теперь надо со всей определенностью сказать, что ни одна мировая религия не разрушает психику и не отвращает человека от семьи и общества, в котором он живет, как тоталитарная секта. Традиционная конфессия как духовное устремление сама по себе не отвращает человека от общества. В предыдущих главах мы уже отмечали, что мировые религии делают своих приверженцев лучшими и более надежными членами человеческого сообщества. Они являют собой пример высоконравственных граждан, заботящихся о благе семьи и государства. Мировые религии не только не нарушают права личности, но развивают их духовно, способствуют нравственному совершенствованию, поощряя чувство ответственности перед близкими и сострадание к несчастным.

Итак, дорогой читатель, вы познакомились с книгой. Каковы же главные мысли, которые я стремилась сделать ясными?

Очень хотелось показать – каждая из религий мира за тысячелетия своего существования внесла в сокровищницу человеческой культуры нечто такое, что не только обеспечило ее сохранение, но и предопределило развитие. Вклад каждой из мировых и национальных религий многогранен. Это и формирование первых представлений о мироздании. Это и закрепленное канонами развитие языка. Это совершенствование морали и нравственности. Это введение в обиход системы обрядов и ритуалов, способных не только приобщить неофита к куль ту и поддержать его психическое здоровье, но и обеспечить его социализацию. Это все более выраженное проявление демократического начала на ранних этапах становления культуры. Это, наконец, пример жизни учителей, демонстрации достижимости провозглашенных ими идеалов, и сегодня служащих путеводными звездами человечеству. Хочется надеяться, что каждое из рассмотренных учений предстало перед вами как новое и прогрессивное для своего времени.

В заключение мне хочется подчеркнуть, что и сегодня мировые и национальные религии имеют большой потенциал для развития личности и общества. Согласно историческим законам все, что перестает приносить пользу, отмирает. Мы же с вами наблюдаем сейчас не отмирание, а как раз возрождение интереса к религии и взлет ее влияния. Стало быть, эти учения не могут рассматриваться только как история, они и сегодня плодоносят великими идеями. Тем более что религии изменяются. Они стали менее догматичны, уже не претендуют на абсолютную истину, но твердо оставляют за собой задачу культивировать и поддерживать существование вечных ценностей.

Религия полагает существование Бога. Появление представления о Боге меняет все мировосприятие человека, центрирует его модель мира и выстраивает соответствующим образом иерархию его целей и ценностей. Его образ вбирает в себя все недосягаемо прекрасные качества, определяет тот масштаб, который создает для человека перспективу развития и возможность подняться над суетой жизни. Кроме того, общий для всего народа Бог – мощный сплачивающий фактор. Известный философ и литератор В. Соловьев писал: «Религией мы называем то, что, во-первых, связывает человека с Богом, а во-вторых, в силу этой первой связи, соединяет людей между собой». Это стабилизирующий фактор, а не только сплачивающий. Правители приходят и уходят, границы стран меняются, жизнь приобретает новые формы, а Бог сохраняет свое значение.

Становление единобожия прошло долгий путь. По мере духовного развития человек начинал ощущать, что Бог вездесущ, что он везде. При рассмотрении индуизма мы видели, что, несмотря на множество богов, в нем имеется высший образ – Бог, который одновременно мыслится и единым и бесконечно множественным. Такая сложная конструкция связана с представлениями индуизма о том, что нечто, объединяющее всю бесконечность предметов и их обликов, невыразимо, его нельзя определить словом или знаком. Слово, знак может выполнять только роль намека, а намеков на одно и то же многогранное содержание может быть много. Поэтому одну невыразимую истину можно назвать разными именами. Вместе с тем поскольку Бог существует всегда, то в нем нет развития от прошлого к настоящему, он всегда в настоящем, но имеет возможность проявляться в разных ипостасях. В этом смысле индуизм уже не многобожие, так как допускает, что один Абсолют может получать разные имена, в зависимости от того, какую сторону Единого Бога представляет. Здесь множество богов – лишь разные проявления чего-то единого. Тем самым индуизм – религия единого божества, выступающего в разных образах.

В эпоху, когда человек еще наделял богов телом и низменными страстями, индуизм провозгласил единство божественного начала – Абсолют, превосходящий все сотворенное, зримое и мыслимое. В этом Абсолюте еще нет четкой дифференциации добра и зла. Он может проявлять себя, совмещая в себе как позитивные характеристики, так и негативные страсти. В представлениях такого Абсолюта отсутствует непроходимая граница между истиной и ложью. В них существуют лишь градации истины, а зло предстает не как прямая противоположность добру, но как сниженный уровень добродетели. Таким образом, пантеизм сменяется монистической религией, появляется высший бог – Брахма. На базе индуизма возникли две другие религии, с более отчетливым монотеизмом – зороастризм и буддизм .