Чтение онлайн

Считается, что этот путь «проторен» у людей, у которых снижена активность вентромедиальной префронтальной коры, что постоянно подтверждается в исследованиях мозга правонарушителей. Было показано, что у убийц и психопатов активность в этой зоне особенно слаба. Так же, как пониженная функция щитовидной железы означает, что ваш метаболизм нарушен и вы более склонны к полноте, исследователи, включая Рейманна и Зимбардо, полагают, что снижение активности вентромедиальной префронтальной коры свидетельствует, что ваши представления о морали искажены и вы подвержены совершению преступлений и асоциальных поступков. Вот какое заключение делают Рейманн и Зимбардо: «Исследования агрессии показывают, что снижение активности во фронтальных лобных структурах, в частности в префронтальной коре, или повреждения мозга в этой области могут быть главной причиной агрессии».

Если бы мы заглянули в мозг Гитлера, поначалу он, возможно, показался бы нам нормальным, но, попросив фюрера высказать нравственные суждения, мы бы, скорее всего, наблюдали сниженную активность в вентромедиальной префронтальной коре, а также признаки общей паранойи и тревожности. Однако, учитывая, что у него не наблюдалось особенных аномалий или повреждений мозга, о которых нам было бы известно, кажется маловероятным, что я смогла бы отличить скан среднестатистического здорового мозга от скана мозга Гитлера. Не зная ничего о вас, я, возможно, не сумела бы сказать, на каком скане представлен ваш мозг, а на каком – его.

Вместо того чтобы считать, будто один человек особенно плох, а другой – хорош, давайте перевернем вопрос: не будем спрашивать, действительно ли некоторые люди предрасположены к садизму; нам стоит выяснить, нет ли у всех нас садистских предрасположенностей?

В статье 1999 года, написанной психологами Роем Баумайстером и Китом Кэмпбеллом, сказано: «Садизм, определяемый как непосредственное получение удовольствия от нанесения вреда другим, с наибольшей очевидностью представляет собой воплощение подлинной привлекательности злых поступков» [15] . Ученые утверждают, что существование садизма делает другие теории или объяснения зла избыточными: «Люди поступают так, потому что это приятно, и этого довольно».

Эрин Бакелз с коллегами, отчасти вдохновленная работой Баумайстера, также утверждает, что садизм вообще-то вполне нормален [16] . В статье, опубликованной в 2013 году, она заявляет, что «современные концепции садизма редко простираются за пределы сексуальных фетишей или криминального поведения… И все же жестокостью могут наслаждаться и очевидно нормальные, обыкновенные люди… Эти рядовые проявления жестокости являются субклинической формой садизма, или, попросту говоря, повседневным садизмом».

Бакелз с командой ученых провела два изобретательных эксперимента. Они описываются в статье так: «Очевидно, что изучить человеческое убийство в лаборатории невозможно. Поэтому мы сфокусировались на схожем поведении, допустимом в исследовательской этике, а именно на убийстве насекомых». Действительно, очевидно. Итак, вместо того чтобы попросить участников эксперимента убивать людей, их попросили убивать насекомых. Конечно, все мы знаем, что насекомые вовсе не похожи на людей, – все мы, наверное, их убивали, – но это задание все же могло показать, кто готов быть садистом, а кто нет.

Как все происходило? Людей пригласили принять участие в исследовании «личности и толерантности к трудным профессиям». Когда они прибыли в лабораторию, им предложили выбрать одно из четырех занятий, связанных с реальными профессиями. Участники могли стать либо дезинсекторами (убивать насекомых), либо помощниками дезинсекторов (помогать экспериментатору убивать насекомых), либо уборщиками (мыть туалеты) или работать в холодной среде (терпеть боль от нахождения в ледяной воде). Группа, которая больше всего интересовала ученых, – те, кто предпочел роль дезинсекторов. Им дали кофемолку, чтобы перемалывать насекомых, и три чашки, в каждую из которых посадили по живому насекомому.

Особенно стоит отметить творческий подход к организации этого эксперимента. Исследователи пишут: «Чтобы усилить ощущение жестокости поставленной задачи, мы сделали так, чтобы машина для убийства производила отчетливый хруст. Чтобы очеловечить жертв, мы дали им уменьшительно-ласкательные прозвища». Имена были написаны на чашках: «Кексик», «Чувак», «Милашка».

