Чтение онлайн

— У мистера Флетчера голова римского императора.

Тетка оторопела. Миссис Джексон объяснила:

— Профиль чеканный, как на медали.

— Он завоевал два первых приза в Котсбери, — сказала тетка, всей душой принадлежавшая современной жизни.

Миссис Джексон повторила свое замечание священнику, тот кивнул, и ей захотелось развить эту мысль.

— Мы забываем, что благосостояние Римской империи зиждилось на скотоводстве.

После этого сообщения священнику захотелось убраться подальше, и он поспешил представить учительницу другой тетке:

— Это та самая миссис Джексон, о которой так много рассказывает наша Мэри.

— Ах, если бы бедняжка Дорис дожила до этого дня. Так только что сказал мне Том. Как это грустно! Она была его первой и единственной любовью, — сказала тетка.

Весь день эта фраза не выходила у миссис Джексон из ума. Рано или поздно каждый в городе и округе с глубоким вздохом произносил ее. У Теда Арчера первых и единственных любовей было бесчисленное множество, ее сводные сестры без конца сплетничали о них. Каждый божий день, исключая базарный, город жил любовью, даже когда покупатели расплачивались в лавке или женщины посещали библиотеку и собирались на чашку чая. На любовь намекали опущенные шторы на окнах. Великая любовь читалась во взглядах людей, от которых этого вовсе нельзя было ожидать.

Миссис Аркрайт, сидя в шатре, раскраснелась от шампанского и жары, стул под ее тяжестью осел до самой травы; она тоже сказала эту фразу миссис Джексон:

— Я потеряла мужа. Он был моей первой и единственной любовью. Но нельзя думать только о себе, у меня душа болит за Мэри, которая рассталась с сестрой. Том будет один в доме. Как подумаю о нем — сердце кровью обливается. — Миссис Аркрайт тяжело дышала. — Я присела отдохнуть из-за больной ноги. Но теперь я хочу на воздух.

Пришлось миссис Джексон помочь ей выйти в сад.

— Это вам не лондонские свадьбы, — сказала миссис Аркрайт. — А вот и Том, бедняга. Да, так я что хочу сказать: Мэри должна уехать. Я на вашей стороне. Мы с вами понимаем друг друга.

Миссис Аркрайт отбросила сигарету и прокашлялась в клумбу, потом окинула оценивающим взглядом столь привлекательный для нее дом.

— Этот дом — надежное пристанище, — сказала она, раскуривая новую сигарету, и одернула платье на талии — крупная женщина, туго обтянутая платьем, темноволосая и роковая дальше некуда. — Том запустил его. Я не хочу злословить, но вы видели, как облупилась краска в гостиной? А что делается наверху… сразу видно, что в доме нет женщины. А Мэри в школе, да она и слишком молода. Конечно, ему этого не скажешь. Но я согласна с вами.

Миссис Джексон отошла к живой изгороди в конце сада, и там к ней подошел Том Флетчер.

— Это Скор? — спросила она. — Какой прелестный вид.

— Двадцать миль сплошной говядины, — сказал Том Флетчер и крикнул Теду Арчеру: — Иди сюда, чертов греховодник. Миссис Джексон хочет, чтобы ты сводил ее на Скор.

— Я поднималась туда в детстве, — чопорно сказала миссис Джексон.

Флетчер по обыкновению разразился громогласным хохотом.

— Я еще не видел женщины в здешних местах, которая бы туда не поднималась, — заорал он и ткнул Теда Арчера кулаком в бок.

День проходил, оглашаемый громким хохотом. Все умолкли, слушая спич о том, в чем заключается секрет счастья. Новобрачная то смеялась, то надувала губки. Новобрачный произнес:

— Одно могу сказать: она потрясающая девчонка. Она — моя первая и единственная любовь.

После этого мужчины разбились на кучки и заговорили о своих фермах, а дети затеяли игру в прятки среди юбок, и день лениво тянулся по полям, и Скор стал видеться отчетливее и ближе, подбираясь к дому, точно любопытный бык. Наконец женщины двинулись к дверям, поджидая, пока выйдут молодые, и кто-то из парней крикнул в окно:

— Ну где вы там? Джим, ты что, не можешь потерпеть?

