Чтение онлайн

Все радостно захлопали в ладоши, радуясь такому чудесному сказочному вступлению, сделанному в духе Андерсена или Гофмана. Мальвина поцеловала Яниса, и Сергей, к стыду своему почувствовал маленькие нотки ревности в душе, и весь вечер старался не смотреть на Яниса, наблюдать только за Мальвиной. Мальвина также почти не обращала внимания на Сергея, словно здесь его и не было.

После торжественного ужина начались танцы. Напрасно Сергей надеялся пригласить Мальвину. Станцевав один медленный танец с Янисом, она весь вечер вообще не танцевала, разговаривая с подругами и друзьями, весело и громко смеясь. Девушек было много, все они были симпатичными и веселыми, но Сергея они мало интересовали и скоро ему наскучили.

Вечер тянулся медленно. Протанцевав несколько зажигательных танцев, Сергей ушел с Алешкой и Альфредом на балкон покурить.

Город уже спал, в окнах еще мелькали редкие сонные огоньки. Ветер нес запах листвы, костров и лужной воды. Звезды танцевали в такт ритмичному танцу, звучащему из открытой двери. Альфред весело и пьяно рассказывал что-то, Алешка вторил ему, но Сергей слушал их поверхностно, думая о другом. Он почему-то жалел, что пришел сюда. Он ощущал себя жалким мальчишкой, юнцом, не достойным внимания красивой дамы. В голове мелькнула мысль о том, что этот стриженный Янис для Мальвины важнее, а тогдашнее их знакомство в "Алмазе" была просто случайностью...

Очнувшись от вороха мыслей, испытывая болезненное одиночество, он даже не заметил, как куда-то исчезли Альфред и Лешка. Ветер колебал ветки. По улице, шлепая по лужам, шли какие-то люди. Сергей всмотрелся в окно. Танцы были в самом разгаре. Девчонки весело прыгали, а потом, смеясь, упали на диван, среди них прыгал Алешка. Мальвина в глубине комнаты гадала на картах, окруженная несколькими лицами.

Сергей отвернулся, глядя в темно-серую даль, чувствуя, как кто-то подошел к окну и застыл силуэтом у балконной двери. Сергей вздрогнул, обернулся - мгновение на него смотрели желтые глаза Яниса. Их разделяли стекла, еще миг - силуэт пропал, только колыхнулась штора. Чувствуя себя лишним, Сергей, приняв беспечный вид, прошел комнату, шепнув Алешке, что ему плохо, тошнит, оделся в прихожей, под удивленный шепот Князева, и тихо ушел.

***

Но мысли о Мальвине не оставляли его ни на час. Он видел ее во сне, любовался ее малахитовыми глазами, дарил ей цветы. Он ежеминутно ожидал ее появления, когда шел в городской суете, выискивая ее следы на городском асфальте, ловил ее лицо в мелькании прочих лиц, механически рисовал ее лицо на листе бумаги, игнорируя уроки - он просто заболел ею. На какое-то время она заслонила ему Зою, которая улетела неизвестно куда, хотя и была рядом. Они почти не говорили, Сергей стал задумчивым и отстраненным, Зоя платила ему тем же.

Дом изменился, он стал обыденным и скучным, друзья растаяли как воск, а улица превратилась ловчие сети для поимки Ее. Он крайне плохо и неохотно ел, почти не говорил с матерью, а в школе несколько раз отказался отвечать. Учителя удивлялись, назначали ему пересдачи, но он не приходил. Мир этот уже не интересовал его, ибо в нем поселилась она. Мир сузился, и он думал только о ней. Любовь сжигала его, он хотел видеть ее каждую минуту, слышать ее голос, дотрагиваться до ее руки. В то, что она не обращает на него никакого внимания, он верить не хотел. Он не мог не мечтать о ней.

В надежде увидеть ее он выучил все дорожки возле музучилища. Он имел успех видеть ее несколько раз. Она выходила чаще в компании подруг, и он сконфуженно прятался, с бьющимся сердцем наблюдая за нею из-за потрескавшегося угла соседнего дома.

