Чтение онлайн

— Ну и что тебе дала эта история? Утолила любопытство? — выдернул меня из собственных мыслей язвительный тон Хэдера.

— Я не поэтому спросила, — попыталась оправдаться я. — Тот стих, он просто… просто очень проникновенный. Вот мне и стало интересно, что произошло с ней такого, раз в стихе столько боли.

Хэдер молча глядел на меня, думая о чем-то своем. Не знаю, что в тот момент творилось в его сознании, но взгляд с каждым мгновением приобретал все больше темного. Серый цвет глаз постепенно стремился к черному. При этом лицо парня не было угрюмым или хмурым, и оттого сам взгляд не устрашал, а скорее гипнотизировал. И вот уже я ловлю себя на мысли, что просто стою, и, не моргая, смотрю на него.

— А вот теперь моя очередь задавать вопросы.

— Такого уговора не было…, -начала, было, я возмущаться, но Хэдер прервал, словно не слушая меня, и продолжил.

— А вот интересно, какой номер у твоей подруги, Катрин, кажется, ее зовут. Не подскажешь?

— ЧТО? Я не собираюсь давать тебе ее номер!

Не смотря на страх перед этим парнем, ярость, закипающая во мне, взяла верх. Меня раздирало от желания нахамить ему, а еще лучше толкнуть или ударить. Что он вообще позволяет себе. И пусть, что Катрин скорее всего обрадовалась бы, узнав что Хэдер попросил ее номер. Я все равно не стану помогать ему в этом.

— Очень жаль, я думал, ты меня выручишь. Ну что ж придется как-нибудь самому.

— Даже не смей приближаться к ней, а то я, а то я…

— Даже интересно, что ты?

— А то я испорчу тебе жизнь! — наконец-то я нашла что ответить.

— Уже страшно, воинственный мышонок, — почти смеясь, заметил Хэдер. — Ладно, расслабься, мне нафиг не сдался ее номер, да и она сама. — Но ты все еще должна мне ответ на вопрос.

— Ну, чего тебе? — пробурчала я.

Было даже немного обидно, что он просто поиздевался надо мной. Решил спровоцировать, вывести на эмоции, а я, как наивная дурочка, попалась на этот крючок. В который раз поддалась на провокацию.

— Сколько лет твой отец работает в СайлСкиле?

— Эмм, ну я не знаю, лет семь, наверное. А что? — я недоуменно пялилась на ставшего серьезным Хэдера.

— Просто интересно было кое-что проверить, — уклончиво ответил парень. — Но это уже не важно. Пообещай мне, быть внимательной и осторожной.

— С чего бы это?

— Пообещай, — прозвучал жесткий и требовательный голос.

— Ну ладно, хорошо, буду аккуратной, — ответила я. — Хотя это как всегда, — уже тише добавила я.

— Нет, Арина, не как всегда! — Хэдер сделал резкий выпад в мою сторону и схватил меня за предплечье. — Твоя беспечность уже привела тебя ко мне, молись, чтобы она не столкнула тебя с кем-нибудь еще.

Я стояла и видела на расстоянии двадцати сантиметров его глаза перед собой. Там была не просто сгущающаяся темнота, а словно все грозовые тучи мира разом переместились в его взгляд. Ему даже говорить ничего не требовалось, огненная аура вокруг и так была максимально красноречива. Слегка поморщившись от неприятного сдавливания на предплечье, я попыталась освободиться, но он буквально вжал меня в себя.

— А как на счет второго пункта нашего уговора? — почти прошептал мне эту фразу Хэдер.

Тихий, подсевший голос, коснувшийся моих волос, защекотал висок. И так же резко как схватил, он отпустил меня. Отвернувшись, Хэдер достал с заднего сидения машины…весы. Я уже даже и думать забыла о нашем, недельной давности, разговоре о питании. Каждый день в голове звучало его напоминание о том, что надо поправляться и хорошо питаться. А вот сейчас, когда он приехал проверить, как выполняется его поручение, я почему-то и думать об этом забыла.

На весы я вставала с гордым видом, примерно предполагая, какое число увижу. И торжествующая улыбка победителя засияла на моем лице, когда заветные сорок девять килограмм высветились на табло.

