Чтение онлайн

Почти сакральный культ лидерства в наши дни отчасти объясняется низвержением идолов и кумиров с небес на землю. Теперь кто победил, тот и прав, потому что ориентиров априори уже нет, и дорожные указатели придумывает по ходу движения вырвавшийся вперед авангард. Иными словами, что есть истина, диктует самый-самый первый. Он сам зажигает свою путеводную звезду, но вот тушат ее почему-то другие. Так уж повелось на состязаниях: сегодня ты, а завтра – я. Чтобы продлить или увековечить свое лидерское благосостояние и была призвана на помощь харизма. Что в конечном счете лишь усугубило блеск и нищету лидерства как новой непреложной парадигмы человеческого бытия.

Между лидерством и харизмой гораздо больше различий нежели родства. Эти два понятия скорее антагонистичны, нежели синергичны. Посудите сами. Харизма всегда самодостаточна и не требует дополнительных доказательств, тогда как лидерство нужно ежесекундно и тотально подтверждать. Лидерство легко уступить более удачливому, харизму – практически невозможно утерять. Лидерство требует вознаграждения за свое тяжкое бремя идти первому в связке, харизма не просит, но воздает. Схематически это можно изобразить так: если лидерство – прежде всего затраты, а потом дивиденды за успех и победу (т. е. «—» на «++»); то харизма – скорее приумножение благого качества при его реализации (в нашем примере: «+» на «++»).

Рискнем утверждать, что харизма противоречит законам классической термодинамики, в которой для того, чтобы что-то поиметь, нужно обязательно затратить. Харизматические проявления несколько иной природы, они метафизичны и подтверждают правило, что высокоразвитые структуры менее зависимы от прихода энергии и вложений извне. Безусловно, харизматическая личность вполне может оказаться лидером, проводником, пионером в сфере своей профессиональной деятельности, пожиная за свои труды заслуженные плоды, но в конечном счете не это придало ей харизматичность. Скорее именно харизма породила успех. И наоборот, далеко не всякий лидер в политике, бизнесе, искусстве может обладать харизмой. Наличие последней можно лишь изобразить, как бы и побыть калифом на час.

Отождествлять успех и харизму тем более не корректно. Даже при неудачах харизма как особое качество не исчезает, наоборот, именно в такие моменты она проявляется наиболее сильно и ярко. Способность харизмы противостоять злому року и бедам подмечена еще со времен эпохи мученичества в раннем христианстве. Христиане в римской армии оказывались самыми стойкими и преданными солдатами и офицерами, они не боялись смерти и не отказывались от своего воинского долга. Лишь бы их не заставляли обожествлять земных кумиров. Будущий император Константин I смог в этом воочию убедиться в ходе битвы на Мильвийском мосту в Риме против такого же претендента на трон Максенция (28 октября 312 г. н. э.). Имея в своем распоряжении всего 25 000 легионеров против 170 000 пехоты и 18 000 конницы у Максенция, Константин, по сути, на марше нанес сокрушительное поражение последнему. Говорят, Максенций слишком ревностно верил Сивиллиным пророчествам из книг и, вопреки военному рассудку, сменил обороняющую диспозицию на атакующую; что, впрочем, с таким перевесом сил вполне допустимо. То, что произошло в итоге, казалось чудом даже язычникам. Тем более что с точки зрения тогдашних современников армия Константина состояла из аутсайдеров – гонимых и отверженных христиан.

…Нечто подобное произойдет при Пуатье в 732 г., когда несколько тысяч рыцарей-христиан франкского майордома Карла Мартелла выдержат бой с 30-тысячным экспедиционным корпусом арабского халифата. Выстояв в жаркой схватке целый день, рыцари ночью разожгут костры и начнут править молебен. Они будут готовиться к достойной смерти, которая при таком соотношении сил была неизбежна. Но первые лучи солнца, к изумлению «воинов Христа», осветили… брошенный в спешке лагерь завоевателей. Те ушли, так и «не попрощавшись». Как отметят позже историки, арабский предводитель не рискнул подорвать свой… имидж. А вдруг поражение на фоне столь громких побед и обширных завоеваний (как-никак Пуатье – это почти средина Франции, от него рукой подать до города Тура, а там – Орлеан и Париж)? Приведенный пример показательный, ибо он отчетливо демонстрирует принципиальную разницу между имиджем и харизмой. Рыцари времен раннесредневековой героики скорее всего обладали всеми признаками харизмы, в то время как арабская легкая конница сыскала себе славу непобедимой. Первые с сознательной уверенностью шли на поражение, тогда как вторым ни в коем случае нельзя было рисковать уже наработанным успехом.

