Путь Благости
Шрифт:
– Давным-давно. Когда земли Белого Волка страдали от войны между Светом и Тьмой. Тоже шли такие разборки. Свет выжимал из земель своего отца все ресурсы, что те могли дать. Людей, кристаллы, магию и даже природу, что не справлялась с пожарами и скверной, отравляющей все вокруг. Нужно было что-то делать. Принимать решения, искать выходы из сложной ситуации. Но Свет искал виноватых. Искал тех, кто, как он считал, делает его слабым. Обвинял своих подчиненных во лжи и трусости. А тем временем разрушение земель Белого Волка продолжались. Лишь его мать, жена погибшего Белого Волка, предложила поставить барьер, что остановит войну и защитит земли ее возлюбленного супруга.
Она не требовала ни ресурсов, ни людей. Только возможность поставить этот барьер, защитить землю и дать людям передышку. Но Свет не хотел слушать мать. Вся его жизнь была посвящена борьбе с Тьмой! Ему хотелось сражаться. Воевать. Он хотел победить.
На наше счастье и счастье предков были те, кто услышал слова госпожи Алирант. Именно они поддержали её. Собрали свое небольшое войско и вышли на берег моря, чтобы дать свой последний бой Тьме и воронятам, что собирались помешать возлюбленной Белого Волка выставить барьер. Они сражались отчаянно. Даже получив смертельные ранения, не отступали и не прятались.
А морские воды тем временем наполнялись силой и магией Алирантов. В тот момент госпожа отдала не только свои силы для это великой магии, но и свою жизнь и душу. Тьма, в это время смертельно раненая так же одним из Алирантов, скончалась. Свет осознал, что за гонкой к победе упустил самое важное, что было в его жизни – искреннее любящее сердце. И навсегда запомнил тех, кто отдал свои жизни на защиту матери, назвав их святыми мучениками. Так как они приняли жестокую смерть благодаря его сомнениям.
– Зачем ты это рассказал? – Король не был дураком, мог сопоставить поведение Света и свое. Но признавать свои ошибки пока не хотел.
– Барьер скоро падет. Вороны обрушат на нас свою силу.
– Этого можно избежать, - заметил отец, продолжая поглаживать свой кристалл.
– Как? – Королева шагнула ближе, заглядывая в глаза отца, и тот растерянно попятился, избегая ее прямого взгляда. Отступив ко мне, словно ища у меня защиты или поддержки, он тихо сказал:
– Моя дочь. Литэя. Она последняя сильная кровь Алирантов. Она может восстановить барьер, а если он падет, то сможет заново его создать.
Белый Волк
Трещина в барьере росла. Она уже поднималась над горизонтом, и её свет напоминал застывший рассвет. Или закат. Все будет зависеть от той, кто решит восстанавливать его или разрушить. Литэя всматривалась в горизонт и, следуя за мной, осторожно спускалась к кромке воды. Десять лет назад она пришла в свой истинный дом, влила новые силы в род и попросила помочь с тем, о чем я давно мечтал. Снять проклятье.
Отметив тогда желание девушки умереть ради своего сына, я подумал, что сама судьба создала ее для этой цели. Но прошло время, Литэя многому научилась, и сейчас я не был столь уверен в правильности своих действий и намерений. Мне стоило отговорить ее, сказать, что это невозможно. Но Благой говорил: не стоит жалеть о прошлом. Стоит с надеждой смотреть в будущее и не повторять прошлых ошибок.
Но что решит выбрать Литэя, я не знал. И к чему приведет ее выбор, не догадывался. Времени у меня не осталось. Сейчас я мог только рассказать главе рода о выборе, что она должна сделать. Ответственность за принятое решение она полностью возьмет на себя. Тело, подаренное мне моим божеством, уничтожила Тьма. И хотя сердце Алирантам удалось сохранить, но и его существование было не бесконечным.
Мне хотелось жить, но единственным способом для этого была встреча с достойным наследником. К сожалению, Ариан не оправдал моих надежд, а ждать, когда он осознает свои ошибки и изменится, не было времени. Здесь и сейчас ветер перемен закручивал смерч изменений, которые еще долго будут тревожить сердца людей. И роду Алирантов придется столкнуться с их последствиями без моей помощи и поддержки.
