Чтение онлайн

Свет был по-прежнему красный, автомобили проносились мимо. Какой-нибудь из них непременно собьет ее. Я хотел крикнуть ей, чтобы она остановилась, но меня словно парализовало. Девочка спокойно переходила дорогу. Ее маленькие шаги были размеренными, словно тиканье метронома. Несмотря ни на что, она благополучно перешла на мою сторону улицы и остановилась в нескольких шагах от меня. Мы посмотрели друг другу в глаза.

Я пытался спросить, кто она такая, но как только открывал рот, у меня пропадал голос. По ее взгляду я понял, что моя мысль достигла ее. Она ничего не ответила, но уголки ее губ слегка поползли кверху.

Когда я открыл глаза, тени заполнили уже всю комнату. Мне казалось, что я лишь на пару минут закрыл глаза, но на самом деле прошло уже несколько часов.

Обычно я забываю свои сны, как только просыпаюсь. Но тут не мог стереть из памяти косички, которые прыгали, когда девочка переходила улицу в потоке машин. Я никогда не видел ее раньше, хотя она показалась мне странно знакомой.

Я снова проголодался и пошел на кухню. В холодильнике нашел коробку шоколадного молока. Я отыскал кружку, налил в нее холодного молока и выпил в несколько больших глотков. Помыл кружку и поставил на сушилку. Тут я вспомнил про нож, который подарил сестре на день рождения. Я знал, что она захватила его с собой в Акакаву, значит, он должен быть где-то здесь.

Я проверил три ящика на кухонном островке. В верхнем лежали серебряные столовые приборы, во втором – кухонная утварь. В нижнем – разделочные доски и классический набор стальных нержавеющих ножей в деревянном блоке. Но ножа, который я искал, не было нигде.

Открывая остальные шкафы, я увидел другие кухонные принадлежности, от сковородок до бамбуковых пароварок. Все выглядели абсолютно новыми. Нож сестры я так и не нашел.

Я перестал искать и вернулся в свою комнату, теряясь в догадках, где же все-таки нож. Я знал, что сестра дорожила им. Она не могла ни выбросить его, ни подарить.

Уличные огни проникали сквозь занавеску, слабо освещая красный телефон. Я глядел на него с тоской, вспоминая сестру. Ее голос, ее смех, ее звонки. Почему я только теперь понял, как много она значила для меня?

Я схватил трубку и прижал к уху прохладный пластик. Я послушал туут, туут, туут, а потом пиииииип и положил трубку. Кого я обманывал? Я больше никогда не услышу ее голос. Сестра умерла. Ее жизнь резко оборвалась, и теперь она была в недосягаемом для меня месте.

Рен Ишида, что ты собираешься делать?

На следующее утро господин Катоу представил меня своей жене. Ее спальня была дальше всех от входа и еще больше моей. За ее окном я увидел сад в европейском стиле, там цвели лиловые ирисы и белые розы.

Госпожа Катоу сидела на кровати, откинувшись на подушку. На ней были белая блузка и бежевый кардиган с длинными рукавами. Я представлял ее худой, с ввалившимися глазами. Но она выглядела сравнительно здоровой, не считая бледной кожи и отрешенного выражения лица.

– Это моя супруга, – сказал мне господин Катоу и повернулся к жене. – Это Рен Ишида. С сегодняшнего дня он будет нам помогать.

– Очень приятно. – Я поклонился ей.

Я ожидал, что она как-то ответит мне, но она молчала, не удостоив нас внимания. Казалось, она не замечала, что мы стояли прямо перед ней.

Мы тихо стояли и смотрели на нее. Время от времени она немного шевелилась. Один раз даже посмотрела в окно. А в следующий момент повернулась к стене.

– Мне надо поговорить с Ишидой об условиях его работы, – сообщил господин Катоу, прежде чем выйти.

Я снова поклонился госпоже Катоу, покидая комнату.

– Моя жена не глухая, не слепая и не немая, не думайте, – сказал господин Катоу. – У нее психологические проблемы, и они заставили ее замолчать.

– Психологические проблемы?

– Да. И я буду вам признателен, если мы больше не станем говорить об этом.

Он достал из кармана связку ключей.

– Это дубликаты, поскольку оригиналы хранятся в полиции, но они открывают нормально.

Я взял ключи и сунул в карман.

– Позвольте сообщить, что от вас требуется, – продолжал Катоу. – Вы каждый день будете покупать готовый ланч в ближайшем магазине самообслуживания. Если вы пойдете по дороге на восток, он будет с правой стороны. Мисс Ишида покупала ланч перед работой.

Это стало для меня новостью.

– Моя сестра не готовила?

– Нет, насколько мне известно. Готовить на двоих слишком хлопотно.

Я знал, что для сестры это вовсе не хлопотно, но промолчал.

– Да, пока не забыл – не надо приносить ланч в комнату моей жены. Просто постучите два раза и оставьте его возле двери. Деньги лежат в библиотеке, в шкатулке.

Я кивнул.

– Чеки надо сохранять?

– Нет необходимости. Мне все равно некогда их проверять.

– Понятно.

– Что касается чтения, выбирайте удобное для вас время. Берите любую книгу из библиотеки. Я думаю, что надо читать каждый день по нескольку страниц. Она может не реагировать, но я знаю, что ей будет приятно. – Он кивнул, удовлетворенный своим объяснением. – Ну вот, пока это все.

Потом он извинился и ушел в свой кабинет. Я вернулся к себе, чувствуя тяжесть ключей в кармане. Какие странные условия! Во что я ввязался следом за сестрой? Хотя это все-таки поможет мне понять ее.

Около полудня я купил в магазине две упаковки цыпленка во фритюре с гарниром из риса. Ланч для госпожи Катоу я оставил возле ее двери и отправился на кухню, чтобы поесть самому.

Положив пластиковый пакет на стол, я достал из холодильника бутылку лимонада. Холодный напиток освежил меня после ходьбы под жарким солнцем. Я достал свой ланч и снял влажную, с капельками воды крышку.

После отъезда сестры я снова каждый день ел готовые блюда. Как и большинство подростков, чаще всего выбирал фастфуд. Но теперь я относился к нему более-менее нормально. Иногда я обедал в кафе и ресторанах, обычно с кем-нибудь из моих подружек.

Наэ была моей девятой подружкой, если не считать девчонок, которых я мог подцепить на улице. Немногие из них, включая Наэ, умели прилично готовить. Как-то я встречался с дочкой шеф-повара большой сети отелей. Она мечтала учиться в «Le Cordon Bleu» и упорно тренировалась. Она баловала меня всякими шикарными кушаньями, но я все-таки предпочитал блюда моей сестры.

– Ты готовишь лучше всех, – сказал я как-то раз сестре, когда она сварила суп мисо.

– Не может быть, – рассмеялась она.