Чтение онлайн

Однако разногласия между теми, кто полагал, что аффективные черты можно надежно диагностировать, и их противниками много раз приводило к изменениям в классификации психопатии в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM) Американской психиатрической ассоциации.

DSM – американская библия психических болезней. Руководство дает практикующим врачам шаблон для оценки и классификации пациентов. Диагностика пациента обычно является первым шагом к назначению оптимального лечения. Однако определение психической болезни – весьма запутанный процесс, и я всегда учу студентов выходить за рамки DSM. Иначе говоря, DSM – хорошая отправная точка, но, чтобы действительно быть на переднем крае психиатрической науки или в курсе новейших способов лечения, необходимо знать плюсы и минусы любого процесса установки психиатрического диагноза. Более того, DSM постоянно меняется, и в его основе лежит наука, экономика и политика (и не обязательно именно в таком порядке). Поэтому исследователь обязательно должен разобраться в истории изучаемой психической болезни и узнать, как она определялась в предыдущих версиях DSM.

Первые изложенные в DSM варианты терапии диссоциального расстройства личности/психопатии вызвали широкое недовольство {29} {30} . Это заставило Американскую психиатрическую ассоциацию провести полевые исследования, чтобы руководство полнее описывало традиционные симптомы психопатии. В итоге в DSM-IV (и DSM-V) вновь оказались введены некоторые аффективные критерии, удаленные из DSM-III, но так половинчато, что оно практически ничего не говорит о том, как составить из отдельных симптомов единое целое.

Пожалуй, еще важнее – и опаснее – то, что судебные эксперты могут диагностировать у лица диссоциальное расстройство личности по определению DSM, но при этом неправильно использовать литературу, как Перечень психопатических черт, и ошибочно связать новейшие открытия о рецидивизме и методах лечения с лицом, у которого лишь минимальные диссоциальные симптомы.

Я регулярно консультирую юристов и судей и знаю, что они довольно часто слышат от своих консультантов, будто бы у ППЧ и DSM одинаковые критерии диссоциального расстройства, тогда как это совершенно неверно.

На семинарах профессиональной подготовки я вкратце описываю отношение между определением диссоциального расстройства личности в DSM и психопатии в ППЧ.

Критерии диссоциального расстройства личности в DSM примерно полдороги не доходят до диагноза психопатии по перечню Хэра. Если вы врач, работающий с обычным населением, и проведете интервью с клиентом и обнаружите, что он соответствует критериям DSM, можете быть уверены, что перед вами человек с очень тяжелым характером. Но после этого вы должны выйти за рамки DSM и оценить признаки психопатии при помощи перечня Хэра. Таким образом вы будете знать, имеете ли вы дело с психопатом, и это позволит составить программу терапии и стратегию обращения с клиентом. Если же вы работаете в судебно-правовой системе, вам следует даже не обращать внимания на критерии DSM и пользоваться только исправленным Перечнем психопатических черт.

Эволюция исследований психопатии полна неожиданных поворотов, однако научное сообщество в итоге сумело создать систему оценки этого расстройства. В следующей главе я подробнее рассмотрю симптомы психопатии на примере двух известных убийц.

Во второй половине XIX века американцев дважды потрясли убийства президентов. Первое произошло в 1865 году, когда Джон Уилкс Бут выстрелил в Авраама Линкольна. Через шестнадцать лет, в 1881-м, Шарль Джулиус Гито убил президента Джеймса Гарфилда. Оба убийцы воспользовались одним и тем же орудием преступления – револьвером 44-го калибра, но на этом сходство заканчивается.

Джон Уилкс Бут был известным театральным актером и вел довольно богемную жизнь. Бут симпатизировал южанам и застрелил Линкольна через несколько дней после капитуляции конфедератов, подписанной главнокомандующим Робертом Ли. Убийством президента Бут пытался вернуть перевес в Гражданской войне на сторону Юга. Преступление Шарля Гито, в отличие от совершенного Бутом, не имело никакого мотива и поставило в тупик американский народ. Суд над Гито расколет медицинское и юридическое сообщество по вопросу так называемого нравственного помешательства и ответственности за преступление.