Стояли удивительно теплые для поздней осени дни. Прозрачность и хрупкость воздуха была необыкновенной, деревья издавали нежный стеклянный звон, который давился колесами машин...

Сегодня она заметила его, выглядывающего из-за дерева. Это было близко к входной двери, поэтому он не успел спрятаться.

– Привет! Ты что там притаился? Ждешь кого-нибудь?

Сергей сконфуженно, теряя почву из-под ног, сказал:

– Да нет, просто гуляю. Приятеля жду...

– Ох, догадываюсь, что приятель этот - я сама. Не так ли? Я тебя здесь уже не первый раз вижу. Ты то за киоском стоишь, то за домом…

Сергей набрался смелости и сказал:

– Я очень хотел видеть…тебя.

Мальвина лукаво улыбнулась, блеснув зеленым задорным огоньком глаз, подошла ближе, помахивая сумочкой:

— Ты хочешь назначить мне свидание? Ну, так что же ты стесняешься? Приглашай прямо сейчас, я свободна как ветер!

Её прямота и простота спасли Сергея, он понемногу осмелел. Они пошли гулять в город. В парке ели мороженое, и Мальвина много говорила. Она рассказывала ему о своих занятиях и добавила:

– Если ты хотел со мной встретиться, нужно было смело подойти, а то я такая одинокая.

– А как же твой друг, ну, с которым ты была в "Алмазе"?

– А, это Янис... Ну, он вряд ли друг, просто хороший знакомый. У него, кажется, уже есть кто-то. А у тебя есть девушка?

Сергей хотел с гордостью сказать «есть», но внутренний голос заставил его ответить отрицательно.

– Ну, значит, мы будем дружить...

Сергей покраснел, радуясь, что в полумраке кафе — это не заметно.

На следующий день он пригласил ее в кино. Шла роскошная мексиканская мелодрама о любви белой девушки из богатой семьи и нищего мулата. За время сеанса, окутанного пеленой тайных свиданий и жарких объятий с поцелуями на белом полотне экрана, Сергей то и дело посматривал на Мальвину, но она была увлечена фильмом. Профиль ее лица в призрачной темноте казался сказочным. Сергей осторожно обнял ее и замер, чувствуя, как трепет ее свежего упругого тела потоком энергии передается ему, он почувствовал полет, воспарение над миром и уже не помнил сюжета фильма. Мальвина отнеслась к этой вольности свободно и даже к концу сеанса, к гордости Сергея, склонила голову на его плечо, и тут же его лицо утонуло в волне каштановых роскошных прядей, а белый свет вырывал темную бронзовость её рук, которые искали его руки.

Вышли они гордо в обнимку. Мальвина улыбалась:

– Спасибо, Сереженька. Ты сегодня особо галантен и внимателен.

Сергей был на небесах. Он давно уже осмелел, много и взахлеб говорил, а шутил так, что Мальвина почти плакала от хохота.

– Ой, Сережа! Ну, умора! Вот рассмешил - так рассмешил. Это же надо так уметь отображать, такое найти, отметить…Молодец!

Густая тьма царила, когда они дошли до ее дома.

– Хочешь, я приглашу тебя выпить чашечку кофе?
– спросила Мальвина. — Мама сегодня работает допоздна, а по вечерам так одиноко...

Сергей почувствовал волнение. И хотя он обычно предупреждал своих по телефону, что придет поздно, сегодня ему было не до этого. Глаза Мальвины излучали нежность, а губы притягивали, как магнит.

Теперь Сергей более подробно осмотрел уже немного знакомую ему квартиру.

Тигровые шторы плотно закрывали окна. Свет торшера выхватывал ковры и отличные импортные плакаты на стенах: иностранцы-блондины, захлебываясь, пили пепси-колу, дамы в купальниках возлежали на полированных длинных капотах роскошных автомобилей, красавец Дин Рид улыбался у микрофона с гитарой в руках, а четверка "Битлз" шагала через дорогу. Мальвина ушла на кухню готовить кофе, временами появляясь перед Сергеем в клетчатом передничке, стараясь чем - то его занять.