Пустотный Рыцарь
Шрифт:
– Был бы он опасен, мы были бы с тобой мертвы.
– Я чуть не умер!
– Это была самооборона.
– Я не знаю.
– Чёртов Хонсу...совсем изнасиловал нашу реальность...Я уж думал, что ничего удивительнее громового кита не встречу...
– А такой есть?
– Конечно. Одна из многих причин, по которой мы не дружим с Иус и Суи, в конце концов. Ладно, давай продолжим.
– Нет. Видишь? Шип оставил рану на его теле, – Карелин указала на дыру во льду, на которой оставались светящиеся частички вечного льда.
– Жалко, конечно. Но что поделать?
– Залечить.
– Как ты залечишь лёд?
Но Джек не получил ответа. Руки Карелин обволокла вода, с помощью которой она удаляла вечный лёд из раны, будто это осколки в теле. С той же заботой и осторожностью, что она проявляла к пациентам. А после она приложила вторую руку. Вода засияла ярче обычного. И рана начала постепенно затягиваться нормальным льдом. Карелин была настолько сконцентрирована, что даже не заметила, как и Джек, и существо с упоением смотрели на неё. Когда рана затянулась, Карелин лишь сказала:
– Это проще, чем с людьми, – и улыбнулась обоим зрителям.
– Как ты...Как ты это делаешь?
– Я не знаю. Я просто делаю. Меня попросили о помощи. По какой-то причине это была именно я, а не кто-либо другой. Я уверена, что среди студентов тоже есть новусы. Но...в итоге это я. А значит, я должна сделать то, что я хорошо умею.
– Хех, на авось значит? Понятно. Идём к следующей цепи.
Последующие 3 шипа вытаскивались по такому же принципу. И монстру, и Карелин становилось всё легче и легче терпеть боль и вокс соответственно. Только девушка явно прилагала много усилий, чтобы облегчить боль монстра. По ней было видно, что она истощается. А вот Джек напрягался всё больше и больше. Он опасался существа. И видел, что оно это чувствует. С другой стороны, прибор начал фиксировать новые аномалии. Последний шип был самый тяжёлый для Карелин. Её силы были на исходе. Джек уговаривал её остановиться, ведь залечивать рану было не столь обязательно, как он думал. Но Карелин несмотря на то, что тускнела на глазах и приближалась к пределу, всё равно довела дело до конца. Раны были залечены. Оковы сняты. Врач гордой походкой хотел отойти подальше, чтобы посмотреть на своего "пациента", но ноги её подкосились, и она чуть не упала. Джек её снова подхватил и хотел увести. Но лёд начал трескаться, таять, заливая всё водой. Столь стремительно, что невозможно было убежать. Джек обернулся вместе с обессиленной Карелин и прокричал монстру: "Эй, что ты делаешь?!". Но тут же замолк, провалившись с девушкой под воду. Существо что-то разорвало изнутри, расщепила корку льда на молекулы, что щекотали кожу. И осталась только вода. Чистая. Живая. Блестящая. Джеку не пришлось вытаскивать Карелин из воды. Вода сама подняла девушку без сознания и нежно опустила на берег. При том, она была сухая. Джек же выплыл сам, весь мокрый и мёрзнувший.
– Ну спасибо...Помогай теперь всяким фибриновым чудищам!
– Вы в опасности, – сказала вдруг Карелин, неподвижно лежа. Её глаза открылись и были словно залиты океаном.
– Что ты говоришь такое, Карелин?
– Она сможет укрыться здесь. Ты – нет. Срочно уходите.
– Почему?
– Скверна идёт сюда.
– Что за скверна? Эй!
Глаза Карелин закрылись. Джек повернулся к озеру и повторил свой вопрос. Но ответа не было. Лицо исчезло. И осталась только вода. Тогда он проверил прибор: массовые аномалии начали проявляться около деревни. Он тут же разбудил Карелин. Та очнулась, на удивление, быстро и бойко.
– Эй, идти можешь?
– Да...Что случилось? Где...
– Он превратился в озеро. И через тебя сказал, что нам пора бежать отсюда. Вернее, мне.
– Почему бежать? Почему только тебе?
– Мол, ты можешь укрыться здесь от "скверны". Чтобы это ни было, оно приближается к деревне. Нам нужно спасать студентов!
– Тогда пошли!
– Лучше останься...
– Пошли говорю!
По пути назад, к крепости Сабуросамуи Джек оповестил всех по рации, чтобы все срочно шли туда. Они с Карелин бежали на всём ходу. Джек постоянно проверял свой прибор, считывая всё большее число аномалий.
– Вроде бы мы успеваем...Надеюсь, никто из этих оболтусов не захотел погулять, как мы с тобой! – выговаривал он еле-еле, тяжело дыша.
– А что мы будем делать, когда доберёмся?
– Сообразим по обстоятельствам...Эй!
– Да?
– Я думаю, не стоит никому рассказывать об этом..."чуде", что мы нашли. Раз Дай-Хан его заковали, то...
– Я поняла.
– Вот и хорошо.
Ввалившись в замок сабуросамуи, вспотевшие и запыхавшиеся Карелин и Джек изрядно напугали всех вокруг. Их волнение и тревога перекинулись на студентов.
– Мистер Николсон, что случилось? Что за спешка и сумбур? – спросил Абигейл.
– Что...что-то надвигается сюда. И очень много. Прибор зашкаливает аномалиями в фибре вокруг...уже в деревне.
– Что-то? Наверное, стая волков каких! Чего народ пугать из-за шавок? – возмутился дедок.
– Какие шавки? Мистер Абигейл, я уже давно этим занимаюсь. Никакие мелианор не создают подобных аномалий, кроме одержимых!
– Ты хочешь сказать, что сюда движется стая одержимых? – тут дед даже испугался.
– Я не знаю, что это, но... – На улице послышались душераздирающие крики и хрипы, которые перебили мысль Джека, – Так, слушайте внимательно! Закройте все окна, все двери, найдите что-то, чем их можно подпереть! Пересчитайте, чтобы все были на месте. Если среди вас будут новусы, постарайтесь не упасть в обморок! Понятно?
– А...э-э-э.... – растерялся Абигейл.
– Я спрашиваю, понятно?!
– Понятно, – ответила за него Карелин и обратилась к студентам, – Так, ребята за дело! – как только студенты разошлись в панике искать, чем укрепить проходы и окна, Карелин обернулась обратно к Джеку, – А ты что будешь делать?
– Врублю фибродегенератор на улице. И буду отстреливать всё, что попадётся на виду. И надеяться на лучшее.