Чтение онлайн

– Хм... – подпёрла она подбородок рукой, - и чего ты сбежал, все только и говорят...

– Да, не сбежал, Ань! Ну сколько объяснять! Ну сказал, же! Ну нравится мне тут!

– И всё? – скосила она глаза.

– Ну, а чего? В школу не надо... Тут видишь, делать начали, вон – стройка идёт! – протянул он руку.

– А Ирина Даниловна? Что подумает? Ей не хорошо перед всеми... Не понравилось, скажут, обиделся, может!.. А мама, твоя!

– Да Ань, да объяснил же всем! А Ирина поняла всё! Лучше всех поняла! Ну здесь у меня дом теперь! Здесь! Я ей обещал вечером на чай приходить!

– Это... дом? – скосила она глаза на палатку.

– Ань, вот ты говоришь! А знаешь, как здорово! Вот, останься, ночуй разик! Поймёшь!.. Утром проснёшься! Вот попробуй!..

Анька усмехнулась шумно, отвернув голову.

– Ха!.. Ещё чего!..

Андрей осёкся. Замолчал, ковыряясь в углях костра. Запищал телефон у неё в кармане. Аня наклонилась к костру, смотря на табло. Было и так видно.

– Мам?.. Здесь, за ручьём... Так, гуляем... Костёр тут... Почему одни? Сторож тут... Где-то тут... Спит, наверное... Ну чего делать-то?.. Почему до утра, ну и что... Мам! Тут здорово так! Птицы поют в лесу! Так слышно!.. Сейчас картошку печь будем... Ну ладно...

В ночной тишине из телефона громко донёсся голос Тамары.

– Ты там, смотри! Птица!.. Поняла?

– Ну ладно мам, ну чего ты! Ну всё! Всё! – помолчала она, улыбаясь, выключила телефон.

Андрей снова подбросил сучьев в огонь. Опять понеслись искры, осветилось задумчивое лицо Ани.

– У меня и чай тут есть... И котелок... Вообще – всё... Хочешь, чаю?

– Робинзон!.. – усмехнулась Анька, - а попугая у тебя нет?

– Ну чего ты, Ань! Ну хватит может... – недовольно улыбнулся он.

– Не боишься?

– А тебе что, страшно?

– Жутковато... Вообще-то, - оглянулась она на лес.

– И со мной? – усмехнулся он.

– Хм... – прикрыла она глаза.

– А к Ирине, - вдруг вспомнил он, - стал товарищ этот часто заходить, а я сижу там... Как-то...

– Физик?

– Да какой он физик!.. Философ прямо... Ты бы послушала, о чём они там говорят!.. Наша школа по сравнению... Детский сад просто!..

– Расскажи?

– Да я так не вникал очень... Да и запомнить трудно... Вот, - усмехнулся он, - помню только, - он говорил, что скоро наступит время, и люди будут видеть исходящий из человека свет! Вот идёшь по улице, и по свечению можно определить – кто такой!.. Ну, свет – это доброта там, любовь! И спрашивать ничего не надо, и обмануть будет не возможно... И Ирина тоже, так говорит, такое!.. Вообще!.. А работает ветеринаром... Я не думал... И умная очень, и такая... Ну, как сказать... Такая нежная...
– –замолчал он, потупясь.

– Да...а!? – протянула Анька, - округлив глаза, - ишь, чего заметил!

– Ты бы послушала... – смущённо пробубнил он.

Она сощурилась хитро:

– А я не такая, да?..

Андрей вздохнул незаметно.

– Ты?.. Ты... Разная бываешь...

– Глупый ты!.. – сказала отрывисто.

– Я то?.. – поднял он на неё глаза.

Опустив голову, ковырялся толстой веткой в углях.

– Чего, обиделся, да? Скажи, обиделся, да?.. – не отставала она, капризно сморщив губы.

Андрей молчал, уткнувшись в костёр взглядом. Растерявшись. Не знал просто, что ответить.

