Чтение онлайн

– Я бы хотела стать частью тебя. Так странно. Быть просто рядом мне мало, я до дрожи хочу быть в самом тебе. Сложно обьяснить, – улыбнувшись, промурлыкала она.

Он чувствовал тоже самое. Словам здесь было не место, она и так слышала его мысли. Значит она с самого начала читала их и всё знала. Он невольно покраснел. Никогда не умел справляться с краской, заливавшей лицо.

Она уже спит, её грудь вздымается в такт дыханию. «Как же она прекрасна!». Он отдаст за неё жизнь, если потребуется. Больше никогда её глаза не заблестят от слёз, он этого не допустит, ведь она так сильно нужна ему. Он ждал целую вечность, знал что встретит её когда придёт время, и оно пришло. Если бы кто-то сказал ему год назад, что он влюбится с первого взгляда, он рассмеялся бы этому человеку прямо в лицо.

Сон тревожил его в который раз, долго он падал в бездну, отчаянно хватаясь за воздух, проскальзывающий сквозь пальцы. Жуткое существо снова и снова являлось ему. Подкрадывалось всё ближе, и почти дотянулось до него длинными бледными пальцами. Голос грохотал повсюду, куда бы он ни направился. Он улавливал некоторые отрывки предложений, но, даже не имея целостности, знал, что оно зовёт его обратно в лес. Он отчаянно кричал во сне от ужаса, охватывающего разум, и Мила трясла его за плечи.

– Это сон дорогой! Всего лишь сон! – Её лицо озарилось светом свечи, тревожное и такое красивое.

Конечно же она беспокоится, ведь он кричит во сне почти каждую ночь, и она знает, что ему снится, чувствует, осязает его страхи. Эта связь между ними была больше любви, соединяла их на внутреннем уровне. Прошло полгода с того самого первого дня, как они стали жить вместе, решив, что не могут друг без друга даже дышать. С каждым днём их связь становилась всё крепче. Они чувствовали настроение друг друга, понимали без слов, видели одни и те же сны. Для него это казалось более чем странным, он совсем не представлял как это обьяснить себе самому, да и давно перестал пытаться сделать это. «Какой смысл искать ответы? Важна только она. Это всё, что имеет значение». Ему было наплевать на то, что она читала его мысли, ведь эта женщина любит его всей душой, и он это ценит. В целом, не считая жутких снов, всё было замечательно. Казах поселился с Марго, пацан живёт с ними, и они стали походить на образцовую семью. Он был рад за своих друзей всем сердцем. В новом мире найти своё счастье, обрести семью, дорогого стоило. Жильцы селения приняли их окончательно, считали своими. Даже Фил, переживающий потерю дочери, немного преобразился и стал дружелюбнее. Да и девушки наконец-то перестали донимать его. Мила так их запугала, что они предпочитали держать дистанцию.

Они сидели за ужином в избушке, желая остаться наедине. Он в который раз начал неприятную ей тему.

– Ты думала, что делать дальше?

– Не начинай родной, – глубоко вздохнула она.

– Мы не можем сидеть здесь вечно, нужно найти более комфортное место, и, возможно, мои сны прекратятся вдали отсюда.

– Мы не можем знать этого наверняка! – Раздраженно ответила она, заготовленной заранее фразой. Она поступала так всегда при обсуждении этой темы.

– Слушай, я понимаю здесь семья, друзья, и мы всегда сможем вернуться, если захотим. Дай нам шанс Мила. Тут я схожу с ума. Каждую ночь я вижу их, слышу их зов. Ты обещала подумать, и я не давил, но прошло довольно много времени, и я хочу знать, что ты решила. – Выглядел он как-то обречённо, ожидая вновь услышать отрицательный ответ.

– Ты думаешь об этом так часто, что я научилась блокировать свои способности. – Устало улыбнулась она.

– Знаешь, я бы хотел читать твои мысли, это многое упростило бы в жизни.

Она встала из-за стола, подошла к нему, села на колени, обвила его шею руками, и поцеловала.

– Это да?

– Да родной, давай попробуем.

