Чтение онлайн

Кэлвин помог мне расположиться на пледе, а сам достал из корзины бутерброды и аккуратно положил их на тарелки. Следом он достал глиняный горшочек и, сняв крышку, втянул в себя аромат тушеного картофеля. Рот наполнился слюной, а живот начал ворчать от недовольства, что эта пища богов до сих пор не оказалась внутри него.

Видимо, ректор все прочел по моим голодным глазам или услышал возмущения желудка, потому что каким-то невообразимым образом мягкая пряная картошка оказалась у меня во рту, а я чуть ли не испытала экстаз от насыщенного вкуса. Запах блюда будоражил всевозможные рецепторы, и я только и могла открывать рот, позволяя Кэлвину меня кормить.

– Не подавись, - хохотнул мужчина, не успевающий накалывать картофель из горшочка. Он смотрел на меня с такой нежностью, с такой открытой улыбкой, что сердце мое затрепетало в груди.

– А ты?
– спросила, проглотив кусочек мягкого картофеля.

И пока мужчина не успел ответить, я перехватила вилочку, наколола запеченный овощ и поднесла к его губам. Кэлвин замер. Но лишь на миг. А потом позволил мне себя накормить. Так мы и сидели, поочередно передавая друг другу столовый прибор с едой. Запивали все вишневым соком, который я изначально приняла за вино. Однако де ла Шер все продумал.

– Нам нужно открыто поговорить и лучше это делать на легкую и трезвую голову. Согласна?

Я же была согласна лишь с тем, что и без хмеля голова кружилась в подобии опьянения. Но что касалось разговора… Я понимала, что он необходим. Но мне так не хотелось портить всю эту идиллию, что Кэлвину удалось создать.

– Может, просто посидим?

Ректор снова улыбнулся. И снова так, что в животе ожили бабочки, которые еще пару часов назад уверяли меня, что им пришел конец. А может это все еда. Я подкрепилась, мне хорошо, и потому сам момент наполнен непередаваемым теплом и уютом.

Мужчина наклонился ближе, и одним очень ловким движением он просунул руку под мои ноги, а затем усадил между своих коленей, заставляя почти лечь ему на грудь. Где-то на задворках сознания мелькнуло недовольство. Мелькнуло и кануло в лету, стоило Кэлвину опустить руки мне на живот и крепче притянуть к себе.

Сразу стало очень комфортно. Правильно, я бы даже сказала.

– Когда я только получил должность ректора в академии, первым делом я отправился искать место, где смогу прятаться от учеников и суматохи. Мне необходимо было найти умиротворение, способное отключать разум на некоторое время.

– И ты нашел его здесь, - догадалась я.

Я ощутила, что мужчина кивнул, а затем он наклонил голову и очень быстро, почти невесомо поцеловал меня в висок. Невзначай, будто совершенно случайно, его губы оказались на моей коже.

– Но в последнее время я был слишком занят, чтобы сюда приходить.

Кэлвин явно на что-то намекал. Но я пока не понимала, на что именно. Поэтому даже не думала его перебивать.

– Навалилось много дел. Я постоянно думал о том, как снять проклятье. Затем появилась ты и… Мне необходимо было спасти тебя, обезопасить от растущей магии. Потом ты рассказала мне об отравлении. Эйвери. Эльза. Решение этой проблемы встало на первое место. А следом ритуал. На мне ведь лежит огромная ответственность по защите академии, - мужчина вздохнул и положил подбородок на мою макушку.

– И ты со всем справляешься, - уверила я его, найдя рукой его ладонь и переплетя наши пальцы в крепкий замок.
– И с ритуалом мы разберемся.

– Я и не сомневаюсь, Делли. Но когда я сегодня сюда поднялся утром, понял: есть все же кое-что, о чем я совершенно забыл… Кое-что важное. Может даже важнее всего остального.

