Чтение онлайн

— Я мало знаю о Конфьюжене, — сказала она. — Это не город-однодневка, то есть я хочу спросить, какие у него перспективы? Рудники там богатые?

— Некоторые очень богатые. Образцы руд, которые я видел, показывают очень высокое содержание золота.

Она мягко перевела разговор на его работу, снова и снова возвращаясь к Конфьюжену. Наконец он сказал:

— Я там не задержусь. Может быть, мы прокатимся, я покажу вам окрестности и, если вас заинтересует горное дело, объясню кое-что из геологии.

— Прекрасно!

Пайк Сайде смотрел в окно, но теперь он повернул голову и поглядел на нее, удивленный ее игрой в наивность.

— Вы едете обследовать только одну шахту? — спросила она. — Я слышала, там есть одна очень богатая, по-моему, она называется «Находка». — Она помолчала. — Вы в самом деле едете покупать шахту?

— Вообще-то, — сказал Хойт, — я могу купить или вложить в нее деньги. У меня есть полномочия. — И он похлопал по карману.

Хойт понимал, что открывает слишком многое, но Пайк был явно всего лишь бродягой-ганменом, а эта девушка — почти ребенок — так заинтересовалась! Не геологией, естественно, а им. Он немного покрасовался перед Медж знанием горного дела, рудников, креплением шахт, залежей руды, а Медж слушала с широко раскрытыми глазами.

— Обожаю, когда мужчины рассказывают о делах, в которых так хорошо разбираются, — сказала она. — Можно так много узнать! И еще я обожаю слушать названия рудников! Интересно, как их придумывают?

Дорога от Остина до Конфьюжена была длинной и пыльной, и Пайк Сайде скоро заснул. Хойт продолжал разговаривать с прекрасной спутницей — ее присутствие располагало его к откровенности. Он давал ей советы и, в частности, посоветовал ей поменьше выходить на улицу в Конфьюжене: возможно, там скоро начнутся перестрелки. Кажется, идет спор, кому какой участок принадлежит. Он как раз и ехал проверять дела.

И снова Медж заговорила о названиях шахт, и Хойт упомянул «Сокровищницу».

— Между прочим, — сказал он, — если содержание металла в породе окажется высоким, мы, скорее всего, выкупим ее у новых владельцев.

— Значит, вы недолго будете у нас?

— Посмотрим. Я буду жить на ранчо. У меня там знакомая, зовут ее Лори Шеннон. Вы слышали о ней?

— Имя знакомое.

Хойт приободрился. Он точно знал, что Шеннон жила на ранчо и не имела никакого отношения к шахтам или золотодобыче.

Когда дилижанс остановился перед конторой «Уэллс Фарго» в Конфьюжене, навстречу вышел Ньютон Клайд. Первым спрыгнул Матт Кобэрн, за ним — Пайк Сайде. Хойт помог выйти Медж.

— Кстати, — сказал он, — я даже не знаю, как вас зовут.

Она улыбнулась ему.

— Хили, — мягко сказала она. — Медж Хили.

Лицо его вытянулось. Он слышал о Медж Хили, но представлял ее старше, тверже и совсем некрасивой. Он смутно припомнил, что имя Медж Хили связано с несколькими шахтерскими городами. Он думал…

— Понятно, — с сомнением произнес он.

Она опять широко улыбнулась ему.

— Надеюсь на это, мистер Хойт: это сэкономит вам и вашей фирме кучу денег и избавит от массы неприятностей. «Сокровищница» не принадлежит Уилларду и Кингсбери и никогда не будет принадлежать.

Медж резко повернулась и сопровождаемая усмехающимся Пайком зашагала по улице, а Хойту оставалось только смотреть ей вслед.

— Это… Это Медж Хили? У нее же еще молоко на губах не обсохло!

Матт улыбнулся.

— Похоже, она только что доказала обратное. И послушайте мой совет: верьте ей, она говорит правду.

— Я проделал долгий путь, чтобы заключить эту сделку, — с ноткой неуверенности произнес Хойт. — Начальству не понравится, если я сорву ее.

— Им понравится еще меньше, если вы их разорите, — сухо заметил Клайд.

Матт Кобэрн оглядел пыльную улицу. На обочине рядом с домами осталась еще редкая пустынная растительность, кто-то потрудился выкопать из проезжей части крупные камни. Напротив некоторых домов поставили деревянные тротуары, но чтобы привести улицу в божеский вид, нужно было еще работать и работать.

Он очень хорошо знал подобные города. Пусть они в чем-то отличались, шум в таких городишках был одинаковым: грохот компрессора или дробилки, удары множества молотов, скрежет насосов или лебедок. Жестяные мелодии музыкальных автоматов и механических пианино, звон стаканов, человеческие голоса, нестройно подпевающие или громко спорящие, стук подпрыгивающих на камнях повозок, скрип седельной кожи и дощатых тротуаров под тяжелыми шагами… Шум был одинаковым во всех городах, и Матт мог проснуться ночью и определить время по звукам.

Он также чувствовал запах надвигающейся беды; точно так же дикий зверь чувствует приближение грозы. Беда вот-вот нагрянет. Городок разваливался по швам.

Он видел, как рождаются и умирают города. Некоторые погубила гнетущая власть закона или религии, некоторые — отсутствие закона вообще, некоторые умерли от воды, заполнившей шахты, некоторые — от истощения рудничной жилы… а некоторые — от недостатка веры.

В этом городе беззаконие было обычным делом, оно подогревалось кучкой склонных к насилию людей — либо нарочито развязных, либо пьяных, либо просто желающих выпустить пар. Если таких некому остановить, город начинает скатываться к анархии.

Несколько сильных людей могли бы создать мэрию, провести законы, заставить жителей соблюдать их, не прибегая к оружию. Если бы эти люди действовали быстро и решительно, прежде чем события выйдут из-под контроля, можно было бы обойтись без стрельбы.

Но не здесь, не в Конфьюжене. Матт Кобэрн знал людей, которые ходили по этим улиццам, он знал, что здесь остался единственный выход: наладить жизнь можно только с помощью револьвера, ибо любая мелочь может взорвать город, поставить его на грань сумасшествия.

— Тебе нравится этот городишко? — спросил он Клайда.

Управляющий «Уэллс Фарго» пожал плечами.

— Я их навидался за свою жизнь и наверняка немало еще увижу. Это город прииска «Находка». Это город Фелтона, Коэна и Зеллера.

— Тогда скажи им, чтобы поторопились, или они его потеряют, — сказал Матт. — Здешняя толпа готова разнести его на кусочки. Большинство потом пожалеет, но будет поздно.

К ним подошел Фелтон с Коэном, и Кобэрн рассказал им о вербовке бандитов.

— Они собираются напасть на «Сокровищницу».