Чтение онлайн

– Теперь моя очередь, господа, - подал голос Шеннон.
– В настоящее время мы используем джип из отеля. Что касается собственного транспорта, то его у нас немного - "виллис", полугрузовик "форд" и четыре "унимога". Один из них в ремонте. Вчера получили два бельгийских трицикла, тоже с прицепами, но я распорядился оставить их для нужд аэропорта и госпиталя. Ещё мы задействовали "Миневру", принадлежащую отелю.

А что у нас с запасами бензина?

– В автопарке осталось всего двенадцать тонн бензина и тринадцать тысяч шестьсот литров газолина. Запасных шин тоже маловато. Особенно для грузовиков.

– Здесь я смогу помочь, поскольку нам удалось закупить в Уарри большую партию автомобильной резины!

– Что же, переходим к третьему вопросу. Полковник Шеннон предлагает отменить запрет на азартные игры. Что скажете?

– В Кларенсе уже действует два игровых зала: кости, карты, а в "Индепенденсе" даже крутят рулетку, - доложил Хорас.

– Я, в принципе, не против. Лицензии на азартные игры могут принести неплохой доход в казну, - высказал своё мнение Дусон.
– Меня больше волнует другое. Полковник, в барах стали торговать импортным алкоголем. Есть предположение, что его доставили на вашей "Тоскане".

– Первый раз слышу,- возмутился Шеннон.
– С чего Вы взяли?

– В Кларенсе появилось большое количество чери-бренди, после захода вашего корабля в порт. Рыбаки такое количество просто не смогут привезти...

– Нельзя, чтобы наши люди подрывали основы государства. С алкоголя надо платить акциз,- строго сказал Окойе.

– Хорошо, я разберусь.

– Вот и отлично, - завершил дискуссию председатель.
– Дусон, готовьте соответствующий декрет и представьте мне на подпись. А теперь Ваша очередь, Морисон.

– Ситуации в Стране Кайя. Деревни расположились вдоль Равнинной дороги, соединяющие Кларенс с Туреком. В них проживает около двадцати тысяч душ. Кроме местных корнеплодов они культивируют какао и сахарный тростник, занимаются резьбой по дереву и ткачеством. Плантации концентрируются вокруг трёх крупных селений. Во времена колонии здесь имелось почти две с половиной сотни хозяйств. Они выращивали какао, хлопок и кофе, дававшие две трети экспортной выручки. На них были заняты до пятидесяти тысяч рабочих, включая членов их семей. Сейчас продукцию дают только сорок две плантации, остальные - заброшены. При первой же возможности начнём осмотр Страны Кайя и оценим возможности рекультивации экспортных культур...

Шеннон отвлёкся, делая пометки в своём блокноте. Потом он вырвал из него листок и протянул Хорасу записку.

Комиссар внимательно её прочёл, но никак не реагировал. Тем временем, Морисон продолжил свой доклад:

– Сахарный завод давно не функционирует, поэтому сахарный тростник используется для производства "бакки", туземного пива. Другим источником дешёвого алкоголя, называемого "тодди", являются кокосовые пальмы...

– После совещания, - рука Хораса коснулась Шеннона, - я собрал нужную информацию.

– Северные бакайя насчитывают около десяти тысяч душ и занимаются, в основном, земледелием. Это самая многочисленная и отсталая часть населения. С экономической точки зрения их территория также бесполезна, как и Страна Винду. В колониальное время это был источник дешёвой рабочей силы. Точной информации о территории, лежащей за Хрустальными Горами, практически нет. Это всё!

– Не густо, - в растяжку произнёс председатель.
– Может есть смысл расспросить вождей об их племени?

– Я пытался выудить информацию у Адама Пира и Калина Верда, но они несут всякую чушь.

– Что правда, то правда. Наши члена Комитета часами готовы обсуждать принадлежность участка земли тому или иному клану, спорить над текстом статьи закона, но честно рассказать о положении вещей в своём племени не готовы...

– А что у нас преступностью, господин комиссар?

– Даже тем минимальным числом людей, мне удалось навести порядок в городе и наладить сбор кое-какой информации. В этом мне помогли прежние сотрудники жандармерии и полиции.

– Вы их проверяли на надёжность?

– Да, мсье. За них поручились соседи, - Хорас замолк, ожидая очередного вопроса.

– А кто тогда обеспечивает порядок в Йогоне, Битисе и других селениях бакайя?

– Когда функционеры режима сбежали, власть перешла к традиционным вождям. Им помогают поддержать порядок местные добровольцы.

– А кто их содержит?
– спросил Шеннон.
– На довольстве они не числятся...

– Казна не имеет к этому никакого отношения, - пояснил Морисон.
– Добровольцы содержаться за счёт своих односельчан.

– Да, - раздумчиво произнёс Окойе.
– Набор местных добровольцев в полицию позволит нам сэкономить на муниципальной полиции.

– Порядок в Кларенсе обеспечивает двенадцать человек во главе с лейтенантом Раккой, - пояснил Френч.
– Шесть из них - наши люди.

– А чем они вооружены?

– Дубинками, - последовал ответ.
– Огнестрельное оружие мы им не выдавали.

– Хорошо. А кому они подчиняются?

– Административно - муниципальным властям, оперативно - мне, - бодро ответил Хорас.

– И есть результаты?

– Да. По оперативным данным, в городе и его окрестностях скрывается чуть более шестидесяти дезертиров. Нам известно, что они похитили трёх городских девушек. Однако, они не представляют серьёзной угрозы. Рано или поздно они сбегут в джунгли или будут выловлены. Гораздо опаснее соратники Кимбы, ушедшие в подполье, их явные и тайные сторонники.

– Вот как!

– Арестованных функционеров, подлежавших суду, насчитывается тридцать два. Следствие по их делу веду лично я. Мне помогает в этом лейтенант Ракка...
– Комиссар полиции дождался нужного эффекта и продолжил доклад: - Сегодня ночью он арестовал некоего Жозефа Модру. Он содержит бар на Площади Победы. У него нашли воззвание сторонников Кимбы. После того, как его допросили мои люди, - тут Хорас сделал паузу, - он выдал своего патрона. Вы удивитесь - главой подполья оказался единственный портной в Кларенсе. Мы произвели у него обыск и нашли коротковолновый передатчик. После реставрации режима он рассчитывал получить пост в правительстве...

Окойе, внимательно слушавший комиссара, спросил:

– Почему он был так уверен?

– Он всё время твердил, что скоро в Кларенс войдут русские. Они прогонят белых наёмников прогонят, а он хочет жить!

– Вот даже как, - произнёс Шеннон.
– Я думаю, что настало время "Тоскане" покинуть Кларенс. Возможно, навсегда...

– Я согласен,- председатель Госсовета встал из-за стола заседаний, закрывая совещание. У выхода Хорас нагнал Шеннона и как бы между прочим произнёс: