Пушкин – Тайная любовь
Шрифт:
Профиль реально замаранного участием в восстании 14 декабря 1825 года «сумасшедшего» Вильгельма Кюхельбекера («Кюхли», как записано в линиях его прически) Пушкин вообще не просто приштриховывает инициалом имени этого персонажа – огромной буквой «В», а как бы зачеркивает: не считает этого своего друга реально способным на что-либо серьезное. Он хорошо знает, что тот мог отправиться на Сенатскую площадь и просто, что называется, из тщеславия или за компанию – из одних благородства своей натуры, верности дружбе и товариществу.
ПРАВИЛО № 4: Пушкин всегда примарывает штриховкой или просто размазанными чернилами профили персонажей, запятнавших себя участием в антигосударственных выступлениях, а также отметившихся неприличными, непорядочными поступками по отношению к нему самому. Подставивших. Обманувших. То есть замаравших в его глазах собственную репутацию. Если он приштриховывает изображение собственное, то понимает, что выглядит замаранным (к примеру, связью с декабристами) в глазах кого-то из важных для него людей.
Несмотря на наличие в сюите трех женских профилей, в ней нет мысли о любви в первом приходящем в голову смысле этого слова. «Заплаканный» возрастной женский профиль в верхнем левом углу сюиты – поистине левая, либеральная по взглядам Екатерина Федоровна Муравьева, мать и тетка многочисленных братьев Муравьевых и Муравьевых-Апостолов, а также Михаила Лунина. Ее дом в Петербурге многие годы был штабом занимающихся пропагандистской деятельностью продекабристских организаций.
ПРАВИЛО № 5: полные имена-фамилии персонажей-мужчин Пушкин обычно записывает печатными буквами или скорописью в линиях волос на их головах, а также в бородах и бакенбардах.
Два профиля вверху справа – в своем положении совершенно правые в стремлении если не спасти, то хоть как-то облегчить участь своих вскоре угодящих под царские репрессии родных и близких. Это – родная сестра Муравьева-Апостола Екатерина Ивановна Бибикова с таким же, как у ее брата, наполеоновским профилем. А также вскоре последующая за мужем на каторгу жена Никиты Михайловича Муравьева Александра Григорьевна, кстати, четвероюродная сестра самого Пушкина, с которой он перешлет всем сибирским сидельцам и своему лицейскому товарищу Пущину в частности послания «Во глубине сибирских руд…» и «Мой первый друг, мой друг бесценный…»
ПРАВИЛО № 6: персонажи, располагающиеся в пушкинских сюитах слева – неправые по жизни, а в общественном смысле – либерально настроенные люди (чем радикальнее их либеральность – тем выше их изображение в сюите или на листе). Изображаемые на листе справа – по пушкинскому ощущению правые, поступающие правильно, справедливо по отношению к нему, самим себе и окружающим.
Эта сюита – личная оценка поэтом задумываемого его былыми приятелями. Как бы его впечатление, воспоминание о виденных им людях и событиях и слышанных в продекабристских бессарабских и одесских кругах разговорах, приведших к последствиям 1825 года. То есть, по сути, лишь указание на их время – до 1825 года. А точнее – в 1823 году, на что в сюите указывает собственно пушкинская деталь – факт его крупной одесской сентябрьской ссоры с еще одним его давним приятелем, начальником 1-го стола 4-го отделения воронцовского ведомства титулярным советником Дмитрием Петровичем Севериным (1792–1865). Отдаленным следствием ее стало то, что поэт в конечном итоге из Одессы попал в Михайловское, а не на революционную Сенатскую площадь.
ПРАВИЛО № 7: пушкинские сюиты всегда долговременны, как бы сериально сюжетны; время в них идет по часовой стрелке – слева направо. Если это воспоминания, то время в них, естественно, «пятится», движется в обратную сторону.
Сюиту и открывает изображенный под всевидящим оком начальника Пушкина с Севериным, российского министра иностранных дел Карла Васильевича Нессельроде, профиль императорского доносчика Северина. Его «бледное», узкобровое, как-то по-девичьи, слишком уж миловидное лицо Владимир Сысоев и принимает за чистые и благородные черты Екатерины Бакуниной.
ПРАВИЛО № 8: профили подчиненных Пушкин всегда изображает под профилями их начальников.
Большим лицом-маской, личиной Северина прикрывается конкретный собиратель информации о пребывающем в Одессе Пушкине для царя – французский эмигрант на русской службе, управляющий 3-й экспедицией Коллегии иностранных дел граф Иван Степанович Лаваль, в подчинении которого находится изображенный именно поэтому непосредственно под ним Сергей Иванович Тургенев. На Лаваля конкретно указывает буква «Л», в форме которой вырезан лацкан его дипломатического фрака.
В целом же более подробно разбирать эту сюиту – читать в линиях рисунков фамилии персонажей, сопоставлять профили с прижизненными портретами их прототипов и так далее – в данной работе не имеет смысла. Осталось разве что удивиться тому, что Владимир Иванович Сысоев полностью игнорирует пушкинскую подсказку у интересующего нас сейчас профиля Северина. Совершенно незамеченной им осталась достаточно типичная пушкинская шифровка – вписанное печатными буквами в утолщения линий ото лба до уголка губ профиля имя его владельца: «Дмитрiй». И, конечно же, скорописно начатая линией волос и продолженная печатными буквами в утолщениях линий глаза фамилия: «Северинъ».
ПРАВИЛО № 9: текст в пушкинских рисунках приводится, понятно, в орфографии его времени – с непривычными нашему взгляду славянскими буквами «», «i», а также «ъ» в конце твердо заканчивающегося слова. Правописание слов с этими буквами с неизбежностью придется изучить и усвоить.
Частичные имя и фамилия как бы заочно присутствующего здесь высокого начальника Дмитрия Северина читаются так же просто в его расположенном над северинским частичном же, естественно, профиле: от вертикально (над бровью) стоящей буквы «К» – по линиям глаза «арлъ». Сама бровь – часть фамилии «Несс[ельроде]».
Фрагмент ПД 834, л.3
Присутствует в этой сюите, кстати, и сам тайный заказчик информации о Пушкине. Всю когорту изображенных на этом листе персонажей предваряет находящийся в крайней левой позиции из-за лысины кажущийся особенно высоким заканчивающийся у переносицы буквой «А» и в целом очертаниями напоминающий римскую единицу лоб императора Александра I. Если и это не убеждает, прочтите под лупу имя «Александръ I» в утолщениях самой линии лба.
ПРАВИЛО № 10: «разнокалиберные» буквы в линиях профилей пушкинских знакомцев фиксируются в самых разных положениях – нередко они не только перпендикулярны, но даже «стоят вверх ногами» друг относительно друга.
Профиль Северина в пушкинских сюитах встречается не однажды. Для примера привожу два достаточно показательных. Если при его профиле нет инициалов и букв фамилии, то обязательно есть пиктограмма – иронический родовой «герб» для этой личности. Ведь Северин – человек невысокого происхождения, сумевший выбиться в дипломаты благодаря семейным связям с сильными мира сего по поводу оказания услуг, так сказать, бытового характера.