Чтение онлайн

– Клык им, а не импровизация!
– рыкнул себе под нос орк, проходя через западные ворота города, - Сдаю отчет и всё. Выхожу из игры.

Сразу за аркой расположился бивак Неустрашимых. Они даже соорудили некое подобие крытого помоста, на котором разместили свои трофеи. Столь наглядная демонстрация призвана была завлечь в ряды гильдии больше авантюристов и странствующих рыцарей. Однако ощущение от вываленного на столы специфического скарба для лазания по пещерам и гробницам, чучел и черепов различных форм и размеров получалось двоякое. С одной стороны, показывало всю сложность и запутанность профессии, с другой, заранее и наглядно демонстрировала те зубы и клыки, которыми будут жевать и бодать незадачливых новичков. В конечном итоге это скорее отпугивало, нежели привлекало рекрутов. Но важные шишки из гильдии утверждали, что как раз это и было своеобразным способом отсева слишком романтичных натур. Тяжело было бы объяснить, что для молодняка подобное оказывалось явным перебором, а для бывалых путешественников - слишком мало. Последние досыта насмотрелись на клыки и творения таксидермистов вживую. Куда как лучше было вывалить перед ними добычу из сундуков. Вот она, истинная прелесть авантюры! Золото и драгоценные камни, а не кости и вонючие шкуры. Но три массивных сундука оказались надежно заперты.

Потоптавшись и согревшись немного у костра, Гола решил двигаться дальше. Хотя руки все еще тряслись, как у пропойцы. Один из неустрашимых даже подошел к нему и протянул бурдюк с медовухой. Орк дико воззрился на низкорослого рыжего босмера и отшатнулся. Эльф озадаченно пожал плечами, с подозрением уставившись на Голу своими глазами-щелочками.

– Надо валить!
– шептал себе под нос орк, - Причем срочно.

Неясное чувство опасности уже битый час ворочалось в кишках холодным слизнем. Гола сжался, стараясь занимать как можно меньше места, и поплелся вниз по дороге. Возле пристани Фарангеля свернул направо и ускорил шаг под пристальными взглядами часовых из Полуночной Унии. Снова свернул направо у развилки и устремился дальше, мимо порога реки, ведущего к излучине. На другом берегу, среди камней, можно было различить, как в дымке тумана неторопливо вышагивают дреуги. Возле тракта валялась пара опустошенных бочек и стояла, накренившись, разбитая телега. Несколько ящиков сгрудились на отмели. Кому-то не повезло этим утром, а может вчерашним вечером.

Увиденное подстегнуло ноги, и Гола прибавил шаг. Точка рандеву находилась у дорожного святилища, а оно в свою очередь помещалось за водопадом и бродами, дальше на юго-запад. И зачем так далеко? Да еще мимо кладок дреугов? Конечно, в этом был некий резон, ведь далеко не каждый странник решится пойти здесь. Стало быть, меньше любопытный глаз. Но всё же риск был великоват.

Гола поравнялся с огромным валуном и задержался ненадолго, всматриваясь и проверяя, свободен ли от монстров брод. В этот момент что-то с силой ударило в спину. Да так, что он припал на одно колено, гулко рявкнув и захрипев. Хрип сопроводило бульканье. Во рту появился сильный привкус крови.

– "О, Малакат! Неужели это всё?!" - мысли спутались в голове, когда вторая стрела еще сильнее толкнула в спину и он упал ничком.

Отжавшись на руках, Гола приподнялся и пытался ползти вперед, к спасительному валуну. Голова налилась тяжестью и, казалось, вот-вот лопнет от заполнивших ее боли и ужаса. Третий толчок в последний раз швырнул орка лицом в дорожную пыль. Ноги не слушались, руки едва шевелились. Схватившись за конверт, спрятанный на груди, Гола сжался и из последних сил прохрипел: "Да здравствует... король..."

Фигура стрелка деловито спустилась из-за нагромождения валунов на противоположном берегу, спокойно и даже вальяжно прошлепала по воде и остановилась возле тела. Голову скрывал просторный капюшон лесничего, а лицо - двемерский визор с султаном. Опустившись на одно колено, убийца протянула руку. Длинные и сильные пальцы по очереди выдернули три засевшие в спине жертвы стрелы.

– Что я говорила про торопыг? И про то, чем их потчуют меж лопаток?
– донесся из-под капюшона женский простуженный голос.