Она согласилась уйти ради него, покинуть дом и семью, такое решение много значило, и он бескрайне был благодарен ей за это. Осталось разработать план похода, чем он и планировал заняться как можно скорее. Мысль о том, что кошмары прекратятся, как только они покинут селение, придавала ему сил, которые уже давно были на исходе. Утром, позавтракав, он направился к Казаху и рассказал ему об их решении уйти. Тот расстроился и совсем не пытался скрыть этого, ведь Марго не согласится покидать селение, она же учитель. Да и пацан здесь прижился. В конце концов, понимая, что не сможет отговорить друга, он пожал ему руку и крепко обнял, похлопывая по спине огромной лапой. С пацаном он прощаться не стал, долгие проводы – лишние слёзы, да и привязался к нему больше, чем рассчитывал. Мила пошла в это время сообщать об их путешествии маме и Филу. К закату вещи и еда были собраны и уложены. На ужин они решили пойти к костру. Последнюю перед походом трапезу им хотелось разделить с друзьями. Весело общаясь за столом и переглядываясь друг с другом, они ощущали беспричинную тревогу. Он списал это чувство на страх неизвестности, ожидающей их в пути, и отгородился от него, предпочитая настоящие эмоции мнимым. В какой-то момент посреди веселья и шума голосов, раздался крик боли из темноты. Мужчины поспешили туда, но в этом не было необходимости, их силуэты появились в бликах света от пляшущего огня. Высокие, жилистые, красноглазые, с острыми зубами, больше походившими на волчьи. Они стояли неподвижно, разглядывая людей, поворачивая из стороны в сторону хищные лица. «Около дюжины, и окружают, нужно бежать!». Один из них грациозно по-кошачьи изогнул спину и резким рывком оторвался от земли. Жилистое тело взлетело вверх легко и непринуждённо, и, преодолев несколько метров, приземлилось на ноги, взрыхлив почву. Оно оказалось вплотную к молодой девушке, которая побелела от страха и выглядела так, будто забыла родной язык, а затем и вовсе потеряла сознание. Из центра процессии вышел тот, что являлся ему во сне. Да это был определенно он, Швед так часто видел его, что запомнил малейшие черты и повадки. Ростом он был меньше остальных, телосложением плотнее, если сравнивать с другими дохляками. Красные глаза сверкнули, обвели глазами собравшихся, застывших в ужасе, и наконец остановились на нём. В пространстве зазвучал тот же бархатный, грохочущий голос.

– Ты не оставляешь мне выбора. Ты не можешь уйти. И она тоже. Будет лучше для всех, если ребёнок родится здесь.

Он не сразу понял о чём идёт речь, озираясь по сторонам, искал глазами пути отхода, но существа взяли их в плотное кольцо. Мила, держа руки на уровне живота, прошептала что-то невнятное. Сердце стучало как молоток, ускоряясь. «Ребёнок. Она ждёт от меня ребёнка! Но когда? Как?». Мысли путались, собираясь в змеиный клубок. «У меня. Нет, у нас будет ребёнок! Это же здорово!». Он невольно улыбнулся при мысли об этом. «Хотя, если подумать, она говорила, что дети не выживают в новом мире. Что же я наделал! Я погубил её! И зачем этим тварям наш ребёнок?».

– Что если я не остановлюсь? – Теперь его глаза засверкали адским пламенем, он защитит свою семью любой ценой.

– Нам придётся принять меры. Многие из твоих друзей погибнут.

«Как эта тварь смеет угрожать мне? Это же просто животное, созданное радиацией!». «Макс ты же знаешь, что это не так», – зазвучал голос Милы у него в голове. «Как она это сделала? Научилась? Давно ли?».

