Путь двенадцати
Шрифт:
Как только я закончил читать, свет снова погас. Ольга испуганно вскрикнула. Я попытался отъехать на кресле назад, одновременно с этим брезгливо швырнув книгу. Раздался грохот. Затем дали свет. Я огляделся. Ольга вцепилась в спинку кресла, слегка приоткрыв рот. Я умудрился отъехать в кресле почти на метр. А вот Петр Александрович остался на прежнем месте и отстраненно смотрел мимо нас. Я несколько раз моргнул и стал искать книгу. Она аккуратно лежала на столе – ровно посередине.
************
Мой день не задался с самого начала. Возможно, это такое стечение обстоятельств или же судьба в очередной раз решила, что спокойной жизни студентки пора окончиться. Во всяком случае, назвать мое утро удачным или добрым язык не поворачивался.
Мои злоключения начались с того, что на телефоне непонятно как сбилось время, причем ровно на один час назад. В результате, вместо того, чтобы встать на полчаса раньше, я встала на полчаса позже. И на первую пару физкультуры пришлось спешить, хотя еще вчера в планы входило сделать утром аккуратный маникюр. А теперь все на бегу, ну что за невезение! Смотрю на ногти, и плакать хочется, выглядят, как будто я их обгрызла!
Затем пришлось вернуться в комнату за моими конспектами – вспомнила только на первом этаже, что сегодня, кроме физкультуры, есть и другие занятия. В результате в спортзал пришла за минуту до начала и переодевалась в панике. Опоздать на физкультуру – значит подписать себе смертный приговор в виде суровых пяти километров бега. К этим порядкам нас приучили сразу. Физрук Анна Владимировна была старой женщиной советской закалки, гонявшей всех и за все. Увидит курение – пять километров, услышит ругательства – пять километров. Наказывать она любила, даже специальную тетрадку завела для «виновных». Куда, кстати сказать, меня уже два раза записывали. Мы все просто волком выли, но на пары приходили вовремя, никогда не прогуливали и вели себя словно на приеме у президента. Расслабиться с Анной Владимировной оказалось невозможным никому.
Вообще, роль студентки давалась мне с огромным трудом. Последние два месяца жизни – это череда бед, переживаний и постоянного стресса.
При поступлении перепутали оценки, из-за этого пришлось долго обивать порог ректора института. Однако сдаваться я не собиралась! Институт для меня был лучиком надежды на новую жизнь. Я решила, что хватит быть невзрачной пустышкой. И справедливость восторжествовала, правда, цена вопроса – это трата огромного количества времени, нервов и слез. Последнего больше всего – впрочем, мне не привыкать.
В нашей группе я из кожи вон лезла, чтобы завоевать свое место. С первого дня – ярая активистка, отличница в учебе, во всем первая. Меня даже старостой группы назначили. Жаль, настоящих подруг это не прибавило. Даже плакать приходится лишь по ночам и в компании любимого плюшевого зайца – подарка папы на мое пятилетие.
Всю жизнь я прожила с родителями в маленькой деревне. А теперь оказалась в большом городе, опьяненная свободой! В первые дни радость вызывала даже маленькая комнатка в общежитии. Правда, и там я оказалась одна, никого не подселили. Девчонки из моей группы предпочитали съемные квартиры. Я снова выделялась, а так хотелось быть, как они. Однако даже сходить со всеми в кино мне не по карману. Деньгами родители особо помочь не могли, а крутиться самой, чтобы себя обеспечить, я еще не научилась. Поэтому в последние несколько дней все мои помыслы только о поиске подработки. Мама всегда говорила, что только в работе человек может найти свое счастье.
Сколько себя помню, самое сложное – это принять какое-либо решение. И даже сейчас, находясь в поисках, меня буквально разрывают сомнения. Одна знакомая предлагала идти официанткой, мол, выгляжу я неплохо, всегда буду с чаевыми. Что-то в ее словах есть. Из зеркала на меня действительно смотрит вполне симпатичная девушка: худенькая и довольно высокая – метр семьдесят пять. Хотя лет до пятнадцати меня и ростом обделили, и фигура была совсем не женственной. Однако гормоны своё дело сделали, и сейчас выгляжу вполне ничего. А главное мое достоинство – глаза! На свету они ярко-голубые, а в темноте – холодного серого цвета. Они отлично сочетаются с длинными русыми волосами. Нанести легкие румяна, подвести губы нежно-розовым цветом – и «красотка» может выйти в свет. И именно это меня и смущало. Вдруг кто-нибудь начнёт приставать, а я этого не терплю. Да и пары придется пропускать, а еще я сама могу так накосячить…
В раздумьях о себе я слушала Анну Владимировну. Она как раз зачитывала список тех, кто провинился за неделю. Я нервно кусала ненакрашенные губы, молясь, чтобы Оксаны Молотовой не было в этом списке. Слава Богу, успела хоть волосы собрать в хвостик. Один раз мне за это уже прилетело.