Пожалуй, с тех пор ничего в этом плане принципиально не изменилось. Кто-то изо всех сил пытается убедить остальных, что он «еще может» и «при силе», а кто-то в то же время просто делает свою работу и выполняет свой долг. За результат он не беспокоится, судить ведь ему, а не зрителям с галерки. Даже если он потерпел поражение, то не впадет в отчаяние – возможно, через какое-то время все увидят положительные последствия так называемой неудачи…

Понятно, что современная технология имиджа этого никогда не допустит. Где же это видано, чтобы проигравший оказался прав?! И как можно не реагировать на мнение окружающих? Но… харизма именно так зачастую и действует. Она никоим образом не подвластна имиджу. Это имидж вынужден подстраиваться под харизму, чтобы создать впечатление образа, которого ожидают вовне, то бишь подчиненные, поклонники, избиратели, зрители и т. д. И если имидж – это образ себя, который мы создаем в глазах окружающих, то харизма – деяния, которые оставляют после себя впечатление. Если первое – театр, спектакль, представление, то второе – самореализация и непрерывное приумножение потенций и могущества. На то, чтобы создать «нужный имидж», ныне тратятся гигантские средства, которые, по сути, выбрасывает в воздух, поскольку имидж можно изобразить, но он обязательно потребует проверки реальностью, и здесь понадобится… либо харизма, либо помощь извне, кредиты «под…», интервенция, но нередко – просто диктатура и принуждение, которые отстрочат крах, но вряд ли спасут от него. И если имидж есть отчужденная от субъекта функция «для кого-то…» или «для чего-то…», то харизма, существует и проявляется сама по себе и, собственно говоря, сама для себя.

Самодостаточность харизмы как человеческого свойства резко контрастирует с, мягко говоря, гетерностью имиджа (от гр. heteros – букв.: другой, гетера в греческом обществе – женщина для других). И если имидж может изображать что угодно, даже некую толику истинности, то он тем более не в состоянии сокрыть проявления харизмы. Просто словесное сочетание «имидж харизмы» наводит подсознательно на мысль о том, что в этой паре оба играют лишь роль.

Харизма не нуждается в посредниках своего проявления, и, пожалуй, именно этим выдает себя псевдохаризма как психоманипуляционный прием. Маркеров псевдохаризмы предостаточно, они конкретны и очень действенны, потому требуют отдельного рассмотрения.

Прежде всего примем в расчет, что псевдохаризма, это – психотехнология, т. е. ее можно искусственно создавать и добиваться с ее помощью конкретных результатов. Эффективность данного психоприема чрезвычайно высока. «Горный старец» Хасан ибн Саббах – крестный отец фидаев и ассасинов; Владимир Ульянов и Лев Троцкий, Адольф Гитлер, Мао Цзэдун, Че Гевара – у этих ребят руки были по локоть в крови, но до сих пор для многих живущих сегодня в нынешнем общем планетном доме они – харизматичны. Наряду с Иоанном Богословом, апостолом Павлом, Луи Пастером, Альбертом Швейцером, Амадеем Моцартом или Андреем Рублевым. Исторический опыт подтверждает: псевдохаризму можно успешно культивировать и получать с нее неплохой урожай. Особенно – в долгосрочной перспективе. Но и в текущей жизни харизматические игры позволяют успешно и безраздельно управлять как человеческими массами, так и отдельными индивидами по принципу «здесь и теперь». Псевдохаризма прочно покоится на целой стае «китов» безусловного психологического воздействия. Посудите сами.

Перво-наперво, как уже отмечалось, – это движение навстречу господствующим чаяниям и надеждам «пипла», то бишь народа, населения, граждан и т. д. Абсолютно беспроигрышный вариант – говорить, обещать и изображать, например, избирателю то, чего он хочет. Проще говоря, сыграть роль мессии.

