Чтение онлайн

– А как вы это сделаете?
– задал вопрос Сергей.

– Ты поедешь к нему и назначишь ему встречу в моём ресторане, - ответил Клемин.

– А вы ему скажете, что знаете про него и Лику?
– спросил Сергей.

– Пока нет, хочу посмотреть, что будет дальше. Но знай, об этом никто не должен знать, - сказал Клемиин.

– Всё понял, шеф. Я пошёл выполнять ваше задание, - сказал Сергей и удалился из кабинета.

Во дворе особняка он встретился с Ликой. У неё было хорошее настроение, она вся сияла. Они поздоровались.

– Здравствуйте, Сергей Владимирович, - сказала, улыбаясь Лика.

– Здравствуй, здравствуй, Лика. Ты сегодня просто супер, вся сияешь, - ответил ей Сергей.

– Стараюсь, Сергей Владимирович, на работу, как на праздник!
– отпарировала ему Лика и пошла в дом.

Сергей, посмотрел ей вслед, и пошёл к своей машине, стоящей во дворе особняка. Он подошёл к машине, сел в неё и подъехал к воротам. Охранник открыл ворота, и Сергей поехал по заданию шефа.

* * *

Наташа шла по городу голодная и продрогшая до костей. Она ни ела уже третьи сутки. Такие же, как и она, бездомные, дали ей кое-какую обувь и кофточку. Она не думала, что БОМЖи такие добрые и сплочённые люди. Как только она появилась в городе, в водолазке с длинным рукавом и в носках, не считая брюк. Её сразу увидели два БОМЖа, Толик и Люся. Они - то Наташу и снабдили одеждой, хоть и не по сезону. Дали ей кофточку тёплую и шлёпки простенькие. А на дворе была уже настоящая осень, холодная и зябкая. Без курток уже никто не ходил, было очень холодно.

– Ну, девонька одёжку и обувку мы тебе справили, а с едой не обессудь. Каждый себе находит и достаёт, что может, - говорила Наташе Люська с растрёпанными волосами.

Она сказала Наташе, что ходила к одному очень уважаемому БОМЖу и он сделал ей стрижку. Но её волосы, почему то всё время торчали.

– Или можешь, как я, сойтись с каким-нибудь БОМЖом. Как я с Толиком. Так тебе будет легче прожить. Ну, а пока сама. На первое время можешь приходить в подвал, ночевать, но мы здесь недолго бываем. Только устроимся, а тут шмон менты устраивают. Если не успеешь смыться, заберут в милицию, а то и побьют. Но там, таких как мы, долго не держат, вывозят за город. А там, куда глаза глядят, так что, если только рядом мента хоть одного увидишь, убегай куда-нибудь, - тараторила Люська.

Наташа сидела в углу какой-то комнатки в подвале и ела кусок хлеба, который ей дала Люська. Она видно сегодня была добрая, потому что ей было с кем поговорить. Толик был неразговорчив, всё больше молчал. А когда ему надоедала Люська, уходил из подвала.

– Пошёл на промысел, - с гордостью говорила она.

Наташа согрелась, и, наевшись, сидела, покашливала.

– Что же ты голая совсем по улицам ходила, что ли одеть, нечего было?
– спросила Люська.
– Вот теперь заболеть тебе ещё осталось, - сказала она, накрывая Наташу каким-то рваным одеялом.

– Муж в чём была, из дома выгнал, - сказала Наташа, откашливаясь.

– Что пила что ли? По тебе не скажешь.

– Нет, он пил, а я его кормила, поила, обхаживала, и выгнал, - с какой-то отрешённостью сказала Наташа.

– Ой, скотина! Ну, ладно жива и хорошо. Наверное, и бил?
– спросила Люся.

– И бил!
– уже с ненавистью сказала Наташа.

– Ну, ничего, главное жива, а там всё будет хорошо. У нас здесь люди хорошие, никто пальцем не тронет. Потому что у всех оно было, ну как его, несчастье. А теперь живём, даже дружим. Иногда, если повезёт за день, в гости друг к другу ходим. И ты привыкнешь, как и мы. Ведь мы все здесь не рождённые БОМЖами, а как говорится деланные. Ну, ложись, поспи, а то глаза у тебя уже слипаются. Я тебя совсем заговорила. А завтра на первый промысел сходишь, с другими познакомишься, - Люська всё тараторила, тараторила и под её спокойный голос у Наташи закрывались и закрывались глаза.

Сквозь полузакрытые веки Наташа видела, как Толик встал со своей лежанки и куда-то ушёл, не выдержав Люськиных разговоров.

Уже прошла неделя как Наташа прожила в подвале с Люськой и Толиком. Ходила на промысел, как здесь говорили, но у неё ничего не получалось. Познакомилась с остальными БОМЖами. Была среди них старая бабушка, которая напоминала Наташе её умершую два года назад бабушку. Она так же, как и её бабушка переживала за неё и всегда что-нибудь да сунет Наташе к концу промыслового дня из еды.

Вот и в этот раз бабуля ей сунула пол пирожного и кусок хлеба. Уж как она это раздобыла, Наташа не могла себе и представить.

– Девочка, с такой гордостью, как у тебя и помереть можно, - проговорила бабушка.
– Ходишь, слоняешься, да и всё. Надо уметь просить и над душой постоять немного, учись. Жить как-то надо, - сказала Наташе бабушка.

Наташа пришла в подвал, было уже поздно. Толик с Люськой спали. Кашель душил Наташу с каждым днём всё сильней и сильней. Она села на свою лежанку отделённую ей Толиком и Люськой. И стала, есть, то, что сунула ей бабушка. Она ела и всё время кашляла. Ела неохотно, потому что от болезни совсем не было аппетита и не чувствовала вкуса пищи.

– Менты, убирайтесь отсюда!
– крича, вбежал БОМЖ из соседнего подвала.

Наташа вскочила с лежанки, стала собирать шмотьё.

– Да брось ты это, бежим!
– крикнула ей Люська, схватив за руку и потянув за собой.

Они выбежали на улицу из подвала. Было темно, хоть глаз выколи. А туда дальше к другим домам было видно на свету, как бегали какие-то люди и кричали.

– Хорошо, что перед нашим домом сегодня свет не зажгли, уходить будет легче, - сказал запыхавшийся Толик.

– Наташенька, мы побежим в эту сторону, а ты в ту. Ничего не бойся, уходи туда, где света меньше, а через два дня обратно. Ты поняла меня?
– тараторила Люська.

– Д.., да, - заикаясь от страха, сказала Наташа и побежала в сторону противоположную Толика и Люськи.

Она бежала долго, запыхавшись и изнемогая от усталости, остановилась в каком-то тёмном дворике. Наташа посмотрела на дома во дворе, почти все окна были уже погашены.

– Какие счастливые люди! У них есть свой дом, своя кровать!
– подумала про себя Наташа.

Она пошла к ближнему подъезду, подумав, что можно в нём переночевать. Кашель опять одолевал, после бега ещё сильней. Наташа подошла к подъезду, но тут разочаровалась в ночлеге. У подъезда была железная дверь с кодами, а значит, что и у всего дома были такие двери. Она постояла возле двери и пошла дальше по улице.

Пошёл дождь, а она шла по улице, ища дом с нормальным советским подъездом.

* * *

– Шеф, сегодня встреча в четыре дня, - сказал Сергей, входя в кабинет Романа.