— А ты, оказывается, бываешь исполнительной и покорной, — отметил Хэдер, чем поубавил мое наслаждение заслуженным триумфом.

Хотя триумф ли это? Похоже, я снова попалась в его ловушку. Просто-напросто выполнила его приказ, да еще и обрадовалась как слон в конце.

— Чем меньше твой вес, тем больше это проблем для твоего организма. Я тебе не враг, мышонок. Так что и ты не вреди себе, а продолжай в том же духе хорошо и сбалансировано питаться, — говорил он, убирая весы обратно в машину.

— Ты, между прочим, тоже сам себе вредишь, — решила подколоть его.

— И чем же, интересно? — вскинув бровь, вкрадчиво произнес парень.

— Я про сигареты. Они же тоже пользы организму не приносят.

Улыбка начала расползаться по его лицу. Я даже сделала небольшой шажок назад, потому что этот оскал имел мало общего с той добродушной улыбкой, что озаряет лица людей. Это скорее была улыбка психа, только что сотворившего что-то зловещее.

— Беспокоишься за меня? — поинтересовался Хэдер, плавно двигаясь в мою сторону.

— Нет! Ладно, извини, мне пора домой. Надо еще приготовить папе ужин. Пока.

Я бежала что было сил. Не знаю почему и от кого я так неслась, но стоило мне развернуться, как нечеловеческий ужас накрыл меня и я даже не в состоянии была обернуться. И только оказавшись в своей прихожей, я поняла, что за мной никто даже не гнался, я просто сама придумал себе страх и сама же в него поверила. Да уж, сознание порой творит с нами непредсказуемые вещи.

Ох, Арина, почему ты создаешь себе так много проблем? Могла же ведь просто, тихонечко отмолчаться, но нет, тебе понадобилось сунуть свой длинный нос везде. Как же, пообещали ей утолить ее любопытство, она тут как тут. Ну вот зачем мне понадобилась эта история про Туманию?

Сидя на кухне, я смотрела во двор, а видела не привычные кустики и деревья, колышущиеся на ветру, а детей, ставших друг для друга опорой и защитой и не сумевших уберечь друг друга. Я хоть и росла в семье, где меня всегда могли утешить и приободрить, но даже для меня, утрата близкого друга была бы потрясением. А для парня, оказавшегося в детском доме и нашедшего там родственную душу, такая потеря была в стократ сложнее. Это как проснуться однажды утром и понять, что у тебя нут больше на земле никого. Ни семьи, что всегда рядом, ни друзей, никого. Пустота. Даже рассказать о том как паршиво на душе некому. Я все это прокручивала в голове, рисовала картинки и вдруг поняла. Катрин! Она моя единственная самая близкая подруга. Ближе нее у меня просто никого не существует. Я знаю про нее почти все, а она знает про меня. И неужели какая-то давняя влюбленность может разрушить вот этот мир двух душ? Глупо было даже думать о каких-то обидах. Я виновата перед ней куда больше чем она передо мной. Она хотя бы рассказала о своих чувствах, а я так и продолжила скрывать. Причем скрывать даже то, чего нет.

Чай уже давно остыл и покрылся омерзительной пленочкой, а я все сидела и думала о нас с Катрин. О там как мы раньше, летом, уходили далеко за город, в лес и мечтали. Обо всем на свете мечтали. Просто делились своими самыми сокровенными, самыми бредовыми мыслями друг с дружкой. Рассказывали все, не боясь, что нас сглазят или позавидуют. Просто тогда мы были куда чище и прозрачнее. А еще наивнее.

Я сидела за пустой партой и нервно нажимала на зеленую трубку. Гудки и ничего больше. Пара уже началась как двадцать минут назад, а Катрин все не было. WhatsApp сообщал, что в сети она была в 00:08. И чего ей не спалось-то в это время. Кэтти конечно была из тех людей, что могли вечером пить, а на утро быть готовым к любой встрече, к любому экзамену, да и вообще хоть к приезду президента. Так что ее поздний визит в мессенджер меня не беспокоил, а вот опоздание в колледж было на нее совсем не похоже.