Чтение онлайн

А тем паче, держать в поле зрения персонажей второстепенных? Ой... У читателя, случаем, не начнёт рябить в глазах?

Однако, если следовать жизни, мы в повседневности встречаемся с множеством людей...

Отсюда: описывать их следует по возможности более чётко, рельефно, кратко, легко узнаваемо. И ещё - имена, именно имена, потому что читатель, так уж устроен человек, станет непременно судить о персонаже по тому впечатлению, какое на него произведёт, в первую очередь, ИМЯ - в плане обязательных звуковых ассоциаций.

Например, Гильом Гурдонский. Впечатление: грубый, неотёсанный, самоуверенный, тяжёлый на подъём. Бревно бревном.

Например, де Сент-Экзюпери (рыцари этого рода известны со времён Карла Великого). Впечатление: лёгкость, воздушность, живость, остроумие, эстетичность, тонкость...

Решим: если первый - потенциальный враг (кстати, в жизни так оно и было), второй - потенциальный друг...

Но что-то всё же упрямо не хочет стыковаться, а именно - с чего начинать повествование? Снова с Леонтия и Тинча? Было, надоело. С авторских слов? Ну, и начну я опять вещать, как мудрый филин...

Не-а, что-то здесь не то.

А почему бы, наконец, не предоставить слово самому сэру Бертрану?

Н-да... "Знать, ранимая душа у колючего ерша..."

И всё вдруг встало на свои места.

Ведь он отнюдь не всего лишь закованный в железо солдафон, этот рыцарь. Да, он привык к жёсткости, он привык к дисциплине, он требователен, не любит полутонов, в том числе в общении. Да - да, нет - нет... Но он наблюдателен, он не может не видеть, а тем более - не оценивать тех, с кем свела его судьба. В особенности, принцессу Исидору...

И, кстати, о ней.

Честно говоря, мне, начиная с предыдущей части, почему-то вдруг очень захотелось сделать из сэра Бертрана прототип короля Артура. Тем более что, изначально, так вышло, и его шлем украшен изображением медвежьей лапы, и на щите изображение медведя (это моя придумка; мы не знаем, что в реальности представлял собою герб де Борнов).

А мистическая подоплёка в первой части первой книги вращается вокруг созвездий Большой и Малой Медведицы...

А имя "Артур" означает "медведь"...

Сказания о короле Артуре появляются именно в те времена, в 11-12 веках...

Так и хочется спросить себя: и ты туда же? Сколько уже понаписано, сколько снято фильмов на эту тему...

Но...

Хулиганить так хулиганить!

Полез в Интернет. Цель исследования: как всё же звали супругу короля Артура? Имя Гиневра (Джиневра, Гвиневра, Гвиневьера и пр.) мне ни о чём не говорит, оно означает всего-навсего "королева". А вдруг там, совершенно случайно, проглянет имя Гвискарда... или даже Исидора?..

Гвискарды нет... А вот что касается Исидоры...

Здесь случилась очень странная находка. Был, оказывается, такой славный монах Исидор Севильский, который и явился одним из авторов самых первых вариантов легенды о короле Артуре (где, между прочим, не было тогда ещё ни Ланцелота, ни Мерлина).

За это можно зацепиться.

Допустим, под именем Исидора на самом деле фигурирует... женщина. Женщины в те века не особенно котировались как авторы, хотя стихи, например, сочиняли. Потому вполне уместным будет, что авторесса просто укрылась под мужским именем.

Так, уже свежее...

А знаменитый эпизод с вырыванием меча? В разных источниках - по-разному. Где-то меч вынимают из камня или скалы, где-то из алтаря, где-то... из наковальни.

Последнее мне показалось более впечатляющим. Камень и скала - понятия более расплывчатые, алтарь - претенциозно, а наковальня - вот она, ощутимая как на взгляд, так и на ощупь.

И, главное!

Нет, я не заставлю его выдёргивать меча из реальной наковальни. Наковальня - в его сердце - и на это ему недвусмысленно намекнёт сама Исидора. Меч в ней - символ его закрепощённости самим собой. Выдернуть этот меч - символ внутреннего освобождения...

Правда, пройти ему придётся весьма тяжёлый путь... Бедный сэр!

Ну, и поехали.

9

Король Эдгар снаряжает новую экспедицию, отчасти потому, что сэр Бертран уж очень истомился в ожидании лиможского турнира, а отчасти - потому что, судя по данным оракулов, там появится возможность найти именно Грааль.

Миссия снаряжается пышно и тщательно - а иначе нельзя, необходимо произвести впечатление. Мощный, хорошо вооружённый отряд, которому нипочём ни тяготы дороги, ни её возможные опасности...

Где искать Грааль? А он должен найтись сам. И всё же?..

У катаров, в Лангедоке, скажем?

У тамплиеров?

Или?..

Что катары, что тамплиеры?.. В профанической оккультной, например, литературе и тех, и других описывают самыми сочными красками, обычно - как наделённых тайными знаниями, бескорыстных и просветлённых, чуть ли не святых искателей Истины.

Ой, не верится, ой не врите чего не знаете!..

На деле было далеко не совсем так. Вспомним историю.

Катары (или, как их в то время уже величали, альбигойцы) руководствовались в своей религии и поведении далеко не ангельскими настроениями. От них пошли протестанты, иногда самого реакционного толка, в частности кальвинисты. И еретиков они сжигали, и пытали, и уничтожали ведьм с не меньшим рвением, чем остальные католики. Ну, папу они не признавали, и кресту не поклонялись (их дело). Однако, что касается всего остального... Не Ренессанс, отнюдь.

Тамплиеры - и вовсе дети своего времени. Весьма своеобразная организация, а точнее - богатая военизированная секта, вершившая дела по возможности тайно. Насчитывала она несколько уровней, от самого нижнего - куда входили собственно адепты-рыцари, и до самого верхнего... насколько верхнего - мы даже не знаем. Впоследствии нижний уровень был ликвидирован, скорее всего - истинной верхушкой ордена, вследствие своей всем намозолившей глаза одиозности (их дикие обряды, поклонение Бафомету и проч.). Почему так и не были найдены сокровища тамплиеров? А их искали? Или делали вид, что искали? И кто искал, если честно?

Соблазнительно, разумеется, написать подробную сценку, где в подземельях под Лиможем (до сих пор существующих) герои становятся свидетелями ужасного обряда, а потом силой вырывают из лап изуверов чашу Христову...

Но ведь Грааль, он же Святая Чаша не может находиться в нечистых руках! Он - проявление Воли Господней, он сам способен постоять за себя.

Так что, придётся ограничиться мелким эпизодом. Пускай, скажем... Тинч и Пикус всё же проникнут на тайное сборище тамплиеров, станут свидетелями жуткой казни, а потом с трудом унесут оттуда ноги... но пусть это будет просто короткий рассказ.