Трое мужчин пошли к машине под пыльными вязами, мальчишки карабкались на каменную ограду, окружавшую двор, а девочки хватали их за ноги. Клонясь к вечеру, день остывал. Короткие тени деревьев становились длиннее. Миссис Аркрайт проплыла по лужайке и, желая заявить свои права на Тома Флетчера, пробилась сквозь толпу к дверям. Там зашумели, засуетились, посыпалось конфетти, фотографы постарались всех утихомирить, щелк — и время остановилось. Потом снова зашумели, закричали. Том Флетчер с Мэри и молодоженами подошел к машине, подняв по дороге упавшего ребенка. Тед Арчер затрубил в охотничий рог, машина тронулась, и парни забарабанили по крыше. Когда машина сворачивала на дорогу, кто-то вдруг вскочил на крышу и принялся яростно колотить по ней кулаком. Из кармана у него выпала бутылка и разбилась на дороге.

— Кто это? — спросил Флетчер.

Но машина уже скрылась из виду.

О господи, подумала миссис Джексон. Мессел. Надрался. Как он сюда попал?

Парни вышли на дорогу поглядеть, что будет, и очень нескоро вернулся Мессел — без плаща, фиолетовая блуза в пыли, одна брючина разорвана.

— Не волнуйтесь! Я импотент. Мне нужна миссис Джексон. Где миссис Джексон? — орал он, ковыляя к дому.

Миссис Джексон взбежала по ступенькам крыльца. Вот несчастье! Как он сюда попал? Она спряталась в ванной. Ей видно было, как Мессел ходит, шатаясь, и что-то бубнит, его молча обступили мужчины; наконец он уселся на бугорок. Миссис Джексон прошла в огромную пустую гостиную. Здесь ничто не изменилось со времен Дорис. Те же изящные серебряные призовые кубки. И фотографии с сельских ярмарок, запах роз и сигарет, и пустые кресла. Теперь они бессильно провисли. Она украдкой выглянула в окно: Мессел снова стоял, окруженный любопытными детьми.

Где же ей надежнее скрыться? Она направилась в комнату, которую помнила издавна, — Флетчер называл ее своей конторой. Шторы были опущены от солнца, и в полумраке мерцали серебряные кубки. Она вошла и прислушалась.

— Малышка Крис Тилли.

Она так и застыла от ленивой, вкрадчивой наглости его голоса. Уже много лет никто не произносил ее девичью фамилию.

Флетчер сидел за письменным столом перед раскрытой конторской книгой.

— Извините, — сказала миссис Джексон. — Я вас не видела. Мне захотелось спрятаться от жары.

— Вы кого высматриваете?

Со двора донеслись громкие крики.

— Посидите здесь минутку, — сказал он. — Я хочу сказать вам два слова.

Он вышел и скоро вернулся.

— Это вы притащили с собой профессора?

— Конечно, нет.

— Профессора мне тут не нужны. С меня хватает и налоговых инспекторов. Интересная публика у вас в школе!

Он бесцеремонно разглядывал ее, и она высокомерно вскинула голову.

— Ладно, не убегайте. Посидите со мной. Видали вы такое? Бумаги, бумаги, бумаги. Сам черт ногу сломит. Одна надежда на Мэри. Вы научили ее разбираться в бумагах? Как платить работникам жалованье — вот что должна знать девушка. Это и есть образование. — Он сгреб бумаги и бросил их в мусорную корзину. — Там им самое место.

Миссис Джексон улыбнулась, но Флетчер хитро сощурился.

— В том числе и бумагам, которые прислали мне вы. Моя дочка останется здесь. Не в обиду вам будь сказано: ваше время кончилось, настало мое.

— Не будем об этом сегодня. Свадьба удалась на славу. Фло была такая хорошенькая. И муж очень милый парень.

— Ничего, сгодится, если покажет себя хозяином на сотне акров. Если Фло заставит его работать. Берите себе ваши Оксфорды и Кембриджи, а моя дочка останется здесь, и она это знает. Вы должны ей объяснить. Меня она не слушает, а вас послушает.