Многим кажется, что ужасные преступления сами по себе доказывают, что преступник психически нестабилен и даже ненормален. Меня часто спрашивают, все ли убийцы – психопаты. Многие думают, что это так. Но, как мы видели, психопатия несколько сложнее, чем можно вывести из любого отдельного преступления, каким бы оно ни было чудовищным. На следующих страницах я собираюсь оценить признаки психопатии у двух известнейших убийц в истории Америки и показать, каким образом на основании этой оценки можно поставить клинический диагноз. Как мы узнали из главы 2, на психопатию, как ее определяет перечень Хэра, указывают 20 черт, то есть типичных аффективных, импульсивных и антисоциальных симптомов этого расстройства. Каждый пункт оценивается по трехбалльной шкале от нуля до двух. 0 означает, что данная черта не характерна для человека, 1 – что она свойственна ему в некоторой степени или некоторых аспектах, а 2 говорит, что она присутствует во всех аспектах его жизни. Обычно перед диагностикой я лично беседую с пациентами, но, разумеется, Бут и Гито мертвы, поэтому нам придется полагаться на исторические хроники. К счастью, благодаря известности их преступлений о них обоих известно очень многое. У нас есть десятки рассказов родственников, друзей, статьи журналистов и репортеров, автобиографии и биографии и даже личные дневники. Таких дополнительных источников достаточно для оценки психопатических черт обоих убийц. При этом мы должны постараться сохранить объективность, чтобы их преступления не оказали чрезмерного влияния на нашу оценку. Хотя они оба совершили преступления против собственной страны, мы не можем позволить, чтобы единственный инцидент исказил нашу оценку; мы обязаны рассмотреть жизнь Бута и Гито во всей полноте.

Моя цель в этой главе – предложить читателю познакомиться с тем, как ученый оценивает психопатические черты индивида. Чаще всего ППЧ применяется для оценки риска в случае с преступниками, но он используется и в других сферах судебно-правовой системы, например в спорах об опеке, бракоразводных и других процессах. Оценить эти черты не так просто, как кажется, и результат может вас удивить. Давайте изучим их одну за другой и классифицируем Джона Уилкса Бута и Шарля Гито в свете того, что нам о них известно.

Типичное поведение из репертуара психопатов – то, что они склонны говорить быстро, многословно и часто прерывают разговор других возбужденной речью, которую наблюдателю бывает трудно понимать и обрабатывать в реальном времени. Психопаты бомбардируют слушателя таким количеством информации, что после разговора он зачастую не в состоянии все это переварить. Затем наблюдатель вспоминает ситуацию и интерпретирует услышанную информацию обычно в очень положительном ключе. В итоге психопат нередко производит впечатление остроумного, даже приятного человека, но «чутьем» собеседник понимает, что в этом человеке есть что-то неправильное. Требуется опыт, чтобы отфильтровать речь психопата.

Занимаясь со студентами-психологами, я очень люблю отправить их в тюрьму, чтобы они проинтервьюировали заключенных психопатов, но при этом не давать никаких дополнительных материалов и не сообщать, что человек, с которым они будут говорить, психопат. Я наблюдаю за интервью и даю студентам возможность самим задавать вопросы. После окончания я спрашиваю у студентов, что они думают о собеседнике. В большинстве случаев я слышу в ответ что-то вроде «Он такой симпатичный человек, даже не представляю, за что он сидит» или «Если бы мы с ним встретились на воле, я бы с ним выпил пива». И уже тогда я даю им прочитать личное дело заключенного. «Это не может быть один и тот же человек», – обычно говорят новички. На это я говорю: «Идите и поговорите с ним еще раз теперь, когда уже знаете всю подноготную». Во время второй беседы студент спрашивает: «Почему вы не рассказали о том, что есть в вашем личном деле, о преступлениях, изнасилованиях, грабежах?» Как правило, психопаты отвечают примерно так: «А, все это в прошлом. Я хотел поговорить о том, каким я стал».

Это весьма полезный урок для любого, кто хочет работать с психопатами. Невозможно оценить психопатические черты только на основании интервью. Для правильной оценки нужны дополнительные сведения.

Вы думаете, жертвы психопатов знали, что им грозит опасность? Конечно нет. Они, может быть, видели тревожные сигналы, может быть, чувствовали нутром, что дело нечисто, но большинство жертв психопатов не понимали, с кем имеют дело, иначе они убежали бы оттуда со всех ног. Психолог должен доверять этому чутью и разобраться, что не так. Не дайте застигнуть себя врасплох. Когда работаешь с психопатами, нужно всегда быть настороже.