Эффект псевдохаризмы резко усиливается в ситуациях неблагополучия, кризиса, бедствий, общего упадка и т. п. Утопающий, как известно, хватается за соломинку – и тем более он буде легко подвластен обещающему спасение и благоденствие в обмен на автономность суждений и свободу принятия решений. Знаменитая фраза революционеров: «Чем хуже, тем лучше» откровенно выдает сей псевдохаризматический прием. Согласитесь, прирост производства с 0 до 15 % – это аж в пятнадцать раз! И куда скромнее выглядит рост скажем со 100 % на 110 %. (Любимый пропагандистский трюк времен Страны Советов: сравнивать достижения СССР 1962 г. с показателями Российской империи 1913 г., а то и 1916-го, когда империя была ввергнута в пучину Первой мировой. Как вы думаете, во сколько раз увеличилось число зерноуборочных комбайнов? То-то… Жить стало лучше, жить стало куда веселее! И все же, ехидный вопрос: а если посчитать по поголовью, скажем, гусей? Тех, которые когда-то были так популярны на рождественском столе?) Да и пайковая система избранным слугам народа по голодным временам 1930-х – почти что «дар Божий». Как после этого не уверовать и в благость власти, и в сакральность избранного пути.

В наше время задача усложнилась не намного: достаточно лишь наемного работника сделать всецело зависимым от «дающего блага», т. е. работодателя. Игнорировав тот момент, что в конечном счете ни тот ни другой продуктивно существовать друг без друга не могут. Ослабить и подорвать веру в собственные силы будущего неофита очень заманчиво для харизматического всевластия. Куда же действительно деваться обиженным, угнетенным, неудачливым и презренным, как не в лоно благодарственного чуда? В бизнесе ведь тоже не святые горшки обжигают. Обращение «отец-благодетель» или фраза «мы на него все молимся» – нам все та же песнь о псевдохаризме. Многим и невдомек, что им отдают лишь толику того, что они заработали. Вспомним недалекое прошлое, когда нас «государство кормило, одевало и обучало». Днепрогэс, Воркуту, Магадан, БАМ и «Дружбу» оно, видать, построило тоже само. (Кстати, один из самих верных признаков псевдохаризмы – это перенос актуальной потенции субъекта на нечто обезличенное, абстрактное, чаще в третьем роде, как то: государство, общество, обустройство, предпринимательство и т. д.)

Один из излюбленных приемов псевдохаризмы – лишение субъекта целостной жизнедеятельности. Проще говоря, превращение человека в некую рабочую функцию и «оператора». Именно этим феноменом (разрывом единой картины миросодержания и личной сопричастности к бытию) объясняется тот факт, что многие умные люди, будучи узко профильными специалистами, чрезвычайно легко попадаются на удочку религиозных сект, радикальных политических течений, медицинского шарлатанства и т. д. Если человек преотлично что-то выполняет только в границах «от» и «до», то остальное ему несложно внушить. Но самое главное – он, по сути, беспомощен и бесправен, ибо как устроен в действительности окружающий мир, он не имеет ни малейшего представления. Вот и получается, что до сих пор многие, не задумываясь, говорят: «Я получаю такую-то зарплату» вместо «Я зарабатываю столько-то».

Если отсутствует прозрачность бизнеса и личная сопричастность со всеми аспектами дела, которым занимаешься, то неизбежно возникает дефицит информации – где и что берется. Так возникает феномен псевдохаризматичности менеджмента (в советские времена происходило нечто аналогичное: кто-то что-то создавал, кто-то «выбивал» и «доставал» все необходимое для жизни и производства, а почти независимо от продуктивности как-то активировался порой даже незавершенный продукт, затем каким-то образом выставлялась на него цена и т. д. – по сути, сплошная мистификация). И тогда, и поныне сокрытие всех концов в бизнесе предполагает одну и ту же цель: укрепление личной власти «организующего начала», в том числе и за счет особого харизматического духа самого института управленчества. К слову, новая экономическая религия господина Маркса лишь добавила туману в столь непростой ситуации. Так что не будем далее утрировать и безоглядно обвинять бизнес в преднамеренной нечестности. Между прочим именно класс предпринимателей, которых принято называть мидл-классом, т. е., проще говоря, «середняками», наименее восприимчив к псевдохаризматическому манипулированию. Понятно почему. В небольшой фирме, спаянной узами товарищества или семейственности, нет больших секретов друг от друга, и все в равной степени понимают, «где и что берется». Отсюда – никакого ложного пиетета перед рукой, выдающей заработанное. Но для чистого функционера получаемые дивиденды почти то же самое, что и манна небесная. Как и почему именно так платят за выход, ему не ведомо и не подвластно. Он получает за честное выполнение предписаний инструкции. Чем последняя будет отличаться от священных скрижалей, уже непонятно.