– И еще, эксперт хренов, - добавила она, потрясая массивным луком в левой руке, - Вот так выглядят сто двадцать фунтов! А не сраные восемьдесят!

Резко перевернув тело на спину, лучница опешила. Это был не Гола. В утреннее небо остекленевшими и черными, как уголья, глазами смотрел другой орк. Немного похожий на барда, но и только. Скулы, клыки, форма рта, носа, бровей, - всё было другим. В первое мгновение она даже остановила руку, возвращавшую стрелы в колчан за спиной, но увидела сжатый в пальцах конверт и успокоилась.

Вырвав тайное донесение из рук убитого, она подняла визор, вскрыла письмо и стала торопливо читать. Почерк агента не отличался изяществом, а добрая половина сообщения не поддавалась расшифровке, даже при ее знании тайных служб. С досады плюнув и скомкав бумагу, лучница решила проверить еще кое-что. Покопавшись под рубахой на груди орка, она нашла простенький с виду медальон на обычной веревке. Несколько раз ей попадались такие в магических лавках на Саммерсете. Эти побрякушки могли наводить частичные иллюзии на лицо носителя, при желании и нужной калибровке, и таким образом успешно маскировать внешность. Хотя изначально создавались в косметических целях. Например, скрывать недостатки и дефекты кожи на голове и шее. Сорвав и повертев медальон в пальцах, лучница смачно ругнулась, встала и вернулась к лошади. Вскочив в седло, ударила пятками в бока животному и лихо погнала во весь опор обратно к городу.

Слепая магика-альтмер в скромном, сером одеянии знахарки встретила Мулгу с внешней стороны северных ворот. Как раз тогда, когда лучница огибала стены столицы и выезжала на восточный тракт.

– Какие эльфы и без охраны!
– с усмешкой выдала босмерка, заметив старую знакомую.

– И тебе доброго утра, Эри, - альтмерка сложила руки на груди и оперлась о борт повозки.

– Не разбрасывайся именами в этом гадюшнике, - скривилась Мулга, быстро оглядываясь.

– Тебе не привыкать ползать в змеиных клубках, - парировала магика, - Да и зачем еще нужно было выбирать такой псевдоним? Он же вызывает целых ворох ассоциаций, а риторически дает непочатый край далеко не лестных сравнений для...

– Фолси!
– поспешила перебить босмерка, зная за альтмеркой любовь к углублению в посторонние темы посреди разговора.

– Ах, да-да, - опомнилась Фолси и смущенно улыбнулась, - Так что? Помогло тебе послание Тайпана? Как видно, оно малость припоздало?

– Нет, как раз вовремя, - кивнула Мулга, - Просто я отвернуть не смогла. Знаешь, что такое "пущенная стрела"?

– Сомневаюсь, что скажу точно, - протянула Фолси, - Напоминает что-то из жаргона. Скорее воровского.

– Почти. Это своеобразная плата, которую взимают за очень большие услуги в мало известных кругах. И частенько ее размер сопоставим с чужой жизнью.

– Понимаю, это из-за твоего ареста в Сентинеле?
– магика опустила голову, махнув рукой, - Старые грешки, надо полагать?

– Было дело. В обычаях и законах этих редгардов сам Шеогорат ногу сломит! Не поймешь, когда право имеет приоритет над традицией.

– И?

– И вот она я, как "пущенная стрела" явилась по душу какого-то барда-замухрышки.

– И всё?

– Нет. Похоже, меня крепко подставили. Скоро мне на хвост сядет вся тайная служба Эмерика. Так что ты тоже не задерживайся. Покончишь с делами и уезжай.

– Так я уже, - повела бровью Фолси, - Вот, тебя дожидалась. Заодно узнать, зачем ты раздолбала мой любимый трактир?

– Это не я, это маг из клана Берне.

– А! Те, которых ты...

– Да, - нетерпеливо перебила Мулга.

– Ну что ж, тут вендетта законна. Хотя, они собирались послать по твою душу кого-то из камонна тонг, насколько я помню.

– Так я и ждала, а тут здоровые лбы из нордов подвалили и вампир-чародей до кучи. Всю ночь барахталась, еле ноги унесла.

– Что теперь делать думаешь?
– поинтересовалась альтмерка, давая знак вознице, чтобы тот отправлялся, - Поехали со мной в Крэглорн? Там в это время года на удивление востребованы наемники.