Психопатки. Психология женского зла
Шрифт:
Будучи старшим братом, Уэс уже в родительской семье примерил на себя главенствующую роль, ведь у него было четверо младших братьев и сестер. Уилладен, как старший ребенок в семье, училась трудолюбию и заботе о младших братьях и сестрах. Девушка росла застенчивой и покорной. Эти качества и привлекли Уэса. Уилладен была польщена, когда он назвал ее своей невестой.
То, что Уилладен еще так молода, Уэса не смущает. Напротив, свой жизненный опыт он использует для того, чтобы произвести на нее впечатление и доминировать. Кроме того, такой уклад семьи уже знаком ему – он видел подобное в родительском доме: его мать вышла замуж за отца, который был на четырнадцать лет старше. В восемнадцать у нее уже было двое детей.
Сама почти ребенок, Уилладен переезжает из одной семьи в другую. В ее жизни особо ничего не меняется. Раньше она подчинялась и изо всех сил пыталась угодить отцу, теперь – мужу. Прежде она присматривала за своими младшими братьями и сестрами, теперь у нее появляется маленькая Элизабет Диана. Уилладен знает, как обращаться с детьми, но вот наладить материнскую связь с дочерью ей не удается. Самое главное для нее – чтобы муж, которого она любит наивной девичьей любовью, был всем доволен. В доме должно быть чисто. Она хочет нравиться Уэсу, быть привлекательной для него и делать все возможное, чтобы удовлетворить его потребности. Через несколько месяцев после первых родов она снова беременеет. Диане был год, когда родился Джон. Их матери Уилладен – всего восемнадцать. Ведение домашнего хозяйства дается ей все сложнее. Спустя два года после Джона у нее рождается Кэти.
Уэс – безусловный глава своей небольшой семьи, что с самого начала восхищало Уилладен. Когда он приходит с работы, детей не должно быть слышно. Строгость и дисциплина – основы для воспитания в ребенке покорности. Это Уилладен было хорошо знакомо, ведь так воспитывали и ее. Несмотря на то что у нее на руках уже трое маленьких детей, она следует Божьей заповеди, написанной в Библии: «Плодитесь и размножайтесь». Через год после Кэти появляется Джеймс. Уэс трудится то здесь, то там, но нигде подолгу не задерживается. Откуда поступает предложение о работе, туда и переезжает семья. Эти скитания заканчиваются, только когда Уэс получает постоянную должность в почтовом отделении.
Будучи старшей из детей, Диана идет по стопам матери. Ее основная задача в семье – не создавать родителям проблем и активно помогать в заботах о братьях и сестрах. Диана ненавидит все это с самого начала. Ей нужна мать, но она не может найти ее в Уилладен. Та скорее похожа на старшую сестру, которая указывает Диане, что делать, и соперничает с ней за любовь отца. Девочка очень похожа на Уэса, но даже это не помогает ей завоевать его благосклонность. В повседневной жизни дети раздражают Уэса. В семье его главные задачи – устанавливать правила и раздавать наказания, а Уилладен должна делать все остальное. Уэс ждет, что даже самые маленькие не будут действовать ему на нервы своими криками. Особенно его раздражает в детях их плач. Отец запрещает им плакать. В качестве наказания он кричит и бьет их, пока те не замолчат. Они не должны быть нытиками. Так Диана рано усваивает манеру улыбаться независимо от того, что она на самом деле чувствует. Учится уходить в себя и надевать маску, сквозь которую никто не сможет заглянуть ей в душу.
Единственное неизменное семейное событие – это посещение церкви два раза в неделю. В остальном все обыденно – они живут вместе, но душевной близости между членами семьи нет. Диане очень хочется, чтобы мать хоть иногда уделяла время только ей и выслушивала ее рассказы, но этого никогда не происходит. Единичные моменты «сближения» с матерью – это редкие походы в кино с остальными братьями и сестрами, семейная прогулка по окрестностям на Хеллоуин и «уроки» по домоводству, когда Уилладен учит детей шить и готовить.
Желание добиться внимания отца сменяется отвращением к нему из-за его постоянных вспышек гнева. Если он не кричит на Диану, то просто игнорирует ее. Своих младших братьев и сестер она воспринимает как обузу. С самого раннего возраста ее заставляют быть для них нянькой. Пол появляется на свет через восемь лет после нее – он самый младший брат. Будучи занятой новорожденным, Уилладен теперь особенно рассчитывает на помощь старшей дочери. Когда, находясь под присмотром Дианы, малыши балуются, достается девочке. Ей самой запрещено наказывать братьев и сестер. Если она жалуется отцу, что младшие не слушаются, он ругает ее за ябедничество.
Кажется, Диане никак не избежать наказания. Она не понимает взаимосвязи между желательным и нежелательным поведением с положительными или отрицательными последствиями. Умение уловить эту взаимосвязь – следствие традиционного, нормального воспитания. Вместо этого Диана видит, что независимо от того, как она себя ведет, неизбежно возникают неконтролируемые негативные последствия в виде гнева со стороны родителей и наказаний. Сопутствующий опыт познания «правильного» и «неправильного» поведения не имеет значения, потому что отрицательные последствия все равно наступают, вне зависимости от того, ведешь ты себя хорошо или плохо.