В этот день нас ждал небольшой сюрприз. Мало того, что занимались вместе с мальчишками, так еще и присоединили небольшую группу девушек с пятого курса.
– Так! Первый и пятый курс в шеренгу становись! – распорядилась Анна Владимировна. – Сегодня будем заниматься с баскетбольными и волейбольными мячами. Пятый курс выбирает, что больше нравится. Первый курс после разминки берет баскетбольные мячи. Вторая половина поля – для парней. А пока – налево! Шагом марш!
И мы отправились в зал, приступая к разминке…
Все шло своим чередом. Мы побегали, попрыгали, сделали растяжку. Наступила очередь делиться на команды. Шестеро пятикурсниц выбрали волейбол. Остальные предпочли баскетбол. В моей команде была только одна пятикурсница – высокая спортивная брюнетка со стрижкой под каре. Ее волосы прикольно двигались, когда она прыгала. Но внешность не единственное, за что можно отметить. В баскетбол она играла просто здорово! Из меня же баскетболист средненький. Мяч до моих рук доходил редко, поэтому мне оставалось только вяло передвигаться по площадке. Я как раз отдала точный пас пятикурснице, которая в прыжке положила мяч в корзину сверху. Я молодец! Но в этот момент случилось такое, от чего моя радость сменилась полным ступором, а спине стало холодно. Я встретилась глазами с тем, кого совершенно не ожидала увидеть.
Он стоял в метре от меня, и единственное, что нас разделяло – это волейбольная сетка. С его перекошенного от бешенства лица еще не до конца сошли следы сильных побоев. Он молчал, но мне и без слов понятно: один шаг – и он будет рядом. Я физически ощущала его жажду мести, а он видел мою полную беспомощность. Воспоминания вырвались наружу, и я словно провалилась на два месяца назад, в первое сентября – день, когда все началось.
Торжественное собрание в институте, первая встреча группы, первые знакомства, первые лекции. Тогда каждый хотел показать себя с лучшей стороны, поэтому общительность и доброжелательность в группе зашкаливали. Мои одногруппники все были одеты так красиво, что я даже немного застеснялась в самом начале, но это чувство быстро прошло. По окончании обязательных мероприятий, группа решила отметить первый день в роли студентов. Сначала немного погуляли вдоль реки по набережной, а потом дружно сели в троллейбус и отправились в парк рядом с институтом. Ближе к вечеру, также единогласным решением захотели продолжения. Народ требовал «отметить», потанцевать и покричать в караоке. Один парень, Костя, предложил подходящее место. Находилось оно недалеко от института. И мы направились туда.
Поначалу все было весело. Я алкоголь не пила в принципе, но танцевать любила. В моей родной деревне дискотеки были просто отвратительными. Там обычно все начиналось с распития парнями самогонки, а на танцах все заканчивалось массовыми драками. Те, кто после драк могли стоять на ногах, распределяли между собой оставшихся девок и тащили их «на сеновал». А так как я не пью, то идти в такую компанию, где все оканчивается предсказуемо плохо, мне совсем не хотелось. Поэтому танцевала лишь в гостях у подруг или в школе, где мы находились под присмотром учителей. Я даже гулять почти ни с кем не ходила. Найти в моей деревне нормального парня – задача просто не выполнимая. Выбирать не из кого. Так что танцы для меня в школьной жизни практически отсутствовали.
А эта дискотека сулила много новых приятных эмоций и новых ощущений. Конечно, бюджет вносил свои ограничения, цены в кафе оказались просто бешеными, но настроение от этого не портилось. Народ гулял и веселился от всей души.
Время двигалось к одиннадцати вечера, основная масса группы уже натанцевалась, и люди разбились на маленькие компании.
За столиком, кроме меня, сидело еще три человека. Два одногруппника – Марина и Данил. А также еще один парень Руслан, друг Данилы, случайно оказавшийся в том же кафе.