Псевдохаризма ужас как неравнодушна к многозначительности, туманным намекам, таинственности и загадочности. (Современный новояз характеризует все это одним понятием: «понтоваться», «наводить понты». Слово по происхождению необидное и обозначает в переводе с французского (ponte) человека, играющего в азартные игры с банком. Нередко «понтующий» вместо реальных козырей использует мастерство блефа. Бывает это срабатывает и банк срывается.) Аналогично, что имидж ложной харизмы произрастает из сокрытия того… чего нет. Главное – держать марку и не выдать пустоту собственных возможностей. Чем больше таинственности, тем сильнее любопытство и ажиотаж потенциальных неофитов и тем легче они своими же руками создадут требуемую ауру харизматичности вокруг своего лидера, пророка или вождя. Впрочем, именно здесь псевдохаризматики и переигрывают: из тайны они делают культ, фетиш, мистерию, и потому возникает законное подозрение, что в темной комнате черной кошки попросту нет. Возьмите себе на заметку, что личность, изображающая псевдохаризму, никак не может обойтись без выспренности, многозначительности и прочих намеков на свой особый или уникальный статус и все это завуалировано дымкой тайны и необычности. На что многие и покупаются.

Говорят, свита играет короля. То же самое можно сказать и о псевдохаризме. Сходство почти полное, если учесть что особая аура монаршей милости, по сути, тоже лишь условно (т. е. закреплена в подсознании как архетипный социорефлекс) харизматична. Наш биологический стадный инстинкт – великая вещь, и если все вокруг верят и убеждают в чем-то одном друг друга, то нужно иметь большое мужество и сильный разум, чтобы не побояться стать белой вороной. Либо оставаться естественным и искренним, как ребенок, чтобы осмелиться выкрикнуть: «Король-то голый!».

Мы как-то не замечаем, что многое в нашей повседневной жизни основано на безоговорочной вере в их незыблемость и непреложную истинность чего-либо. Например, те же деньги. Либо институт собственности. Или вера в прогресс и безграничные перспективы науки. Мы верим, что «это не получится, потому что ни у кого еще не получалось». И так далее. Кстати, все больше раздается суждений по поводу того, что многие постулаты бизнеса также основаны… на тотальной вере. Ярчайший пример – реклама, для многих заменившая религию, и ее бурный рост. Второй пример – различные индексы доверия (риска, привлекательности), которые позволяют играть всем по одним и тем же установленным правилам, которые в конечном счете являются… псевдохаризматическими проявлениями человеческой совокупной деятельности. Ибо может прийти день, когда эти законы и правила рухнут или окажутся бесполезными для выживания человечества. Все может быть, и никто не рискнет загадывать будущее.

Псевдохаризма тем и отличается от настоящей благодати, что весьма и весьма зависима от реакции среды, проще говоря – от того, насколько в нее верят и насколько безотчетно ей поклоняются. Потому так важна роль свиты или, лучше сказать, – группы психологической раскрутки и поддержки харизматического внушения. Собственно, псевдохаризма – это всегда хорошо срежиссированный спектакль или даже бесконечно продуцируемый в жизнь мыльно-драматический сериал про одного и того же героя и его особые достоинства.

Еще один излюбленный прием харизматического нагнетания – метод мифологизации. Прожитую жизнь еще никому из смертных не удавалось повторить с начала, но вот переписать ее историю очень даже можно. Тем более что память о прошлом всегда исключительно субъективна, да еще и со временем окрашивается в положительные розоватые тона. А если не лениться да не скупиться, то всегда можно представить на суд современности «объективных очевидцев». Либо «неопровержимые доказательства», которые почему-то нельзя проверить. Возможности мифа в создании харизматического ореола поистине безграничны. Многие ведь еще помнят, как им в садиках впаивали в доверчивое детское сознание сказки о «добром дедушке Ленине», который и чаем горячим непременно напоит, и последней горбушкой поделится… перед расстрелом. Или тот же миф о непобедимости рунических сверхчеловеков, т. е. гитлеровских войсках СС. Хотя Эрих фон Манштейн, которого еще никто не уличил ни в одном слове неправды или заангажированности, в своих мемуарах (Утерянные победы: Пер. с нем. – М.: АСТ, 1999) рассказал как в первые дни войны дивизия СС «Мертвая голова» потеряла из-за своей военной бездарности едва ли не 70 % личного состава и ее пришлось тут же спасать и выводить на доукомплектацию. Фельдмаршал принципиально утверждал, что танковые дивизии СС начали отлично воевать лишь в 1943-м, когда в их ряды влились закаленные боевым опытом танкисты вермахта и новейшие супертяжелые танки «тигр» и «пантера», лобовую броню которых не брали 76-милиметровые орудия еще не модернизированных «тридцать четверок», кроме того, значительно улучшилось техническое снабжение (например, у 3-й гвардейской танковой армии генерала Рыбалко не было ни одного понтона, но бой за Днепр у войск СС она все же выиграла). Мифов прошлого существует превеликое множество, и потому-то мы порой легко обманываемся, веря в то, чего никогда не было.

