Чтение онлайн

– Сама надоумилась. А что?

– Ничего, не плохо... Позже, пожалуй, труднее было бы.

– Труднее? Я тоже так думала. А почему труднее?

– Вот тебе на - "почему"! Завируха же, конечно, начнется... А мама как?

– Ничего и мама и дедушка... О вас беспокоились.

– Ну, понимаешь, нельзя же было писать: арестован и так далее... Обошлось все-таки, и ладно. А Саша с Геной когда едут?

Даже при самом беглом взгляде, каким обычно обмениваются друг с другом люди в тесной вокзальной толпе, всякий мог бы безошибочно решить, что разговаривают так оживленно брат и сестры: Петя был очень похож на Надю и Нюру и ростом, только немного повыше их: круглое румяное лицо, круглые серые глаза - этим все трое они вышли в мать.

– Где же твой поезд?
– спросила Надя.

– А там, на четвертой платформе, - неопределенно мотнул куда-то головой Петя.
– Больше часа стоим, и никто не знает, сколько еще стоять будем... Вы тоже тут застрянете надолго... Так что я, пожалуй, вполне успел бы взять билет обратно да поехать с вами.

– Поедем, Петя, в Петербург!
– радостно вскрикнула Нюра, но Надя оказалась строже сестры.

– Как же так, Петя, ведь тебе же надо в Москву?
– спросила она, сделав ударение на "надо".

– Надо-то надо, да, признаться, что я больше на радостях, что Колю отпустили с подпиской о невыезде. Ему, дескать, нельзя никуда уехать, а мне можно, - вот и поеду... А то в сущности едва ли стоит ехать.

– А что? Почему не стоит?

– Да ведь завод-то немецкий, то есть хозяева немцы, а вот-вот война с немцами... Получается дыня с квасом... Говорят люди, что завод этот тогда неминуемо прикроют... Или, может быть, в лучшем случае отберут.

– Ну что же, это хорошо будет, если отберут, - пылко сказала Нюра.

– Хорошо-то хорошо, да ведь и меня тоже отобрать могут.

– Куда, Петя, отобрать?

– Как куда? В армию, конечно...

– Неужели? Ведь ты же инженер теперь, Петя!

– Что из того, что инженер... У нас, в Крыму, тоже инженеры были из немцев-колонистов - Кун, например, электрик, Тольберг, тоже электрик, и другие - их уже вызвали в Германию служить в армии.

– Как так в Германию вызвали? Почему в Германию, если они наши немцы были?
– удивилась Надя и добавила: - И откуда ты это знаешь, что их в Германию вызвали?

– Знаю. Писали мне. Теперь уж их нет в Симферополе. Они ведь отбывали воинскую повинность в Германии и лейтенанты запаса, а там так: запасным посылается карточка, где бы они ни жили, и - пожалуйте на цугундер. Двадцать пять корпусов Германия имеет кадровых войск, а двадцать пять корпусов еще у нее будет без объявления мобилизации из этих вот самых запасных, какие по карточкам явятся. Вот тебе и два миллиона войска налицо!.. Я такие источники раскопал, когда дипломную работу готовил, что прямо малина! Как раз мне к теме это пришлось, только что писать об этом тогда нельзя еще было... Такие открылись горизонты, что как же и не быть войне! В Петербурге что творится!

– А что, Петя, а что именно?
– заволновалась Надя.

– Манифестации! Дамы зонтиками машут и кричат: "Долой немцев!" В Германии считают, что мы уж у них в кармане, остается только этот карман застегнуть аккуратно на пуговку, и вся недолга.

– Мы? Огромная страна такая?
– запальчиво вскрикнула Нюра.

– Вот тебе и огромная. А порядки наши...

Очень большая толчея была на вокзале оттого, что два поезда стояли здесь в ожидании отправления: однако, кроме пассажирских, тут был еще и воинский поезд и два поезда товарных, но с военным грузом. На такое обилие людей тверской вокзал не был рассчитан, поэтому, кое-как выбравшись из давки на двор со стороны города, именно туда, куда устремились было Надя и Нюра, все трое вздохнули гораздо свободнее.

– Еще войны нет, а уж такая бестолочь, - сказала Надя, - а что будет, если война начнется!

– Призвать меня в армию, думаю так, на этих же днях могут, - отозвался Петя и гораздо более оживленно продолжал: - Но все-таки что же мне делать, в самом деле? Ехать ли в Москву, или с вами назад?

– Бери билет, Петя, голубчик, поезжай с нами!
– тут же отозвалась на это Нюра, но Надя, сделав строгое лицо, заметила:

– А если там, в Москве, ты место потеряешь?

– Да теперь ведь, кажется, все места потеряют, - вздохнул Петя.

– Ну, это ведь только твое личное мнение такое.

– Ничего, ничего, приедешь в Петербург, и твое личное мнение станет такое же!

Петя похлопал слегка по плечу Надю, раздумывая, а в это время на вокзале зазвякал колокольчик швейцара, и раздался тягучий басовый голос:

– По-езду на Москву пер-вый зво-нок!

– Ого! Вот так штука!
– встрепенулся Петя.
– Наш поезд желает двигаться! В таком случае, так и быть уж, поеду!

– Неужели поедешь?
– удивилась больше, чем опечалилась, Нюра, а Надя сказала:

– Поезжай, конечно! В случае чего, приехать в Петербург всегда успеешь.

– Резон, - одобрил ее Петя и, взяв под руки сестер, снова втиснулся с ними в гущу вокзала.

IV

Как ни медленно шел почтовый поезд на Петербург, как ни долго стоял он на станциях, все же в десятом часу утра он дотащился до Николаевского вокзала, и первое, чем встретил Надю этот вокзал, - на нем почему-то было непривычно мало носильщиков. Пришлось самим взять чемоданы и корзину и медленно, вслед за другими, тоже отягощенными своим багажом пассажирами, двигаться от поезда к выходу на Знаменскую площадь.

Зато тут, около входных дверей на вокзал с площади, Надя и Нюра увидели первую петербургскую толпу, внимательно читавшую какое-то длинное, видимо свеженаклеенное объявление.

– Что это?
– спросила Надя, кивнув на эту толпу какому-то железнодорожнику.

– Мобилизация, - строго ответил железнодорожник.

– Мобилизация? Нюра, слышишь? Мобилизация! Пойдем читать!

И обе, как были, с чемоданами, вместо того чтобы идти к длинному ряду извозчиков и ехать тут же на Пески, на квартиру Коли и Пети, сестры подошли к толпе и подняли головы к белому листу, помещенному достаточно высоко, чтобы передние ряды читающих не могли помешать задним; очень крупными и четкими были и буквы, так что легко читались слова, сколь бы ни был тяжел и зловещ их смысл.

"Именной Высочайший Указ Правительствующему Сенату.

Признав необходимым привести на военное положение часть армии и флота, для выполнения сего, согласно с указом, данным нами сего числа Военному и Морскому Министрам, повелеваем:

1. Призвать на действительную службу, согласно действующему мобилизационному расписанию 1910 года, нижних чинов запаса и поставить в войска лошадей, повозки и упряжь от населения:

а) во всех уездах губерний: Костромской, Московской, Владимирской, Нижегородской, Казанской, Калужской, Тульской, Рязанской, Орловской, Воронежской, Тамбовской, Пензенской, Симбирской, Бессарабской, Херсонской, Екатеринославской, Таврической и Астраханской".