Чтение онлайн

Поднявшись на площадку и окинув её любопытным взглядом, отметил наличие множества ящиков различной формы и размеров, большей частью скрытых под брезентовыми тентами. Не смотря на некоторое желание заглянуть внутрь, решил этого не делать, ведь мало ли что. Будь это однопользовательская игра, с великим заклинанием «сейв-лоад», тогда можно было бы попробовать, а так ни к чему зря рисковать.

Подойдя к указанному рычагу, я как следует приложился и перевёл его в противоположную позицию. Ход оказался крайне тугим, у меня еле сил хватило, чуть лицом в гряз не ударил. Причина выявилась достаточно быстро: рычаг возбуждает за изменением своей позиции целую систему шестерёнок, которые приводят в движение определённые цепи. Механизм застучал словно старые спешащие часы гостевой комнаты прошлого века родного мира, и платформа сверху начала плавно опускаться вниз. Назначение рельс, как и предполагал, довольно тривиальное – стабилизатор от порывов встречного ветра, дабы платформу не шатало из стороны в сторону.

На этом моменте я призадумался.

Если этот мир всего лишь качественная эмуляция, а все мы – тестеры не анонсированной VR-технологии нового поколения, то в ближайшем будущем можно ожидать самый настоящий бум. Однако, с каждым новым днём, по мере открытия новых мелочей, моя вера в эту и без того слабую теорию продолжает угасать всё сильнее и сильнее. Разум постепенно начинает сдавать позиции перед орущим параноиком, прекрасно осознавая факт необходимых вычислительных мощностей: для качественной эмуляции вселенной требуется ровно столько энергии, сколько её присутствует в нашей, а таковое за гранью возможного.

Первый закон термодинамики ехидно скалится из-за угла.

От дальнейшей рефлексии и глубин депрессии меня спасла опустившаяся на площадку, с едва слышимым глухим стуком, платформа. В этот момент Беримир и Миодраг, распрощавшись с коллегами, подошли ко мне.

– Слушайте, а разве на таком лифте не опасно ехать? – поинтересовался я у них.

– Опа!

Судя по восторженному возгласу Беримира, заявление подобного рода его крайне заинтересовало:

– Объясни, с чего ты так решил?

– Ну-у-у, если я правильно понял принцип работы механизма, то там, наверху, расположен другой рычаг, который работает в паре с этим, синхронно, и в зависимости от их положения – платформа перемещается вверх или вниз. Ведь так?

– Ну да, верно, не на платформе же лепить рычаги, – Беримир начал догадываться к чему я клоню.

– Именно поэтому они расположены сбоку от платформы, на расстоянии в четверть сажени, что позволяет запустить механизм даже будучи непосредственно на самой платформе. Другими словами – посредник не требуется. Однако, что произойдёт, если кто-то придаст рычагу строго вертикальное положение, когда платформа пройдёт лишь пол пути? Она остановится? Или, может, механизм просто сломается?

Беримир искренне вытаращил на меня удивлённые глаза, но сразу же после этого залился смехом:

– Разрази меня Падший, ну ты и загнул, ха!

– О, а я и не задумывался над этим... – Миодраг взглянул куда-то в сторону.

Откашлявшись, Беримир поспешил разъяснить нам ситуацию:

– Не беспокойтесь, именно на такие вот случаи предусмотрена система блокировки, которая не позволяет повернуть рычаг вообще, пока платформа находится в движении. Максимум, погнёшь рукоять или вовсе сломаешь её, но на ход работы это ни как не повлияет!

Мы, на пару с Миодрагом, взглянули на инженера местного разлива подозрительными взглядами.

– Я серьёзно, – под столь массивным напором он вернулся к своим обычным манерам. – Бесспорно, в этой системе есть свои недостатки, например, если ты случайно отправишь платформу в одну из сторон, то вернуть обратно сможешь лишь по завершении хода. Тупо время теряешь. Но чего-то путного в решении этой проблемы пока не придумали.

Мы решили поверить ему и демонстративно взошли на платформу. Беримир, покачивая головой и что-то бормоча под нос, последовал последним, после чего перевёл рычаг в исходное положение. Если у меня на это ушли все силы, то он в лёгкую сделал это одной рукой, вразвалочку.

Мде-е-е...

Как бы то ни было, мы начали постепенно подниматься вверх.

С каждым преодолённым метром взору стал открываться вид на далёкие луга, которые своими красками всё сильнее и сильнее разжигали пламя моего внутреннего противостояния. Всё ещё не знаю как воспринимать этот мир – как реальный или же как виртуальный.

Из размышлений меня вывел голос Беримира, сопровождаемый похлопыванием по плечу:

– Слушай, Норлан, извини нас за то, что мы, тогда, просто так на тебя взъелись.

– Нам стыдно за своё поведение, – присоединился Миодраг, – слишком легко впали в отчаяние и просто ждали своего конца.

– А ты вон какой оказался! – Беримир дружественно рассмеялся. – Искал выход до последнего! Даже когда мы попали в откровенно тупиковую ситуацию в сокровищнице!

Подобное, конечно же, приятно выслушивать, но всё же большинство моих решений, по факту, основывались на самой банальной удаче. Вот на полном серьёзе, как бы лимит чудес не исчерпать, ведь мои отношения с госпожой Фортуной довольно плохи, мы друг друга не понимаем, но сегодня она на редкость щедра... если временно забыть про её подлянку с откровенной задницей.

Когда-нибудь я её выпорю.

– Всё произошедшее не более чем везение, – отмахнулся я, – но всё же не забывайте, что далеко не все избранники одинаковы.

– Эх-х-х, – с тоской выдохнул Миодраг, – да понимаем мы это, просто адекватных среди вас не так уж и много. Большинство воспринимает наш мир как какую-то игру, а к нам относятся как к предметам интерьера.

– В особенности забавляют угрозы обращения к администраторам, – дополнил Беримир, – которые должны нас “пофиксить”, если мы вдруг начинаем действовать как-то вразрез с их ожиданиями...

Они оба пожали плечами в искреннем недоумении, и Беримир добавил:

– Если честно, наши администраторы были несколько в растерянности от таких заявлений.

Действительно, что ещё остаётся думать об избранниках, если большинство именно так себя и ведёт. Далеко за примерами ходить не требуется – подобное сплошь и рядом творится в нашем мире, когда иностранец начинает нести в чужой храм свой устав. Это непроизвольно вызывает неприязнь не столько к конкретному человеку, сколько к его собратьям в целом, которые в ответ начинают испытывать неприязнь к местным. В конечном итоге наблюдается эффект «снежного кома», который способен перейти в откровенное побоище.

Так каков же этот мир на самом деле?

Бесспорно, этот мир косит под реальный и тут есть факт реальной смерти как минимум для текущей ипостаси, но всё же игровую сторону вопроса не отменить – она есть как данность, и у многих сформировался защитный психологических барьер на этой почве. Даже у меня, всегда мечтавшего очутиться в параллельной вселенной по подобию мира «меча и магии» и любящего жанр ЛитРПГ, от чего увлёкся играми в жанре фентези, в частности VRMMO. А стоило попасть сюда, в Хайгард, и услышать о том, что это реальность – продолжаю сопротивляться и не принимать его таковым. Воспринимаю всё окружающее лишь как тестирование технологии нового поколения с парадоксально продвинутым ИИ... но, не могу заставить себя относиться к местным как к типичным NPC из прежнего Виртхейма.