Впрочем, не менее (если не более!) заманчиво и выгодно мифологизировать… будущее. Ведь не одно поколение искренне верило и ожидало прихода обещанного рая на земле – светлого коммунистического завтра. А сколько было заложено капсул с письмами… комсомольцам 2018 г. в ознаменование 50-летия ленинского комсомола в 1968 г. Действительно, «вечно живой» вождь и «вечно живое» его детище. Ох как любит псевдохаризма провозглашать абсолютные истины и собственную не подвластность времени. При всем том, что сама-то всячески убегает от реальности. Манипулирующий массами от имени и по велению некой харизмы будет убеждать, «как было», и уверенно обещать, «как будет». Но вот «здесь и сейчас» предлагается взять на веру и немножко потерпеть.

И последнее. Псевдохаризма терпеть не может критического отношения к себе. Продуцирующие ее личности всегда готовы к обману, фальши, мистификации, подлогам и фокусничеству. Если необходимо, они пойдут на любую провокацию, чтобы в разыгравшемся скандале попытаться как-то улизнуть от пристальных разборок. Простите за грубость, но псевдохаризматические деятели в первую очередь ищут дурачков и наивных, а еще – тех, кто чем-то озабочен, чтобы на этом же и сыграть.

Поэтому совет: старайтесь пореже раскрывать перед «чужими дядями и тетями» свои личные слабости и проблемы. Выходя в мир, оставьте слезы и просьбы дома и никогда не покушайтесь на предлагаемый бесплатный кусочек сыра. Пусть «мышеловка» окажется нетронутой, когда-то в нее обязательно попадется тот, кто ее и поставил.

Итак, что все-таки представляет собой харизма, если она не имидж, не технология и даже не убежденность в том, что носитель харизмы – чудотворец? Пожалуй, прежде всего отметим, что харизма – отнюдь не вещь или некое присущее человеку качество, которое можно отнять, получить, приобрести, иметь или понять («понимание» от того же семантического корня, что и «имение»). Главной ошибкой поздней греко-римской цивилизации, опять-таки в понимании сотворяющего божества, было то, что они считали мир лишь эманацией (лат. emanatio – букв.: истечение) от божественного начала. Иными словами, нечто, что можно сравнить со светом электрической лампочки, да простят меня утонченные философские натуры за такую грубую аналогию. Как известно, лампочка рано или поздно перегорает. (Не отсюда ли происходит бытовавшие в средине прошлого века теории, согласно которым Солнце сжигает свое ядерное топливо и непременно остынет, как и любое пепелище? Сейчас представления о жизни и перерождении звезд куда сложнее, но многим проще думать так и поныне.) Вот и получалось в примитивном механическом трактовании, что и харизма – это некая данность свыше, отдельное личностное качество, типа, скажем, того же высшего образования (заметьте, его «дают» и «получают», «имеют» и далее в таком же роде). Будем хотя бы здесь откровенны: есть диплом и ты уже не только «специалист», но и «умный человек», то бишь образованный. Есть у тебя харизма, и ты уже харизматический и тебе все верят, все обожествляют. (Александр Македонский, Юлий Цезарь и их последователи именно так и поступали в миру – веровали сами и заставляли верить других, что они и есть земное воплощение бога. Но то были еще времена, когда «быку позволялось поиграть в юпитерианское». Сейчас «божественность» обычного смертного хитро подменили понятием харизматичность. И скромность соблюдена, и эффект величия достигнут. В те исторические эпохи, когда низвергаются боги, земная харизматичность приобретает привкус божественной. Так было всегда, и так будет продолжаться до тех пор, пока человек не научиться отделять «благо» от «имения». И еще при сем перестанет уповать исключительно на высшую ипостась.)