Пора было действовать, живым он им не дастся. Направив мысли на то, что он готов подчиниться воле существ, прекрасно осознавая, что их возможно читают, он схватил кирпич и запустил тому, что стояло с краю прямо в лоб. Существо завизжало от боли, закрывая неестественно большими руками лицо. Он быстро схватил Милу за руку и рванулся в сторону болота, проскочив чрез образованную брешь в кольце врага. Оглядываясь на бегу, он видел как Казах бросается и прижимает одно к земле всем своим кабаньим весом. Существо истерично взвизгнуло, изворачиваясь и пытаясь скинуть его с себя. «Суматоха нам на руку, спасибо дружище». В его голове звучал голос главного: «Глупец! Пожалеешь! Остановись!». Он уже не был бархатным, теперь в нем преобладали рычащие нотки. «Бежать, спасать Милу, спасать ребёнка, найти укрытие», – стучало у него в голове.

Она остановилась как вкопанная, и он знал о чём она думает, для этого не нужно было уметь читать мысли. Он схватил её за руку и потянул сильнее, чем прежде. Он злился. «Как она может думать о других сейчас? Она должна думать только о ребёнке! Сдурела!». Она вновь выдернула руку, намного настойчивее.

– Как ты можешь бежать? Они все погибнут из-за нас! – Глаза блестели от слёз, даже в кромешной тьме это было заметно.

– Хочешь или нет я спасу тебя и ребёнка! Совсем спятила? Пойдёшь махать мечом? И что дальше, а? – Потеряв над собой контроль, он орал ей это в лицо, брызжа слюной.

Она заметно поникла. Он понял, что теперь она плачет, но сделал вид что не замечает этого. «Нет времени, твари могут идти по пятам». В голове вновь зазвучала песнь болот, маня в свои затянутые ряской глубины. Он стиснул зубы, сосредоточился и гнал русалок из своей головы. «Какого хрена только я могу слышать их? Это дико бесит!». Мила поняла что происходит, вышла вперёд, взяла его за руку, и повела так быстро, как только могла. Песня в голове нарастала, громкость стала предельной, из ушей у него пошла кровь. Внезапно песню прервал голос Милы, эхом отражавшийся где-то в глубине его сознания. Она применяла свой новый дар, поддерживала, успокаивала, перебивала русалок, не давала затянуть песнь вновь. Тощие когтистые руки стали хватать воздух по обеим сторонам тропинки, они перешли на крайние меры. Одна рука скользнула ему по ноге и рассекла штаны вместе с кожей, кровь хлынула из раны, и дальше он двигался прихрамывая и затягивая путь до конца болот. Некоторые из русалок вылезали по пояс и шипели, но ближе подплыть не решались, увидев в руке Милы сверкающий в ночи меч. Видимо расставаться с жизнью, рискуя схватить их, русалкам не хочется. Наконец они пересекли болото, голоса и шипение стихли. Он заметно выдохнул. Остановившись, Мила наложила повязку ему на ногу. Молчание затянулось, он должен был что-то сказать, но не мог выдавить из себя ни слова, так сильно происходящее ночи его потрясло и запутало.

– Я знаю, о чём ты думаешь Макс. Забыл? От меня нельзя скрыть абсолютно ничего. Хотя, я не смогла читать мысли русалок и тех существ, странно правда? – Её опечаленный голос был лишён красок.

– Наверное они устроены иначе вот и всё. – Он и сам поразился тому с какой лёгкостью говорил, потому как чувствовал себя совсем разбитым.

– Слушай, я знаю ты хочешь его, но мы не можем его оставить Макс. Я уже проходила через это, и дважды хоронить… – Фраза оборвалась, голос дрогнул, слёзы вновь покатились по её щекам, одна из слезинок прокатилась по шраму и скользнула под рубашку.

– Нет! – Закричал он так внезапно, что она дёрнулась от неожиданности – Слышишь, нет! Сейчас всё по другому! Слышала, что говорили те твари? Они хотели, чтобы ты рожала в селении, значит ребёнок выживет! Иначе зачем он им понадобился?

– Я об этом не подумала, – всхлипывала Мила.

Он обнял её крепко, крепко, зарылся лицом в волосы, и вдыхал её запах, который всегда его успокаивал. Затем он отстранился немного и погладил её плоский животик.

– Всё будет хорошо. Обещаю. Я люблю тебя милая. И тебя люблю мелкий, хоть ты наверное ещё и не слышишь меня. – Она улыбалась и светилась от счастья.