Пуля для посла
Шрифт:
– Считаете, стоит? Или есть другие причины, о которых вы умолчали?
– Это только предположения, но нельзя исключать, что преступник мог узнать о приезде посла от кого-то из дворца. Насколько я знаю, о его прибытии знал только узкий круг придворных и слуг, а вот кому они могли сказать, еще надо выяснять.
– Ваше Величество, – мягко начала Мария Федоровна. – Роман Аркадьевич прав. Это дело так или иначе получит мировую огласку, от нас будут ждать объяснений. Мы должны показать, что к расследованию подключены все наши самые лучшие люди.
Бросив взгляд на супругу, император на секунду прищурился, изучая карту на бледно-розовой мраморной стене, покивал каким-то своим мыслям и поднялся.
– Свяжитесь с Ильей Алексеевичем, пусть пришлет сюда человека, а сам явится завтра утром. Хотелось бы знать его соображения по поводу случившегося.
– Позаботьтесь о месье Ленри, Роман Аркадьевич, – попросила императрица. Полковник отрывисто кивнул, отдал честь и вышел.
Стоило двери за ним закрыться, как император переменился в лице. Усталость наложила свой отпечаток, ясные глаза потускнели, седина на висках, напротив, будто стала ярче. Мария Федоровна осторожно коснулась его плеча и огладила мундир.
– Как ты себя чувствуешь?
– Не так хорошо, как хотелось бы, Минни. – Александр Александрович запрокинул голову, уткнулся в подголовник кресла и посмотрел на супругу. – Ты правда думаешь, что Строцкий справится? По-моему после зимних событий он уже не так в себе уверен.
– Главное, что в нем по-прежнему уверены мы с тобой. Если у него будет достаточно людей – конечно, справится.
– Насчет полиции я не уверен. Дело такое, надо бы все по-тихому узнать, чтобы к моменту огласки у нас на руках уже были результаты. А так слишком много людей будет в курсе. Их и без того уже много.
– Думаешь, это покушение могло быть организовано еще с французской стороны? – догадалась Мария Федоровна. Император неопределенно пожал плечами.
– Нельзя этого отрицать. Россия, может, и сильная империя, но наших врагов это не останавливает. Им ничто не мешало организовать покушение и выставить виноватыми нас. И если это предположение верно, тогда все произошедшее выльется не просто в скандал, а в полномасштабную войну.
Мария Федоровна присела на подлокотник его кресла, не сводя глаз с бронзовой фигуры Юлия Цезаря на каминных часах. Мелькнул и исчез солнечный блик.
Перспектива складывалась пренеприятнейшая.
– Если нужно все выяснить тихо и быстро, уверена, следователь это сделает. Илья Алексеевич тебя никогда не подводил – вспомни хотя бы зиму.
Государь печально усмехнулся.
– Как бы не пришлось новую штатную должность для его человека вводить.
– Не говори так, Саша. Ты не хуже меня знаешь, как он сработал в январе, он справится.
Уверенность в ее голосе заставила Александра III улыбнуться, сжать ее руку, по-прежнему лежавшую у него на плече.
– Дай-то бог, Минни. Хотя от скандала нас спасет только чудо.
«Уважаемый Виктор Андреевич!
Ваш вклад в известное вам дело прошедшей зимой оказался неоценим, именно поэтому помимо Ильи Алексеевича я пишу еще и лично вам.
Менее часа назад было совершено преступление против гостя Его Императорского Величества. Есть пострадавшие, и это событие грозит обернуться международным скандалом. Все меры предосторожности были соблюдены, однако покушение все равно имело место быть, вследствие чего я предполагаю, что информация о предстоящем визите гостей могла поступить как с нашей стороны, так и из-за рубежа.
Мои сотрудники уже работают, однако, по моему настоянию Государь Император решили подключить к расследованию и департамент полиции, что, впрочем, не исключает серьезности и срочности нашего дела.
В силу некоторых обстоятельств я не могу сообщить в письме никакой другой информации. Тем не менее смею надеяться на вашу помощь и скорую личную встречу. Все вопросы с назначением будут улажены. Мой посыльный доставит вас на место незамедлительно.
Начальник дворцовой полиции
полковник Строцкий Роман Аркадьевич».
– Я слышала, его с одного выстрела убили, почти прямо за воротами! Это какой же стрелок должен быть меткий, чтобы на ходу!..
– Да ерунда это все, не бывает так.
– Очень даже бывает! Или на войне в конных офицеров никто не стреляет что ли?
– Ты сравнила, Глаш, всадника и кучера у экипажа, – фыркнул Потап. – На войне другое дело: там и народу больше, хочешь не хочешь, а все одно в кого-то да попадешь – не в человека, так в лошадь. А тут цель только одна.
– Зато большая! Тоже попасть легче.
– Ты же сама только что говорила, что его с одного выстрела застрелили! Причем тут тогда, большая цель или маленькая?
– Тьфу ты, да как ты не понимаешь!..
Элен тихонько отошла от дверей. Подслушивать она не собиралась, но звонкий голос служанки можно было легко различить за пару коридоров от того места, где она стояла. Кроме того, ей стало любопытно, а дворцовая прислуга – самый главный источник новостей даже для тайной полиции, как бы она сама не относилась к сплетням.
Если все эти пересуды правда, получается, преступник очень ловкий стрелок. Не просто удачливый, а очень и очень меткий. Верить всему рассказу, конечно, не стоило. Как минимум в одном история Глафиры уж точно не совпадала с действительностью – выстрелов было два, она сама слышала. И одна из пуль почти попала в сердце извозчику.
Но если целью на самом деле был посол, то еще ничего не кончено. Элен содрогнулась с головы до пят, чувствуя, как по коже побежал холодок. Значит, покушение может повториться и на сей раз оказаться успешным.
Перед глазами мелькнуло и исчезло воспоминание о всаднике за оградой.
Незаметно для себя она вышла на улицу, прошла мимо аккуратных клумб и остановилась на тропинке, глядя на дальние ворота. Главный вход вместе с той подъездной дорожкой наверняка все еще осматриваются, да и охрану вот-вот усилят, коли уже этого не сделали.
Быть может, стоит убедиться в собственных подозрениях, прежде чем посвящать в них господина полковника?.. Сейчас все слишком заняты охраной, никто не придаст значения ее словам, пока вся жандармерия не убедится, что угроза миновала. А потом может быть уже поздно – улики легко уничтожить.