В школе Диана очень застенчива и сдержанна. В отличие от одноклассников она носит старомодную одежду, длинные юбки, коричневые туфли и белые носочки. Внешний вид, неуверенность в себе и чересчур густые брови делают девочку мишенью для насмешек. Как и в семье, среди сверстников она чувствует себя обиженной, отверженной и одинокой. Перемены для нее – настоящая пытка. На физкультуре ее всегда выбирают в команду последней. Она никогда никого не приглашает на дни рождения. Несмотря на все это, ее успеваемость в школе очень высокая, уже в раннем возрасте Диана демонстрирует интеллектуальную одаренность. Учителя любят ее. Для Уэса и Уилладен хорошая учеба дочери – нечто само собой разумеющееся. Они никак не комментируют ее достижения и не испытывают гордости. Уэс следит за тем, чтобы дети учились и дома. Если домашних заданий мало или совсем ничего не задано, он велит им внимательно изучать словарь. В свободное время Диана любит читать. Девочка рано понимает, что книги – это способ сбежать от безнадежной повседневной жизни. В процессе чтения ее посещают мечты о других мирах, о другой жизни. Она легко уходит в себя и по крайней мере на время избавляется от ежедневной боли. Диана грезит о будущем, в котором все должно быть идеально: она станет уважаемым врачом, у нее будет много денег и роскошный дом. Те, кто издевается над ней сейчас, будут ей завидовать.
Вот, я спала вчера с отцом моим
Отец сказал, что если я кому-нибудь
расскажу, то все меня возненавидят.
Диане было двенадцать, когда ее мать вышла на работу. Самому младшему ребенку в семье, Полу, исполнилось четыре. Уэс нашел для Уилладен место на почте. Чтобы и дальше иметь возможность заниматься домашним хозяйством и детьми, она чаще всего работает в ночную смену, то есть ночью ее нет дома. Тогда за детьми присматривает Уэс. В это время поведение отца по отношению к Диане меняется. Когда Уилладен нет рядом, он добр к дочери, старается сблизиться с ней. Кажется, Уэс впервые начинает ею по-настоящему интересоваться, разговаривает с ней по собственной инициативе. Вечером он садится рядом с ее кроватью и начинает ласкать. Поначалу Диана думает, что это и есть то внимание, которого она желала годами. Но все не заканчивается проявлениями обычной отцовской любви. Уэс начинает знакомить дочь со своими представлениями о сексуальной жизни. Она не понимает, что он делает. Так приятное чувство сменяется дискомфортом. Ей хорошо и плохо одновременно. С одной стороны, еще до изнасилования она испытывала к отцу презрение. С другой, все эти годы она жаждала родительской любви. Ей противно то, что делает с ней Уэс. Но поскольку он ее отец, она любит его, несмотря ни на что. Позже она скажет об этом: «Он слишком рано заставил меня повзрослеть. Сейчас я осознаю, что все было гораздо серьезнее, чем я тогда думала. В то время я не понимала, что такое секс».
Дневного папу я любила,
ночного – ненавидела.
Слова одной из жертв насилия
Многие родители боятся, что их ребенок может подвергнуться сексуальному насилию со стороны незнакомца. Образ мужчины, заманивающего детей сладостями в укромный уголок, широко распространен и сегодня. Однако зачастую люди не осознают, что в подавляющем большинстве случаев акты сексуального насилия в отношении несовершеннолетних осуществляют не незнакомцы, а те, кто был знаком с жертвой и даже вхож в семью. Это не единственное распространенное заблуждение о сексуальном насилии над детьми. Под самим феноменом понимаются все виды развратных действий в отношении ребенка. Это определение включает в себя не только случаи, когда преступник прикасается к интимным частям тела несовершеннолетнего или заставляет его трогать свои интимные места, но и когда насильник принуждает ребенка совершить сексуальные действия, направленные на самого себя. Широко распространено предположение о том, что все, кто применяет насилие в отношении детей, являются педофилами и что все педофилы априори жестоко обращаются с детьми. Обе части этого утверждения неверны.
Есть те, кто испытывают сексуальное влечение к детям и при этом никогда не совершают актов насилия. Они осознают, что реализация таких сексуальных склонностей на практике навредит ребенку и вообще является уголовным преступлением. Поскольку эти люди не хотят причинить вред и нарушить закон, их сексуальные фантазии не выходят за рамки воображения. В повседневной жизни они контролируют свое поведение. Чтобы помочь им вести нормальную жизнь, несмотря на существующие склонности, в 2005 году в Германии запущен проект «Не стань преступником». Некоторые из его участников сосредоточены в своих сексуальных интересах исключительно на детях, другие испытывают влечение как к несовершеннолетним, так и к взрослым. В отношении представителей первой группы говорят об «истинной педофилии», касательно людей из второй группы – о «регрессивной педофилии».