Как думаете, взялись бы вы уничтожать насекомых? Слушать, как они хрустят, перемалываясь заживо, только потому, что вас об этом попросили? Эту задачу выбрали более четверти (26,8 %) участников. Следующий вопрос, пришлось бы это по душе вам. По результатам исследования, чем больше баллов участники набирали по шкале садистских импульсов, тем больше им нравилось убивать насекомых и тем более они были склонны убить всех трех насекомых, не прекратив эксперимент. Это были нормальные люди, и многие из них действительно получали удовольствие от истребления живых существ.

Быстрая проверка: пока я описывала методическую часть, обеспокоились ли вы хоть раз благополучием насекомых? Может, вы даже посмеивались, представляя то, как забавно их убивать? Хм… вероятно, по версии исследователей, вы окажетесь в группе субклинических садистов. К счастью для Кексика, Чувака и Милашки, «барьер не давал лезвиям повреждать насекомых, но участники об этом не знали». Исследователи уверяют нас, что в ходе научного эксперимента не пострадало ни одно насекомое.

Команда также провела второй, совершенно иной эксперимент. Он касался нанесения вреда невинным жертвам. Добровольцам предложили сыграть в компьютерную игру, их оппонентами, как они полагали, были другие люди, сидящие в соседней комнате. Участники должны были нажимать клавишу быстрее соперника, а победителю следовало «взорвать» противника, причем победитель мог контролировать уровень шума. Половина участников могла «взорвать» партнера сразу после выигрыша, а остальным же, прежде чем пошуметь, нужно было выполнить короткое, но скучное задание: подсчитать, сколько раз в бессмысленном тексте появляется некая буква. Это было просто, но утомительно. Если их воображаемый соперник побеждал, то всегда выбирал самый низкий уровень шума, так что у участников не было нужды в возмездии.

Вы бы взорвали своего оппонента? Насколько громко? И, наконец, будете ли вы стараться ради возможности навредить ему? Результаты исследования показали, что, хотя многие из нас готовы навредить невинной жертве, только те, кто набирал высокие баллы по шкале садизма, усиливали звук, когда понимали, что другой человек им не ответит. Они также были единственными, готовыми выполнять скучное задание, чтобы наказать соперника.

Похоже, что многие «нормальные» люди с готовностью ведут себя садистски. Результаты позволили исследователям утверждать, что, если мы действительно хотим понять садизм, нам следует лучше узнать себя. «Чтобы полностью справиться с феноменом садизма, нужно признать его повседневность и поразительную обыденность».

Каковы обычные характеристики садистского поведения такого рода? Одна из общих тем в разных контекстах – агрессия. Когда вы причиняете кому-то вред, например убиваете насекомое, вы ведете себя агрессивно. Схожим образом, чтобы получить садистское удовольствие, похоже, большую часть времени человеку нужно делать что-то агрессивное. Давайте-ка подумаем. Какие еще бывают виды агрессии? Начнем с агрессии, которую вы, наверное, чувствовали, но никогда не понимали: странное ощущение, что вы хотите причинить вред маленьким пушистым животным.

Неожиданно, но наши садистские наклонности, похоже, проявляют себя в присутствии милых животных. Вы когда-нибудь видели столь очаровательного щенка, что не могли с собой совладать? Вы испытывали желание крепко-крепко сжать его мягкую мордашку? Некоторые зверюшки такие милые, что нас так и тянет причинить им боль. Котята, щенята, птенцы перепелок – нам хочется крепко стиснуть их, пощипать за щеки, укусить, порычать на них.

Почему так происходит? Разве не психопаты и серийные убийцы мучают животных? Исследователи уверяют нас, что большинство людей в действительности не хотят причинить страдания зверям, и, хотя это звучит садистски, такие эмоции не свидетельствуют о мрачной тайне, скрывающейся в глубинах вашей психики. Возможно, вы любите Пушистика и на самом деле не желаете ему зла. Однако это не объясняет, почему ваш мозг искушает и мучит вас квазиагрессивной реакцией. Чувство, что вы хотите навредить тем, кто вам мил, настолько распространено, что для его обозначения появился термин – «милая агрессия».