Чтение онлайн

Господи, как она могла ничего не замечать? Почему ей даже в голову не приходило, что у него может быть другая?

Не надо вспоминать, думать, пытаться найти причину. Отрезала и забыла, иначе, она с ума сойдет, копаясь в прошлом, собирая своё сердце, разлетевшееся на мелкие осколки.

Надежда Львовна, узнав, что на следующей неделе суд, и Мария не хочет туда идти, поддержала.

— Правильно, нечего себе нервы трепать, смотреть на него, слушать, что он говорить станет. Даже, если бывший сам не придет, будет его адвокат, который вас щадить не станет. Но совсем игнорировать заседание нельзя. Вам тоже нужен адвокат.

— Знаю, папа говорил об этом, — вяло отмахнулась Мария. — Но мне хочется только одного — скорее развестись, сменить фамилию и забыть.

— Понимаю. Но адвокат, тем не менее, необходим. Есть у меня один ученик…

— Надежда Львовна!!!

— Машенька, не надо так кричать, у меня хороший слух! Я уверена, Витя будет рад помочь, тем более что много времени это не займет, а ему практика не помешает.

— Не надо! Потом, мне нечем заплатить адвокату, и я не собираюсь ничего от мужа требовать.

— Напрасно. Конечно, вы меня нисколько не напрягаете, наоборот, я потеряю, если вы переедете в собственное жилье, но терпеть несправедливость выше моих сил. Не сердитесь, я немного пообщалась с вашей матушкой, надо сказать, она изумительная женщина и очень вас любит, хотя вместо «надеть пальто» упорно повторяет «одеть пальто». Нина Михайловна мне многое рассказала о вас и вашей жизни с супругом. Не надо делать такие глаза, мама зла ребенку не пожелает! Никаких тайн мне не сообщили, только в общих чертах.

— Но когда вы успели? — пораженно пробормотала Маша. — Мои здесь два раза были, вы общались у меня на глазах, а я не припомню, чтобы…

— Поговорить можно по телефону. Очень удобная вещь, между прочим, хотя вы регулярно об этом забываете.

— А… Ясно, — значит, за ее спиной женщины спелись и обложили Машу заботой со всех сторон. — Адвокат не нужен.

— Адвокат нужен, чтобы ты не осталась не только на бобах, но еще и в долгах.

— Как это?

— Не поверите, чего только в жизни ни бывает! Поэтому расставаться надо с умом, обязательно с адвокатом, который проследит за прозрачностью процесса и интересами клиентки. Значит, я сейчас позвоню Стасику, он нотариус. Подпишете доверенность на Витю, и он проконтролирует ваш развод.

— О…..

Сопротивляться Надежде Львовне не было никакой возможности. Удивляло, зачем ей, по сути, постороннему человеку, вмешиваться и помогать, но мама разъяснила.

— Понимаешь, Машенька, Надежда Львовна — одинокий человек. Она всю жизнь была в центре жизни, всем нужна, учила, воспитывала. А теперь осталась одна. Это тяжело, когда человек, привыкший к активной и общественной жизни, вдруг, остается не у дел. Потом, у неё обостренное чувство справедливости, она не может пройти мимо. Бывших учителей не бывает, дочка. Конечно, если они — настоящие.

— Надежда Львовна — настоящая, — пробормотала Мария. — Поразительно, что спустя столько лет её ученики не только помнят свою учительницу, но и охотно откликаются на её просьбы.

— Да, так и есть. Уверена, она многим помогала и помогает. И она права — нельзя пускать на самотёк ваш развод. Мало ли, что адвокат Сомова придумает? Соглашайся.

И Маша согласилась.

С утра офис гудел, как растревоженный улей.

Мария, полностью погруженная в работу, не сразу обратила на это внимание. Но ухо уловило — Инстрэл. И тело подбросило, как от разряда тока — что такое?

— Машка, ты что, спишь, что ли? Приам! Совместный проект! Переговоры на нашей территории и, говорят, высшее руководство будет.

— Нам-то, какая разница — высшее, низшее? — пробормотала женщина, пытаясь унять дрожь в руках. — У нас работы — не разогнуться. Света, лучше займись презентацией, времени мало, а у тебя еще и конь не валялся.

— Странная ты, Машка! Кроме работы ничего знать не хочешь. Интересно же — конкуренты, и у нас! Потом, может быть, там молодые-неженатые будут. Перспективные! Конечно, любопытно посмотреть, — девушка закатила глаза. — Не век же здесь просиживать. Работа, это хорошо, но надо и о личной жизни подумать!

Покачав головой, Мария вернулась к разработке.

Перед появлением представителей Инстрэл, по офису прошел лично Владлен Максимович, настоятельно порекомендовав служащим сидеть на местах, в курилку и туалет сходить заблаговременно и по коридорам не шастать.

Офис замер.

— Приехали! — возвестила Светлана, последний час почти не отходившая от окна. — Черт, высоко, не видно толком. И выйти нельзя.

А спустя полчаса Машу вместе с документами по последнему проекту вызвали в зал совещаний.

Помнят ли ее в Инстрэл? Узнают ли?

Переживая, Мария перебирала бумаги, решая, что взять, а что оставить. Она не появлялась больше трех лет, есть вероятность, что её не узнают. Конечно, смотря, кто приехал. Шестерок можно не считать, а вот руководящее звено — кто они? Если Щербаков или старший менеджер — плохо дело, они её, точно, узнают.

С другой стороны — какое ей до этого дела? В Квадро в курсе, чья она супруга, знают про грядущий развод. До него, кстати, всего несколько дней осталось.

Она зайдет, представить свою концепцию, ответить на вопросы, и всё. И не с таким справлялись!

Мельком заглянув в зеркало, женщина убедилась, что с прической все в порядке, юбка и блузка не помялись, взяла папку с документами, мысленно выдохнула и решительно направилась в зал заседаний.

— Добрый день! — мельком окинула взглядом присутствующих и обратилась к генеральному. — Борис Викторович, вот, что вы просили принести.

Как она сумела сдержаться, ей самой неведомо.

В какое-то мгновение почувствовала дискомфорт, перевела глаза и внутренне заледенела — почти напротив, прожигая в ней дыры, сидел Сомов.

Настолько пожирающее он смотрел на нее только в первый год их совместной жизни, пока не уверился окончательно, что эта женщина отныне принадлежит ему.

Ладони вспотели, мир на долю секунды потемнел, но усилием воли Мария справилась со слабостью и растерянностью. Она — профессионал! Дима сам вычеркнул ее из жизни, она ничем ему не обязана. Просто посетитель, гость в компании, один из многих.

Машка, собралась! Вдох, выдох. Улыбка. Работать!

Получилось.

Она увлеклась рассказом, ответила на вопросы, краем глаза замечая одобрение и даже, гордость в глазах генерального. В ту сторону, где замер соляным столбом супруг, женщина старалась не смотреть — глупое сердце так и норовило сбиться с ритма, но ей никак нельзя было терять самообладание. И не только из-за работы. Дима не должен был заподозрить, что его появление подействовало на нее, как удар под дых, как ведро ледяной воды, как взрыв сверхновой.