Убрав свободную руку с моего живота, Кэлвин легким движением провел ею по моим волосам, смахивая их в сторону. Оголив шею сзади, ректор провел по гладкой чувствительной коже носом, а потом прикусил ее. От неожиданного импульса, пробежавшего по позвоночнику, я закусила нижнюю губу и еле сдержала стон. Грудь стала вздыматься в ускоренном темпе.

– Я забыл признаться тебе в любви, Карделия…

Дальше я ему говорить не позволила: провернулась в руках, обвила шею, и сама поцеловала своего мужчину. И стонов больше не сдерживала.

Может, Кэлвин и не сказал мне о своих чувствах сразу, упустил момент, но сейчас возместил его сполна. А еще… Я просто не могла обижаться на него долго. Если любишь, то все остальное отходит на задний план.

Попаданка поневоле, или спасти сердце дракона

Виктория ЯценкоПопала в мир своих предков? Не проблема. Оказалась носительницей великой силы? Не беда! На меня открыта охота? Ой.Что, он ещё и дракон?! Два дракона? Нет, так мы не договаривались.Одного тянет ко мне, другой хочет посадить на цепь. А я... Просто хотела лечить людей и не красть ничье сердце...

Глава 22.4

Карделия

– Делия, если ты продолжишь в том же духе, то я потом не смогу остановиться, - с хрипотцой в голосе заявил Кэлвин, разрывая поцелуй.

Я широко улыбнулась и с задором уточнила:

– Точно не сможешь?

Наклонившись вперед, потерлась щекой о щеку своего мужчины, издав характерный игривый стон. Мол, продолжишь, и этих звуков станет больше.

Ответом мне был рык. Больше мужчина глупостей не говорил, зато многообещающе действовал. Медленно, стараясь как можно нежнее, он обнял меня за талию, слегка притянув к себе. Наши лица прижались вплотную друг к другу. Горячее дыхание Кэлвина чувствовалось на моей коже, и я приоткрыла губы, маня его окончательно капитулировать.

Мужчина, поддавшись этому соблазну, коснулся их. Не почувствовав сопротивления, углубил поцелуй, словно ставя на мне клеймо. Яростно и ненасытно. Так, что дышать становилось тяжело. Но я была готова с радостью задохнуться от этой тяжести. Правда, у де ла Шера были совершенно другие планы.

Его горячее дыхание коснулось моего уха, после чего язык мягко пощекотал ушную раковину. Такая нехитрая ласка будоражила похлеще поцелуев. Аккуратно прикусив напоследок мочку, Кэлвин опрокинул меня на спину. В игру вступили руки. Указательный палец по-хозяйски приподнял подбородок, а затем стал медленно спускаться вниз по шее. По телу пробежала волна предвкушения. Отдавшись моменту, я закрыла глаза. Откидывая голову назад, снова ощутив теплое дыхание на своей коже. И вновь меня накрыла дрожь вожделения.

Это «исследование» оказалось настолько приятным, что я продолжала блаженствовать, предоставляя мужчине полную свободу действий.

Пуговки ворота моего платья давно были расстегнуты. А пальцы Кэлвина бродили по оголенным участкам кожи, заставляя меня с шумом втягивать воздух.

А он все продолжал играть, целовать, теребить языком и едва ощутимо покусывать те две части моего тела, что налились и откликались на ласки охотнее всех остальных. В этот момент я была чрезвычайно близка к тому, чтобы перехватить инициативу. Но все же сдержалась.

Затем руки Кэлвина принялись нежно и мучительно медленно поглаживать низ живота. По телу побежали волны жара. Но нам мешала ткань. Раздевать меня полностью ректор не решился. Несмотря на теплую ночную погоду, он предпочел пойти более простым путем - и задрал подол моей юбки. Тем самым, наконец, добравшись пальцами до самого сокровенного.

Да! Я зажмурилась и сжала зубы, отдаваясь всепоглощающему ощущению. Оно охватило все мое сознание, погружая разум в пелену тумана. Терпеть эту сладкую тягучую пытку не было сил. Я горела и злилась, что де ла Шер играет на мне, словно на скрипке, но не позволяет получить тот самый последний, решающий аккорд, после которого мир перестают существовать.