Путь дракона долог, а жизнь...
Шрифт:
— Ох! — воскликнула она — А как же туфли!
Лаура подошла к шкафу, открыла соседний отсек, и моему взору предстало несколько десятков пар обуви. Она придирчиво разглядывала каждый подходящий мне по цвету и по размеру туфели. Наконец, протянула аккуратные, на невысоком каблуке (за что я ей благодарна очень сильно) туфельки. Они были чёрные, тоже шёлковые, украшенные лиловыми стразами. На ноге они были идеальны.
— Теперь ты готова к балу — одобрительно кивнула Ла.
И мы вышли из комнаты.
Лаура привела меня в большую комнату, там стоял диван, рядом с ним столик, он был накрыт на трёх человек, несколько блюд. В центре стояла супница, потом три вида салатов и на отдельном блюде мясо, поджаренное на гриле. Есть мне хотелось очень сильно.
— Ты садись пока что на диван, и угощайся всем, что стоит на столе, а я пока приведу мальчиков — на это Ла удалилась, грациозно покачивалась из стороны в сторону, цокая об пол каблучками.
Я села за этот стол. Налила себе несколько половников супа, он был грибной и очень горячий. Пока суп остывал, я положила себе салат и мясо.
Еда была очень вкусная. Не успела я одна в тишине насладится обедом или ужином (время к сожалению узнать мне не удалось), как дверь распахнулась и в неё вошли Мали и Кай.
Я была удивлена их преображению. На Мали был одет синий костюм, с белой шёлковой рубашкой, а на Кае чёрные брюки и зелёная, атласная рубашка. Выглядели они просто как с картины.
— Мира, ну продемонстрируй же свой наряд — сказала мне Лаура.
Я неуверенно встала, аккуратно вышла из-за стола. В глазах Мали и Кая застыла непонятная эмоция.
— Это — Мали запнулся — просто шикарно, ты выглядишь великолепно! — его глаза отражали восторг.
— Спасибо, тебе тоже очень идёт этот костюм — вежливо ответила я комплиментом на комплимент.
Я посмотрела на Кая, его рубашка очень сильно оттеняла глаза, они были ещё ярче и цвет был тёмный, насыщенный, глубокий, изумрудный. Он слегка замялся.
— Правда, тебе очень идёт это платье! — смущённо сказал друид и потупил глаза в пол.
***
Бал проходи в шикарно зале, который весь отделан в сине-голубых тонах, много народу, все нарядные, дорого одетые, друг-другу кланяются, здороваются, в одном углу стояли дамы, они о чём-то болтали, хихикали и обмахивались веерами.
Наконец заиграла красивая мелодия, это был вальс, кавалеры начали пригашать дам, а те в первую очередь томно вздыхали, но приглашенья принимали.
Повсюду ходили официанты, разнося напитки и закуски. Я стояла в углу и наблюдала за красивыми парами, которые танцевали так, как будто пола для них не существует.
Мне тоже хотелось танцевать, но пригласить кого-то я стеснялась. Мали и Кай стояли не далеко, о чём-то разговаривали. Вдруг к ним подошла миловидная блондинка в розовом платье. Они о чём-то поговорили и та увлекла Мали за собой на центр комнаты, к вальсирующим парам. Что-то начало подъедать меня внутри, зависть, ревность или что-то другое.
Мне стало немного обидно, я вспомнила, как в деревне на празднике звала его, а он отказался, а тут с первой встречной и согласился.
Я решила подойти к Каю и пригласить его.
— Кай, пошли танцевать?
— Хорошо, пошли. — он согласился сразу, чего я никак не ожидала от него.
В танце он двигался маленько неуклюже, но потом стал лучше, зато Мали танцевал так, словно он перышко, легко, грациозно. Я старалась не смотреть в их сторону. Но иногда в пол оборота видела, как блондинка смотрит на него с улыбкой, он ей что-то шепчет, и они вместе хихикают.
Наконец вальс закончился, и мы решили отдохнуть. Раскрасневшаяся от танца я подошла к официанту. На его подносе стояло несколько разных бокалов, фужеров и рюмок. Я выбрала бокал, в котором плавало несколько кубиков льда, а внутри него клубника, жидкость была розового цвета.
Я отхлебнула, напиток был очень холодным, но вкусным.
Потом ко мне подошёл Кай и сказал:
— Ты знаешь, что у недалеко есть сад — он указал на большую дверь всю в чёрно-золотых узорах — там очень красиво, пошли?
И он галантно протянул мне руку, я приняла его приглашение и мы пошли.
Сад был просто огромным, с фонтаном, статуями и даже птицами. Тут я вспомнила сразу про Пикси. Последний раз я его видела на верху, а потом не помню. Мне стало жаль его.
Кай шёл рядом, и смотрел на меня, всё то время пока я прибывала в своих раздумьях.
— О чём задумалась? — спросил он мен — Не ужели, из-за того, что Мали пригласила на танец та блондинка?
— Что? — возмутилась я — Вовсе нет. Мне вообще всё равно. Просто я думала о Пикси, как он там без нас.
Кай хмыкнул.
— Не переживай, всё с ни будет хорошо — пытался ободрить меня.
Мы шли по каменной, узкой дорожке. Перед нами был фонтан, окружённый статуями рысей.
Я аккуратно провела по холодному мрамору, обходя его вокруг.
Но дойдя половину круга, увидела пару, они сидели на лавочки. Девушка была на коленях у парня, и они целовались, заметив нас, девушка отстранилась, вскрикнула и побежала в сторону выхода. В ней я узнала ту блондинку, а тем молодым человеком был Мали.
На моём лице по-видимому читалось возмущение, он тут же вскочил, подошёл ко нам и сказал:
— Умеете вы всё портить! — гневно и зло бросил Мали мне эту фазу.
И ушёл. Даже не посмотрев в мою сторону. Я стояла, не зная что и сказать. Мне было как-то не по себе.
— Я не понимаю — прошептала я и села на край фонтана.
— Что ты не понимаешь? — спросил меня Кай.
— Почему он ко мне так относится? — комок к горлу подкатывал — Ведь был он не такой?
Кай встал напротив меня. Взял моё лицо в руки, и заставил посмотреть себе в глаза.
— Я бы с радостью объяснил, но не могу.
Я вздохнула. Он аккуратно снял меня с края фонтана, поставил перед собой, а потом притянул к себе. Я то же к нему прижалась, слёзы хотели потечь от обиды, но там за дверью раздался шум, крик.
Мы с Каем побежали туда. Юбки были длинные, я в них путалась. Он держал меня за руку и не давал упасть. Как только выбежали за дверь, я увидела непонятных тварей, все в металлической броне, а вокруг всё в огне.
Я опять оказалась в детстве, пожар, а рядом Кай. Он заслоняет меня собой и мы бежим к выходу. Вдруг перед нами возникает страшное существо на половину волка, а на вторую птица. Он бросается на нас, я закрываю глаза от страха, думая вот и конец.