В отличие от вышеописанных личностей, которые чувствуют сексуальное влечение к детям, но не совершают преступных деяний, есть те, кто используют свои извращенные фантазии как руководство к действию и подвергают детей насилию. Преступники, мотивированные педофильскими наклонностями, составляют менее половины всех насильников. Сюда входят как «истинные», так и «регрессивные» педофилы. Таким образом, далеко не у большинства насильников присутствует фундаментальный сексуальный интерес к детям. В то же время не все люди с такой склонностью становятся правонарушителями.
Более половины всех преступлений, связанных с насилием над детьми, совершается людьми, чьи сексуальные интересы на самом деле направлены на взрослых. Часто такие преступники испытывают разочарование в отношениях, не умеют адекватно воспринимать конфликтные ситуации и разрешать их конструктивно. У некоторых просто не получается найти подходящего по возрасту партнера для романтических и сексуальных отношений. Эти преступники видят в детях своего рода замену. То есть, по факту, они хотели бы испытать близость и сексуальное удовлетворение со зрелым партнером. Но отсутствие такового или постоянно тлеющие конфликты и стрессовые ситуации формируют у этих людей латентную неудовлетворенность. В этой ситуации у них, неожиданно даже для самих себя, начинает развиваться сексуальный интерес к ребенку или подростку из ближнего окружения.
Часто, но не всегда преступником в таких ситуациях является отчим жертвы или ее биологический отец. Такие насильники, ищущие в детях замену взрослому партнеру, обычно пытаются «дотянуть» их в своем восприятии до своего уровня развития. Например, они пытаются убедить самих себя в том, что объект их нездорового интереса – «уже маленькая женщина» и «очень развита для своего возраста». Это подсознательная попытка обмануть себя – закрыть глаза на то, что они на самом деле делают, когда насилуют ребенка. Такие преступники часто говорят, что их несовершеннолетняя жертва дала им ту безусловную любовь и привязанность, которую они хотели, но не смогли получить от взрослого партнера. Некоторые из них даже заявляют о якобы существующих романтических любовных отношениях с пострадавшей стороной. Они не осознают этого абсолютного дисбаланса сил в ситуации, а также ущерба, который они наносят детской психике.
Такие насильники путают любовь ребенка к близкому человеку со своим взрослым представлением о романтической любви и/или сексуальном интересе. Они навязывают собственные потребности несовершеннолетней жертве, которая, естественно, не хочет разочаровать или потерять значимого для нее человека и поэтому делает все, о чем тот просит. В свою очередь, преступник интерпретирует такое поведение как согласие и даже как личный интерес. Насильник часто отрицает, что использует эмоциональную привязанность ребенка для удовлетворения своих потребностей. Жертвы таких ситуаций нередко молчат о жестоком обращении, поскольку боятся лишиться своего близкого и разрушить семью, озвучив факт свершившегося преступления. Ведь, несмотря ни на что, они любят этого жестокого взрослого и своих родных.
Диана Даунс, очевидно, пострадала именно от такого вида жестокого обращения. Ее описания собственных переживаний и реакций на насилие производят сильное впечатление. То, что истязания начались вскоре после наступления половой зрелости, также важно в этом контексте. Многие преступники, ищущие в детях замену взрослому партнеру, являются отцами своих жертв. Они начинают насилие вскоре после того, как тело их дочери начинает меняться в пубертатный период. Поскольку на самом деле они бессознательно ищут замену взрослой партнерше, физиологическое преображение жертвы убеждает их в том, что девочка уже «почти» женщина. Отец Дианы к моменту начала насилия был властным, сексуально активным мужчиной. Его супруга, на которой он женился в молодости, постепенно потеряла привлекательность в его глазах из-за многочисленных родов и непростой семейной жизни. В то же время он видит физические изменения в теле своей дочери, и они начинают возбуждать его.
Ночная работа жены наконец обеспечивает ему отличную возможность реализовать свои сексуальные потребности за счет подростка. На некоторое время он начинает проявлять к дочери больше внимания, расположения и доброты, чего не случалось прежде, но только для достижения своей цели – сексуального удовлетворения. Действуя таким образом, он крайне негативно влияет на Диану, и это скажется на всей ее дальнейшей жизни. Он приучает ее к тому, что она достойна любви только в том случае, если доставляет сексуальное удовлетворение мужчине. Оказывается, быть любимой – значит быть обиженной, а консервативные христианские ценности, которые он исповедует, – не что иное, как просто красивая картинка. Подвергаясь насилию, она не осознает, что с ней делает отец. Как и не знает того, насколько в результате этого опыта изменится ее личность на всю оставшуюся жизнь.
Диана не может избежать того, что делает с ней Уэс. Он – непререкаемый авторитет в семье. Мать не поверит ей. И даже убедившись в происходящем, Уилладен при любых обстоятельствах поставит мужа выше своих детей и всего остального. Она не станет защищать Диану. Единственный взрослый человек, кому девочка может довериться, – это бабушка. Вероятно, Диана и обратилась бы к ней, не будь та матерью Уэса. Если женщина узнает, что делает ее сын с собственной дочерью, это разобьет ей сердце. Диана чувствует себя пленницей в этой безвыходной ситуации.