Чтение онлайн

захватить Пенелопу в объятия. Ее дочь кладет голову на плечо матери и мягко выдыхает.

Я стою, не шевелясь, неуверенный, что делать дальше, пока Соня успокаивает своего

единственного ребенка, пробегая рукой вверх и вниз по всей длине ее пушистых волос.

Миссис Файнел поворачивает свое лицо в сторону несчастной и шепчет:

– Ты уверена, что хочешь пойти в школу сегодня?

Пен кивает.

Соня глубоко вздыхает и выпрямляется, отнимая дочь от груди. Они еще раз

обговаривают необходимость завтрака, и, кстати, что насчет обеда? Старшая из них

двоих, предлагает отвезти, но Пенелопа хочет пройтись.

Когда мы с Пен спешим к входной двери, она отказывается от растворимой овсянки и

мятого банана.

– Мам, я ничего не хочу. Я просто хочу пойти в школу, – настаивает она, закрывая за нами

дверь.

Тусклый свет за пределами дома не дает разглядеть состояние Пен. Она почти такая же

серая, как и плотные облака, парящие над вершинами деревьев, и сырой воздух слегка

завивает ее пушистые волосы.

Она тянется за роликовыми коньками, когда дождевая капля падает сверху прямо на мой

лоб; еще одна поменьше попадает мне на лицо.

– Вот черт, – начинает Пен. – Дождь начинается.

– Все в воде. Негде кататься все равно, – говорю я, вытирая дождевые капли с лица.

Она поднимает свои очки на голову и встречается со мной большими глазами, из которых

вот-вот польет целый водопад, по круче, чем дождь. С ладошкой на лбу, Пенелопа

смотрит в сторону дома и говорит:

– Я не очень настроена на поездку до школы на машине, Диллон. Может быть, мне и

правда лучше остаться дома.

– Жди здесь, – кричу я и вовсю мчусь через мокрый и скользкий газон, пробегаю мимо

мятно-зеленого Фольксвагена сестры, и вверх на крыльцо, где стоит мой велик, опершись

о перила.

Резиновые шины прыгают вниз и катятся по деревянным ступеням через лужи и мокрую

траву. Небольшие брызги превращаются в сильную морось в течение минуты, пока я везу

велик через двор к Пенелопе. Я обязан увезти девочку отсюда, пока Соня не поймет, что

небо готово разверзнуться с новой силой.

Мне тоже не особо хочется ехать на машине.

– Запрыгивай, – говорю я, стоя с велосипедом между ног. Мой рюкзак висит высоко на

плечах.

Пенелопа опускает свои очки с красной оправой обратно на глаза, и улыбается.

– Где мне сесть?

– Прям вот сюда, – я хлопаю по рулю.

– Ты уверен? – спрашивает она. Пен перевешивает свою школьную сумку на плечо и

подходит к рулю.

Я крепко держу велосипед, пока моя соседка встает на переднюю шину и усаживается на

хромированный руль. Ее сумка лупит меня по лицу, и внезапное изменение веса

заставляет нас пошатнуться. Мой пассажир вскрикивает и наклоняется слишком сильно

вправо, а затем чересчур сильно влево.

– Держись прямее, – смеюсь я и приподнимаюсь, чтобы дать стартовый толчок.

По сравнению с моими, костяшки ее пальцев белеют от чересчур сильной хватки за руль.

Пока мы набираем скорость, волосы Пенелопы щекочут мне лицо и обычный дождь уже

превратился в душ, который намочил одежду и льет в глаза.

Она громко смеется и мило улыбается.

– Давай быстрее, Диллон. Быстрее! – кричит она, пока мы летим вниз по улице.

Мы мчимся через лужи, словно большие озера, промокшие насквозь ветки и листья, а

задняя шина подбрасывает жидкую грязь и небольшие камешки. Подошвы моих ботинок с

силой упираются в педали, а икроножные мышцы горят.

Я дышу через ее смех и дождевую воду.

Пенелопа поднимает свою голову к небу и убирает руки от руля.

Виляя велосипедом в разные стороны, страдание превратилось в непринужденный полет,

словно птица.

Глава 7

Диллон

Миссис Алабастер никак не может от нас избавиться.

В самый последний день в школе, она выгоняет нас с Пенелопой из класса, кидая нам

вслед аттестаты. Мы вовсю мчимся вниз по коридору, последний раз в этом учебном году.

Спеша к двойным дверям мы наперегонки бежим к парковке, где стоит мой велосипед.

Мы ловим ртом летний воздух и уезжаем вместе, перелетая через лежачих полицейских на

стоянке. Теперь, мы официально ученики высшей школы. После того, как Пен навсегда

оставила свои ролики, она летает на моем руле каждый день и уж точно в состоянии

подняться с постели утром.

Полностью доверяя моему вождению, она раскидывает свои руки в сторону, словно птица

и разворачивает свое лицо к солнцу. Та девочка, которая держит меня у окна каждую

ночь, кричит одни и те же слова каждый раз, когда мы едем.

– Быстрее, Диллон. Крути быстрее!

Воздух, наполненный запахом пыльцы, струится сквозь ее длинные и волнистые волосы.

Яркое солнце превращает каждый ее волос цвета каштана почти в красный. Смех

Пенелопы – это та мелодия, которая звучит в моей голове вот уже несколько месяцев. И я

рад давиться пропитанными запахом пыльцы, почти рыжими, волосами, чтобы услышать

его.

Сви-сви-свиииист резиновых шин, летящих по мостовой, становится все громче – нас

догоняют Герберт и Матильда. Пенелопа смотрит через плечо, и я поднимаю глаза, чтобы

увидеть солнечный блеск через желтые стекла ее солнцезащитных очков в форме желтых

звезд. Губы персикового цвета улыбаются, когда наши конкуренты равняются с нами. Пен

и Рыжеволосая, тянутся друг к другу, дотрагиваясь кончиками пальцев – Братство руля.

Паря на своем скейтборде, Кайл крепко держится за портфель Герба и катятся вместе.