– Я не понимаю, — Литэя растерянно оглядывала пустой берег.
– Здесь всё началось. Здесь всё продолжится, – заметил я, рассеивая обувь и ступая в теплые воды. – Моя возлюбленная супруга именно здесь создала Благой барьер. Он был её разработкой, её неистовым желанием сберечь земли, которые я так любил. За это она отдала свою жизнь и душу. Но Барьер вышел с изъяном. Ветер Перемен непредсказуем. Когда поднимался барьер, Ланто Алирант нанес Тьме смертельный удар, и та, используя всю свою силу, послала проклятье на ваш род. Но ей этого было мало. Проклятье коснулось всех старших и сильных родов, что проживали на моих землях. Остатки сил дочери Алого Ворона вплелись в барьер. И пока он стоит, проклятье будет творить свое дело и разрушать ваши жизни.
– Получается, чтобы снять проклятье, мне надо разрушить барьер?
– Да.
– Это меня убьёт?
– Нет. Тебя убьёт его восстановление. С той стороны барьера ожидает флот Воронят. Когда барьер падет, снимется проклятье, и армия Тьмы рванет на наши земли. Если ты не восстановишь барьер, этот мир падет за считанные годы. Если восстановишь, будет тяжело, но у людей будет надежда уничтожить всё зло, что проникнет сюда.
– А если не разрушать барьер. Он восстановится?
– Сам нет. С твоей помощью – Да. Но это не отберет у тебя жизнь и душу. Вот только…
– Что?
– Барьер в любом случае повредили. Он как монолит заклинания с тенью, заключённой между рун. Сейчас тень, оставленная Тьмой, разрушает его. Восстановить барьер ты сможешь, но за это время тень уже наберет силы и будет помогать воронятам проходить барьер, а в скором времени найдет и возможность разрушить его изнутри.
– Получается, если я разрушу и восстановлю барьер сейчас, то сниму проклятье, но будет большое сражение, и его последствия мы сможем устранить полностью, хоть и тяжело. А если восстановлю, то не сниму проклятье, но ослаблю барьер и обеспечу детей Ворона лазейками на наши земли, что в результате приведет к прорыву барьера и большому сражению, последствия которого неизвестны.
– Именно.
– И сколько у меня есть времени подумать?
– Пара часов, не больше.
– Почему?
– Чем дольше мы бездействуем, тем больше разрушается барьер и тем сложней его будет восстановить. Если ты выберешь этот вариант.
– Поняла, но время на размышления мне все же требуется.
Глава 16
Сэдрик Мирославский
Проклятье нашего рода заключалось в рождении единственного наследника. Поздний ребенок всегда был долгожданным и потому осмысленным событием. Родители успевали все продумать и подготовиться к рождению. Где малышу появиться на свет, какая няня и кормилица будут с ним рядом, какие учителя начнут с ним заниматься, а какие продолжат. Куда он пойдет учиться дальше и какой титул примет. Вроде все складывалось хорошо. Но страх лишиться продолжения рода омрачал эту радость и заставлял внимательней присматриваться к окружению наследника.
Об этой слабости нашего рода знали единицы и хранили тайну, как и мы тайны других. Отец с первого дня рождения окружил меня любовью и заботой, тем более моя матушка скоропостижно скончалась. Все говорили о тяжёлых родах, но события, последовавшие за королевским переворотом, заставили усомниться в этих словах.
Никогда в жизни я не сомневался в любви отца. Он был для меня примером силы и доблести. Дар целительства, доставшийся мне по наследству, подтверждал мою принадлежность великому роду Мирославов. Ровно до тех пор, пока на горизонте не замаячила Литэя Де Вайлет. Именно эту девушку отец посулил мне в невесты. На тот момент я был искренне влюблен в Милу, и новость о свадьбе с Литэей было для меня ударом под дых. Но мог ли я в то время ослушаться отца?