Чтение онлайн

Накрыв ладонь мамы, я обхватываю пальцами тональный крем и осторожно отталкиваю.

— Я знаю, — говорю мягко. — Это мой знак почета.

Несколько минут спустя, я стою за дверью офиса Кэри, переступая с ноги на ногу, между ладонью и букетом желтых роз образовался слой пота. Мое платье, кажется, весит тонну, хотя оно максимально простое. Тонкие бретельки прикрепляются к узорчатым кружевам, которые постепенно переходят от середины груди к прямой прозрачной юбке. Абсолютно не-Шайло-стиль. Именно так, как мне хотелось.

Мы с Кэри изначально планировали провести свадьбу в центре Кинкейд. Нам не казалось правильным провести ее где-то еще. Это место снова нас свело и хранит множество воспоминаний. Именно здесь три года мы были единой командой, а домой в нашу квартиру возвращались как любовники.

— Последний шанс передумать, Снежинка, — замечает Фрэнки, поправляя галстук, когда я обнимаю его руку. — Теперь я на колесах. Мы можем свалить отсюда прямо сейчас.

Начинает играть музыка, я крепче сжимаю его руку.

— Не в этой жизни.

На его лице появляется неприлично огромная улыбка. Глядя вперед, он быстро кивает.

— Это все, что мне нужно было услышать.

Мы покидаем безопасный коридор и входим в открытую зону «Общинного центра имени Элизабет Кинкейд». Пока Фрэнки ведет меня к алтарю, я не могу сказать, кто мне улыбается. Все они просто размытые лица в размытой толпе. Мой взгляд направлен только на него.

Кэри стоит в конце прохода на небольшой белой деревянной платформе между священником и Уиллом. Его обычно дикие темные волосы расчесаны и уложены назад, но он все еще выглядит опасно. По моему настоянию, Кэри оставил кольцо в губе, хотя вчера мы как следует поспорили о том, насколько оно уместно на свадьбе. Мне все равно на чье-то мнение. Это часть его, а значит я ее люблю.

В этом все дело. Я встречалась с моделями, которые украшали рекламные щиты и самые востребованные обложки журналов мира. Самые сексуальные мужчины из списков People разрывали мой телефон, умоляя о втором свидании. Тем не менее, ни от кого у меня не захватывало дух, как от Кэри Кинкейда.

Даже когда я отказывалась это понимать.

Добравшись до места, Фрэнки целует меня в щеку и шепчет кое-что мне на ухо. Я хихикаю, он берет меня за руку и помогает мне подняться к мужчине, за которого я собираюсь выйти замуж.

Кэри переплетает наши пальцы и проводит подушечкой большого пальца по моему голубому лаку для ногтей, изгибая губы.

— Что он сказал?

— Посоветовал мне не позволять тебе переносить меня через порог сегодня вечером.

— Почему бы и нет?

Я встаю на цыпочки, затем снова на пятки, кусая губу, чтобы не рассмеяться.

— Он сказал, чтобы я должна ходить на своих двоих, иначе всегда буду на коленях.

Его взгляд отправляется в первый ряд, где сидит Фрэнки с наглой усмешкой на губах.

— О, так и сказал, да?

Мы находимся в своем маленьком мире, пока священник не прочищает горло. —

— Прошу прощения, но мы можем начать?

В толпе раздается гогот смеха, и я киваю, вручая свой букет Лене, чтобы взять Кэри за руки. Мы смотрим друг другу в глаза и повторяем слова священника. Лена скулила, когда я сообщила ей, что мы не собираемся сами писать клятвы, потому что у нас с Кэри не было никакого желания признаваться друг другу в любви перед кучей людей словами, которые не предназначались лишь нам двоим. Эти слова мы скажем друг другу позже вечером, и абсолютно точно эти обещания мы сдержим. Потому что мы заслужили каждое из них.

Обменявшись кольцами, произнеся обеты и молитвы, лицо служителя освящается.

— Объявляю вас мужем и женой. Теперь жених может поцелова…

Кэри не ждет окончания речи, чтобы зачерпнуть меня в свои объятия и опустошить поцелуем, который, вероятно, заставляет Бьянку задыхаться от шока.

У меня перехватывает дыхание, когда он скользит от моих губ к моему уху и шепчет злым тоном:

— Я вынесу тебя уже отсюда, поэтому тебе, вероятно, следует подготовить свои коленки, Звездочка.

Раскрыв от этого заявления рот, Кэри смеется и целует меня в лоб. Как только он поворачивает меня лицом к толпе, священник громко объявляет под возгласами и свистками:

— Представляю вам мистера и миссис Кэррик Кинкейд.

Как и было обещано, Кэри тащит меня от алтаря на руках и не опускает до тех пор, пока я не встаю на колени.

***

На часах четыре утра, но меня меньше всего интересует время. Я бодрствовала последние несколько часов, наблюдая, как спит мой муж, запоминая ритм его дыхания и любуясь, как он тянется ко мне, если я отдаляюсь к краю матраса.

Сегодня полнолуние, и свет проникает через окно нашей спальни, подчеркивая мое свадебное платье. Когда мы вернулись домой, Кэри сорвал его и бросил на пол. Не то чтобы я возражала. Платье было последним, о чем я думала.

Просто безумие, что женщины тратят столько времени, денег и усилий, выбирая «то единственное платье», которое проносят в течение часа, а затем повесят в шкаф в мешке для хранения на всю оставшуюся жизнь. Если об этом подумать, то это кажется дикостью. Ведь вряд ли наряд пригодится ещё раз. Какая глупость.

Мысли крутятся снова и снова в моей голове, пока я в конце концов не отбрасываю покрывало и не поднимаю платье. Провожу руками по шелку, направляясь в ванную. Я включаю там свет и, прежде чем понимаю, что делаю, шагаю в него.

В сознание возникают образы — вспышки серовато-фиолетового платья в комплекте с юбкой из тюля до пола и лифом, покрытым австралийскими кристаллами с выпускного. Наклонив голову, я провожу пальцами по простому кружевному декольте, и мое красивое, скромное свадебное платье возвращается в фокус, доказав мне, как далеко я продвинулась.

Я больше не та девушка.

Да, я по-прежнему упрямая. По-прежнему гордая и вспыльчивая. Но поверхностная? Точно нет.

Пустышка — это термин для людей, которые используют неуверенность других, чтобы повысить свою самооценку. Только блеск и зеркала. Если я что-то и есть, так это тень.

Мне не нужно быть в центре внимания, чтобы чувствовать себя важной, не нужно пламя обожания твердило мне, кто я внутри. Я вполне довольна тем, что живу в тени мужчины, которого не заслуживаю. Мужчины, который всегда был яркой сияющей звездой в моем тумане.