Поднявшись на ноги, Анька обошла костёр и присев рядом, стала теребить пальцами его рукав.

– Обиделся? Правда?.. – заглядывала в лицо.

Он всё молчал не подымая головы, только вздохнул подавленно, слушая, что она скажет ещё.

Но Аня не сказала больше... Прижалась головой к его руке.

– Дурак ты... Ещё год школы... Армия потом... Разная... – полушёпотом передразнила она.

Он повернул голову к ней медленно и удивлённо заглянул в глаза. Аня не шевельнулась. Зрачки её застыли и в них плясало пламя от костра розовым светом.

– Если хочешь... – заговорил он тихо и напряжённо, - даже не притронусь к тебе... Если хочешь...

– Спина озябла... – сказала она, не меняя позы, будто от холода застыло тело.

Он оживился, шевельнувшись:

– Ты... Ты забирайся туда... Закройся одеялом, согреешься сразу... Я чайник поставлю, сейчас за водой спущусь... Вскипит... Позову! Там тепло!..

Аня молча поднялась и молча откинула шторку палатки. Присела.

– Ничего не вижу... – повернулась к нему с растерянной улыбкой.

– Тут фонарик. Тут, справа. Нет, слева!.. Нашла?

– Да. – Тихо ответила она изнутри.

– Я за водой! Не бойся! Я быстро!..

Быстро подбросил дров, и, схватив котелок на ходу, легко побежал по склону, исчезая в темноте. Принеся воду, шумно дышал, подвешивая котелок над огнём. Оглядывался на палатку всё время. Потом присел к самому огню и задумался, наблюдая как шипя падают на угли холодные капли с донышка.

– Ань!..

– Нет меня...

Он усмехнулся. Вытащил сигареты. Не глядя прикурил. Посидел ещё в полной тишине. Наконец котелок зашумел, закрутился над пенящейся водой белый парок. Андрей тихо поднялся и подошёл к палатке. Просунув пальцы в щель с улыбкой тихо произнёс:

– Ань, ты не спишь?

Не услышав ответа, просунул внутрь голову и заметив шевеление в углу сказал опять, почему-то шёпотом:

– Ань... Тут заварка в сумке. Надо достать... Фонарика дай!..

– Там... У входа...

Он пошарил руками вокруг.

– Не вижу ничего... Ты сумку достань из угла!..

– Достань сам... Мне вылезать неохота.

– Что, тепло, да? Я говорил!..

Пролез тихо внутрь, шаря руками перед собой, боялся опереться на неё. Нащупал сумку. Попятился назад. Аня, забравшись в уголок, закрылась наглухо одеялом. Не шевелилась и не подавала голоса.

– Ань, сейчас чай готов будет... Вылезай!

Опять не дождавшись ответа, бесшумно выбрался. Сняв кипящий котелок, высыпал часть пачки не глядя. Поставил рядом, закурил снова. Смотрел в небо, улыбался сам себе. Он был рад, что она просто рядом. Странная, разная, но рядом. И он, что-то для неё делает. Просто помог согреться, просто напоит сейчас чаем. И она здесь. Не где-то, и не уходит. Ей нравится. Хоть ершиться и капризничает, но здесь, с ним. Её трудно понять, но ему нравилась эта загадка. И он не обижается на её колкости, а она явно пользуется этим его долготерпением.

Ночью – свежо. Даже слабый ветерок задувает испарённую влагу под одежду. Лёгкий озноб передёргивает тело. Стоит только на шаг отойти от огня, становиться холодно. Даже зябнут руки.

Он помешал веткой чай, бросил её в огонь и подполз к пологу палатки.

– Эй! Ты чего там... Спишь? Чай готов! Вылезай, Ань! А то остынет!.. – улыбаясь проговорил он негромко, но с напряжением в голосе.

Аня молчала. Тогда он отогнул край палатки и стал искать фонарик. Нашёл, включил, направив луч вверх. Она лежала в уголке палатки, натащив одеяло по самые глаза.